SHADOWHUNTERS: City of darkness

Объявление

Добро пожаловать в Сумеречный мир! Мы приветствуем Вас на просторах ролевого проекта "City of darkness". Охотники, маги, оборотни, вампиры, фэйри и даже демоны, - все они живут по соседству с людьми, плетут интриги, сражаются, любят и ненавидят. Среди друзей намечаются расколы, а в стане врага - неожиданные союзы. Мир на грани войны. Какую сторону примешь ты?

ClaryJaceLydia
Нью-Йорк | август-сентябрь, 2016
городское фэнтези | NC-17


Emma Carstairs [от 31.03]Nothing can't be concealed from the friend [03.09.2016]
«Рождество и вправду - несмотря на свои примитивные и религиозные корни - прижилось в семье Блэкторнов. Наверное, потому что большой семье нужны были добрые и праздничные традиции, особенно когда в ней столько детей, есть сводные брат и сестра и нету мамы. Какой бы заботливой и опекающей и помогающей не была Хэлен, она не могла заменить Элинор для детей и Нериссу для брата...» [читать далее]
Чаша в руках у Валентина, его сын, Джонатан Моргенштерн, работает над собственным планом, далеким от идеалов и интересов отца. Из Института Нью-Йорка таинственно исчезли Клэри Фрэй, Джейс Уэйланд и Себастьян Верлак. Лидия Брэнвелл и Алек Лайтвуд занимаются поисками пропавших...

гостеваядобро пожаловатьрасысюжетсписок персонажейзанятые внешностинужныеакция

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » You'll be my satellite [05.01.2011]


You'll be my satellite [05.01.2011]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Chloe Blackwell & Edmund Nightshade
Аликанте, Идрис; Зал Согласия.

Церемония становления парабатай Хлои и Эдмунда. Одно из самых важных событий в жизни Сумеречных охотников. Эдмунд этого не хотел, да и Хлоя, в общем-то, тоже. Но воспротивиться родным не хватило духу. Найтшэйд ерепенился до последнего, а потом внутри него что-то дрогнуло. Только, что это было?

Отредактировано Edmund Nightshade (2017-02-02 19:08:30)

0

2

внешний вид: строгий чёрный костюм, белая рубашка; рукава и рубашки, и пиджака аккуратно закатаны по локоть; волосы аккуратно уложены, на ногах блестящие чёрные ботинки со шнурками; из кармана торчит стило.

Эдмунд мерил шагами смежную с Залом Согласия комнату и не находил себе места. Он до сих пор злился на отца за то, что тот всё решил за него. С какой стати Ричард решил, что ему нужен парабатай? Далеко не у каждого Охотника в жизни есть такой человек, которому безоговорочно можно доверить свою жизнь, с которым плечо к плечу можно было спуститься хоть в Ад, так, зачем он так поступал с родным сыном? Разумеется, Найтшэйд мог понять стремление отца «породниться» со своим лучшим другом - Конором Блэквэллом - но какой ценой? Светловолосый ударил кулаком по столу: от вибрации хрустальный стакан с водой, стоящий на краю отполированной деревянной поверхности стола, подпрыгнул и, упав на пол, разбился, окатив водой ботинки юноши.
— Чёрт... - сколько было ссор, скандалов, уговоров, криков, всё без толку. Кажется, Ричард и слышать ничего не хотел, полагая, что Хлоя может стать отличным напарником и союзником во всех начинаниях. Тем более они с Эдмундом давно знали друг друга, практически выросли вместе, ну, чем не задаток для будущего доверия? Нефилим скептически относился к этому аргументу родителя. Он знал Хлою с самого детства, это верно, видел, как она носится за Карлайлом, играя в "салочки", и что немаловажно - догоняет его! Смотрел, как она купалась в озере, в Аликанте, вместе с другими детьми, как соревнуясь в проворности и ловкости ловила бабочек, чтобы потом отпустить прелестных созданий на волю. А потом был Бостон, совместная учёба в Институте, тренировки, нудные лекции по истории и демонологии, и снова тренировки. Изнурительные, напряжённые, длительные, и, кажется, ни разу Блэквэлл не пожаловалась на то, что ей было тяжело или что-то казалось невыполнимым. А ведь даже они с Карлайлом порой сетовали, что это измывательство, и, пусть в шутку, но тем не менее.
Впрочем, подобная покорность и смирение со стороны рыжей девушки никак не изменили его консервативных взглядов на то, что женщине не место на поле боя. Даже Вирджинии не удалось смягчить его в этом вопросе. И хотя Найтшэйд готов был смириться с тем, что эмансипация среди Сумеречных охотников набирала обороты с каждым годом, но принять то, что его парабатай станет девушка, он точно не мог.
Юноша глянул на себя в зеркало: до невозможности официальный вид портил лихорадочный блеск в глазах и небрежно торчащее из кармана брюк стило. Он должен будет нарисовать ей руну и поклясться в вечной верности, преданности, и даже смерть будет не в состоянии нарушить эту клятву. Эдмунд зарычал, пнув ни в чём неповинный стул, стоявший рядом.
— Да что за бред?! - в сердцах воскликнул юноша. К Карлайлу он испытывал эту самую преданность и был готов умереть за него, а к Хлое...Он не испытывал ровным счётом ничего. Даже те приятные эмоции, что он чувствовал по отношению к ней, пока они росли рядом, улетучились в одно мгновение, стоило отцу сообщить ему о своём решением. И хотя Найтшэйд знал, что однажды злость пройдёт, он смирится, но...сможет ли он принять? Через несколько минут он нарисует Блэквэлл руну, которая останется с ними на всю жизнь. По легенде связь парабатай гораздо крепче кровных уз, но станет ли это правдой для них? Смогут ли они стать друг для друга теми самыми?
Эд снова подошел к столу, взял с него графин с водой и плеснув немного на свои ладони, обдал водой лицо. Проворные и холодные капли тут же заструились по шее, сбегая за воротник рубашки и прячась где-то под одеждой.
Вздохнув, юноша направился к двери, мысленно проговаривая про себя клятву, которая в тот момент горчила на языке если не лицемерием, то, по крайней мере, неправдой.
Оказавшись в Зале Согласия, Найтшэйд направился к постаменту, возле которого уже ждали Безмолвные братья. Эд старался не смотреть на них: высокие фигуры Братьев были облачены в плотные одеяния с капюшонами, скрывавшими их лица, но фантазия услужливо дорисовывала картину. Эд сглотнул подступивший к горлу комок, останавливаясь возле постамента в ожидании Хлои.
Чему быть, того не миновать. Он искренне пытался сопротивляться воле отца, но...
Молодой человек завёл руки за спину и вытянулся как струна, и тут дверь из другой смежной комнаты, открылась...

0

3

Хлоя никогда не думала, что у каждого Охотника обязательно должен быть парабатай. Наоборот, это редкость, некий дар, который уготовано обрести далеко не всем. Не так часто в жизни удаётся встретить человека, который станет тебе ближе, чем родной брат или сестра. Не говоря уже о том, что Блэквелл никогда не думала, что возможен такого рода союз между девушкой и молодым человеком, хотя она слышала, что такие случаи в истории были, и Кодексом это не запрещено. В любом случае, взгляды её дяди по всем этим вопросам разительно отличались от её собственных. Он не считал, что для того, чтобы стать парабатай, Охотники должны быть изначально духовно близки друг другу. Он наоборот придерживался мнения, что подобную духовную близость воины обретают только после совершения обряда и получения руны, в этом и есть его особая сила. Как бы там ни было, спорить с ним было бесполезно. Единственное успокоение приносила мысль о том, что Эдмунд тоже не слишком  доволен решением их семей, и, возможно, эта общая «не радость» поможет им сблизиться.
Самой ужасной частью предстоящего обряда было само нанесение рун. У Хлои всю жизнь был ужасный почерк, рисовать она тоже не умела, и, как следствие, искусство рун также давалось ей с большим трудом. Она отлично знала все руны из Серой Книги, честно их зазубрив, но вот их нарисовать… Она могла, и так как в целом переплетения линий и сама форма руны были правильными, то, как правило, они действовали, но после них оставались далеко не самые красивые шрамы, вовсе не напоминающие тонкое белое кружево. Сегодня ей предстояло нарисовать перманентную руну, первый раз в своей жизни. Таким образом, у Эдмунда останется это некрасивое «непонятно что», нарисованное так, как будто Хлою кто-то всё время пихал в плечо, а руки у неё нещадно дрожали, до конца дней, отлично. Руна «парабатай» была не самой сложной и не такой витиеватой, как любовные руны или руна невидимости, но рыжая всё равно провела всю ночь без сна, рисуя десятки символов на листочке бумаги, пытаясь, как говорят, набить руку. Тщетные попытки реанимировать свои навыки в рисовании не внушили Блэквелл должного спокойствия, но выбора уже нет, этот день настал.
Для проведения обряда им с Эдмундом было необходимо прибыть в Аликанте, в самое сердце Идриса. Вся эта торжественность вокруг этого события, зал Согласия и обязательное присутствие Безмолвных Братьев внушали Хлое ещё больший страх. Она не боится демонов, но боится Безмолвных Братьев, даже сказать кому-то стыдно. Впрочем, их способность проникать в чужой разум, да и сам по себе внешний вид едва ли можно отнести к категории приятных в жизни вещей. Даже сейчас, медленно зайдя в Зал Согласия, девушка невольно опасливо покосилась на молчаливые фигуры в длинных плащах, стараясь очистить голову от всех возможных мыслей. К сожалению, не думать ни о чём оказалось намного тяжелее, чем кажется. Эдмунд уже был здесь. Внешне он выглядел вполне спокойным, но судя по его гордо выпрямленной осанке и неподвижной позе, комфортно он тоже себя не чувствовал. Хлоя заняла своё место напротив него, в очередной раз проклиная свой рост. Для молодого человека Найтшэйд был довольно высоким, а Блэквелл была его ниже всего-то сантиметров на пять, что для девушки уже не в плюс. Рядом с ним она казалась себе такой громоздкой и неуклюжей!.. С другой стороны, неужели её внешний вид сейчас важен? Собственно, ей должно быть всё равно, как она выглядит рядом с Эдом. Ей и было всё равно, должно быть.
Хлоя Агрона Блэквелл, ты готова к церемонии? – прозвучал в голове спокойный незнакомый голос. От неожиданности рыжая невольно вздрогнула, едва не выронив из рук стило.
Да, - тихо произнесла она, неуверенно поднимая взгляд на Эдмунда, совершенно позабыв, что она могла и не отвечать вслух – Безмолвные Братья и так услышали бы её ответ.

+1

4

I'll take these storms away
Start a brand new story
I'll make it through each day
Singing death or glory
Lord won't answer me
I won't let it bring me down

Эдмунд видел, как Хлоя вышла из комнаты и теперь направлялась к нему. Не нужно быть проницательным человеком, чтобы заметить её волнение. Она была неестественно бледной, и юноша уловил едва заметное подрагивание в кончиках пальцев, которыми она держала стило. Как хорошо, что своё Найтшэйд ещё не достал, и его волнение было гораздо сложнее заметить. Отчего-то он начинал чувствовать себя неуютно при мысли о том, что кто-то увидит, как он переживает. Впрочем, Безмолвные братья это уже чувствовали, а вот заметит ли Блэквэлл? Молодой человек мечтал, чтобы это поскорее закончилось, и хотя он старательно, словно новоиспечённый ученик, проговаривал про себя клятву и мысленно выводил руну парабатай, которой одарит Хлою всего через каких-то пару минут.
Блондин услышал голос Безмолвных братьев в своей голове и кивнул, общаться с ними телепатически он так и не привык, да и вряд ли когда-либо сможет. Было в этом что-то жуткое и зловещее, отчего сразу ощущаешь себя психически нездоровым, что аж мурашки по коже.
— Тогда начнём. - беззвучный голос повелел взяться за руки и начать с первой части клятвы. Эдмунд осторожно взял руки Хлои в свои собственные и коротко сжал: он чувствовал липкий страх, обволакивающий все его существо изнутри. Пути назад уже не было и не могло быть. Чуть прикрыв глаза, Найтшэйд с выразительной интонацией, произносил слова клятвы. Он смотрел Хлое в глаза, и в них плескалось смирение напополам с горечью, обидой и злостью. Девушка была ни в чём не виновата, но не злиться на неё он не мог. С этого момента их жизнь изменится: они должны будут быть вместе всегда, и лишь смерть сможет разорвать эту связь. Покончив с клятвой, блондин перевёл дыхание и извлёк из кармана стило. Снова голос Безмолвных братьев заполнил пустоту в голове. Руна парабатай. Такую рисуют раз в жизни, ошибиться было нельзя. С перманентной руной предстояло ходить всю оставшуюся жизнь, и Найтшэйд хотел сделать всё правильно. Твёрдо сжав стило в руке, он посмотрел на Хлою, во рту пересохло.
— Где бы ты хотела нанести руну? - голос был будто чужой, не слушался, звучал тихо. Чертовски хотелось откашляться и глотнуть воды. С ужасом Эд понял, что Братья слышат его и отругал себя за подобные мысли. Блэквэлл, кажется, было не легче. Но она уже отодвинула край кофты, открывая пространство для нанесения руны. В какой-то момент нефилим задохнулся: она хотела руну под сердцем. Юноша не знал, стоит ли воспринимать это как нечто важное, знак того, что для рыжей это имело некую ценность, в отличие от него, или же это было простой любезностью. Найтшэйд чувствовал, как занемела рука с занесённым в воздухе стило. Голос Безмолвных братьев буквально приказывал приступать к обряду. И нефилиму ничего не оставалось, как прикрыв глаза, мягко коснуться стило кожи Хлои. Руна выходила из-под его пальцев очень красивой и ровной, линии будто бы сами выплывали из-под кончика стило, идеальность происходящего портила лишь мгновенно краснеющая кожа вокруг, но Охотники привыкли к этому с детства.
Когда блондин закончил, он даже позволил себе улыбнуться, словно был очень доволен собой, и опустив руку со стило, принялся расстёгивать рубашку. Изначально он планировал нанесение руны на руке, но в какой-то момент передумал. Он посмотрел на Блэквелл, словно бы говоря ей «давай». Злость ненадолго покинула его: они оба были всего лишь узниками решений своих родителей.
Hold on hold on
Where we belong
My heart my soul
We stand alone

0

5

Кажется, Хлоя повторила эту клятву в голове тысячу раз и могла прочитать её даже во сне. Когда старательно пытаешься что-то выучить, даже то, что изначально наполнено большим смыслом, в конечном итоге из-за многократного повторения слова начинают терять их значение в твоей голове. Они становятся не более чем прозрачными звуковыми оболочками, и сначала Блэквелл думала, что наверняка проникнется клятвой Эдмунда, прочувствовав до конца смысл её слов, но реальность оказалась совсем иной. Он говорил выразительно, расставляя правильные акценты, но его взгляд бы таким странным, непонятным рыжеволосой. Сначала ей показалось, что она видит в знакомых голубых глазах злость и досаду, которая совершенно противоречила красивых и высокопарным словам клятвы. Неужели он злится на неё? Когда-то Хлоя и сама думала, что злится на Найтшэйда, но со временем она пришла к выводу, что ему повезло не больше, чем ей. Видимо, он так не думал. Испуг в глазах девушки сменился ледяной непроницаемостью. Хлоя гордо вздёрнула подбородок, в своих странных обидах совершенно позабыв о следующем пункте церемонии – нанесении руны. Она понятия не имела, зачем минуту назад отодвинула ворот кофты, давая Эду понять, что именно здесь видит будущую метку Почему именно над сердцем? И почему ещё мгновение назад это решение казалось Блэквелл таким верным? Наверное, несмотря на всю нелепую браваду, рыжая в глубине души никогда не отрицала важности этой традиции Сумеречных Охотников, веря, что чем ближе будет эта руна, тем сильнее будет связь с тем человеком, который станет её парабатай. В конце концов, на другие руны действовало верное выбранное их расположение. Правда, сейчас Хлоя почему-то неожиданно подумала, что Эдмунд может каким-то образом неправильно истолковать её выбор, но менять что-то было уже поздно. Найтшэйд оказался совсем близко, в его руки блеснуло стило. По его внешнему виду трудно было догадаться, какие мысли населяют в этот момент его бесподобную белокурую голову, но Блэквелл всё равно нахмурилась, предвкушая, что они бы ей не понравились. На его лице она сумела прочесть только решимость, хотя, безусловно, там было и кое-что ещё, но Хлоя слишком плохо знала Эдмунда на таком уровне, чтобы понимать его без слов. Может быть, всё это приходит с годами? Рыжая невольно задержала дыхание, пока Эдмунд старательно выводил руну на её коже, даже почти не почувствовав знакомого жжения. Когда он отступил на шаг назад, Блэквелл с ужасом поняла, что теперь предстоит ей. Часть с клятвой она ещё переживёт, но наносить руну… Ей всегда с трудом давались руны, хотя их значение и форму она знала на отлично, но вот чтобы перенести образ из своей головы на кожу… Ладно её тело покрывают не самые красивые шрамы, которые бы Хлоя постеснялась сравнить с кружевом, но уродовать другого человека – это уже совсем другое дело. Дрожащими руками она достала стило, успокаивая себя тем, что корявую руну где-нибудь на предплечье Эдмунд ещё переживёт, но каково же было её удивление, когда она поняла, где же на самом деле скоро будет красоваться её «творение». Над сердцем.
Хлоя, сначала ты должна произнести клятву, - прозвучал в голове спокойный, лишённый эмоций голос одного из Безмолвных Братьев. Рыжеволосая успела уже напрочь позабыть об их присутствии, и, надо сказать, это напоминание позволило несколько прийти в себя после полученного шока. Клятву Хлоя произнесла быстро и без выражения, которым мог похвастаться Эд – все её мысли были заняты руной. После она оттягивала этот момент, как только могла, нарочито медленно приблизившись к нему, сжимая стило во вспотевшей ладошке.
А она ведь даже не успела взглянуть, как выглядит руна у неё на груди. Впрочем, сейчас едва ли Блэквелл это пошло бы на пользу – сравнивать идеал с тем, что вскоре получится у неё. Неуклюже сжав стило, Хлоя коснулась его кончиком гладкой кожи Эдмунда – как оказалось, он так же, как и она, ещё никогда не наносил руны над сердцем. Первая линия вышла на удивление ровной и прямой, хотя руки девушки буквально дрожали, как казалось ей самой. Несколько последующих секунд показались Блэквелл целой мучительной вечностью, но наконец-то руна была завершена. Рыжеволосая отступила на шаг, одарив Эда извиняющимся взглядом, зная, что едва ли этого будет достаточно. И тут она позволила себе впервые посмотреть на его руну, а потом и на свою собственную. Они были идентичны. Идентичны и идеальны.

+1

6

Как ни странно в этот момент Найтшэйд меньше всего думал о том, что Хлоя оставит на нём нечто кривое и непонятное, лишь отдалённо напоминающее руну парабатай. И хотя он знал о том, что рисование рун даётся девушке с огромным трудом, и в любой другой момент он бы запаниковал, но больше из желания подтрунить над Блэквэлл, чем в действительности переживая за то, что руна изуродует его. Эдмунд был выше этого и подобных мелочей, в мире были куда более ценные вещи, о которых стоило переживать.
Отчего-то вспомнились слова отца о том, что церемония парабатай чем-то напоминает свадебную: ты можешь не признавать, что объят трепетом и с замиранием сердца ожидаешь, что будет дальше, и тем не менее ты увлечён происходящим настолько, что забываешь дышать.
Эдмунд в действительности забыл, что нужно дышать: он стоял неподвижно, поддерживая края рубашки, чтобы они не мешали Хлое, пока та осторожно выводила руну на его груди. Он ещё никогда не видел её такой: излишне внимательной, сосредоточенной, она, должно быть, не заметила, как прикусила краешек губы и как ей на глаза упал рыжий локон. Нефилим с трудом поборол спонтанное желание протянуть руку и заправить непослушную прядь за ухо. Эдмунд потом вряд ли сможет объяснить своё состояние: как будто всё вокруг перестало существовать на какие-то считанные мгновения, когда молодой человек видел лишь Блэквэлл, стило, и больше ничего вокруг. Он даже не чувствовал привычного жжения там, где медленно появлялась руна. Он не слышал голосов Безмолвных Братьев, впрочем, может, они и не говорили.
Когда Хлоя закончила рисовать и чуть отстранилась, Эд, наконец, позволил себе выдохнуть: с шумом выпуская воздух из лёгких, чтобы через секунду сделать глубокий глоток. Он смотрел на парабатай, пытаясь понять и осознать смысл слов, которые произносили Братья, завершая церемонию. Они скрепляли их связь последними кольцами в цепи их союза. Пока смерть не разлучит их. В действительности, определённое сходство с церемонией бракосочетания есть. Братья замолчали, а Эдмунд всё также неподвижно стоял и смотрел на девушку. По обычаю, они должны были вместе, не спеша выйти из Зала Согласия, словно ставя финальную точку во всём произошедшем. Братья не двигались. Найтшэйд развернулся к ним спиной и вдруг подал Хлое руку.
— Идём. - его голос звучал тихо и серьёзно. Он чувствовал, как рыжеволосая мгновение колебалась, прежде чем принять руку юноши. Но стоило их пальцам соединиться, нефилим почувствовал некую уверенность. Чтобы она значила, он не знал, но казалось, сам Ангел посылает этим двоим какой-то знак. Только какой? Молодой человек крепко сжал руку Блэквэлл в своей и направился к выходу из зала, только сейчас почувствовав лёгкую боль в области сердца, где навсегда отпечатается руна парабатай.
Держась за руки эти двое в молчании покинули Зал Согласия, а Братья всё также стояли на своих местах, глядя им в след.

0


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » You'll be my satellite [05.01.2011]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC