SHADOWHUNTERS: City of darkness

Объявление

Добро пожаловать в Сумеречный мир! Мы приветствуем Вас на просторах ролевого проекта "City of darkness". Охотники, маги, оборотни, вампиры, фэйри и даже демоны, - все они живут по соседству с людьми, плетут интриги, сражаются, любят и ненавидят. Среди друзей намечаются расколы, а в стане врага - неожиданные союзы. Мир на грани войны. Какую сторону примешь ты?

ClaryJaceLydia
Нью-Йорк | август-сентябрь, 2016
городское фэнтези | NC-17


Emma Carstairs [от 31.03]Nothing can't be concealed from the friend [03.09.2016]
«Рождество и вправду - несмотря на свои примитивные и религиозные корни - прижилось в семье Блэкторнов. Наверное, потому что большой семье нужны были добрые и праздничные традиции, особенно когда в ней столько детей, есть сводные брат и сестра и нету мамы. Какой бы заботливой и опекающей и помогающей не была Хэлен, она не могла заменить Элинор для детей и Нериссу для брата...» [читать далее]
Чаша в руках у Валентина, его сын, Джонатан Моргенштерн, работает над собственным планом, далеким от идеалов и интересов отца. Из Института Нью-Йорка таинственно исчезли Клэри Фрэй, Джейс Уэйланд и Себастьян Верлак. Лидия Брэнвелл и Алек Лайтвуд занимаются поисками пропавших...

гостеваядобро пожаловатьрасысюжетсписок персонажейзанятые внешностинужныеакция

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » we could keep it a secret [03.06.2016]


we could keep it a secret [03.06.2016]

Сообщений 31 страница 37 из 37

1

Clary Fray & Jace Wayland
http://funkyimg.com/i/2pfeG.gif http://funkyimg.com/i/2pfeH.gif
http://funkyimg.com/i/2pfeJ.gif http://funkyimg.com/i/2pfeK.gif

— I'll love you forever, Jace.
— You will?
— Yes. That's the problem.

3 июня, ночь и далее утро; Институт Сумеречных охотников, Нью-Йорк;

«Знаешь, мы можем хранить это в тайне» - такова была позиция Джейса в отношении младшей сестры. Но готова ли была к этому Клэри?

+2

31

Призраки прошлого порой неумолимо преследовали их. Как ещё в сложившихся обстоятельствах в их жизни снова не объявилась Кэйли, дивная фея, работавшая в Таки'з? Клэри до сих пор помнила, как после их первого раза, на телефоне Джейса высветилось сообщение, в котором коварная фэйри спрашивала, а куда он, собственно, пропал? Клэри, никогда не замечавшая за собой собственнических порывов, тогда была готова слететь с катушек от такой наглости и дерзости. Собственно, она и слетела, устроив Уэйланду скандал и на глазах у всех отвесив ему пощёчину. Конечно, всему виной была не только смс от Уайтуиллоу, скорее это было лишь финальным штрихом, после которого рыжеволосая, не сдержавшись, сорвалась. Но это происходило будто бы в другой жизни и не с ними вовсе, хотя на деле не прошло и двух месяцев. Но тогда всё было иначе: проблемы были другими, в сравнении с тем, что происходило сейчас, это и за проблемы-то было сложно считать.
Однажды девушка спросила охотника, когда всё успело стать таким сложным? Сейчас она готова была вновь задать тот же самый вопрос, на который она так и не нашла ответа.
— Изабель сказала, что когда вам с Алиной было по 13 лет, она была влюблена в тебя, - не удержавшись, вставила Кларисса. — Надеюсь, в ближайшее время меня больше не ожидают встречи с твоими бывшими девушками и нынешними фанатками? - попыталась отшутиться Фрэй, хотя, как известно, в каждой шутке была лишь доля шутки. Само собой, обезопасить себя от всего и всех никогда не получится, но Клэри могла бы подготовиться. Хотя бы попытаться. А в сложившихся обстоятельствах, когда они собирались хранить свои отношения в тайне, им предстояло запастись терпением и выдержкой, чем они оба не всегда могли похвастаться. Сам Уэйланд видел угрозу разве что в Саймоне, и, возможно, в Себастьяне Верлаке, охотнике из Парижского Института, который по мнению Уэйланда, проявлял к ней слишком много внимания. Кларисса не могла с ним согласиться: ну, подумаешь, пару раз позвал на прогулку и предлагал регулярно потренироваться вместе. Эмма Карстэирс тоже звала Джейса на тренировку и на прогулку, и что? Видимо, рыжеволосой в самом деле становилось лучше, раз с терпко-горьких мыслей о смысле бытия она уже была способна переключиться на что-то более приземлённое и не такое удручающее. Например, на ревность.
Нефилим вся обратилась вслух, готовая внимать словам молодого человека. Она примерно эти слова и ожидала услышать, но гораздо важнее было то, что они были произнесены вслух, и Джейс в самом деле обещал ей это. Он был человеком слова, и она верила тому, что он говорил, а уж тем более тому, что обещал. Конечно, это вовсе не означало, что все страхи Фрэй за его жизнь и здоровье мигом улетучатся, но определённо стало чуточку легче. Стальной обруч, сдавивший грудную клетку и мешавший дышать, как будто бы ослаб, позволяя кислороду расправить лёгкие.
— Я понимаю это, поэтому и прошу тебя пообещать мне, что ты будешь своевременно наносить иратце или хотя бы обрабатывать раны, накладывать повязки. Если тебе самому лень, это могу делать я, только, пожалуйста, не скрывай от меня этого, пряча все эти ушибы и ссадины под футболкой, смакуя эти ощущения и надеясь, что я не увижу, - Клэри очень старалась, чтобы голос её не дрожал, произнося эти слова, хотя внутри всё снова покрывалось коркой льда, а воспоминания захлёстывали с новой силой.
— К тому же, учитывая наш секрет, тебе не удастся скрыть это от меня... по ночам, - ладошки Фрэй вспорхнули на грудь Уэйланда, осторожно берясь за конец бинтов. Кажется, молодой человек понял, что она собирается делать, и оттолкнувшись от спинки кровати, позволил рыжеволосой неспешно размотать бинты. Повязка тянулась вплоть до самого низа живота, и чтобы снять бинт и с этой части тела, Клэри отодвинуться назад, по-прежнему плотно сжимая коленями бёдра охотника, чтобы не свалиться с них. Когда с этим было покончено, она отложила использованные бинты в сторону, мягко кладя ладошки на живот Джейса и ласково и неторопливо скользя ими вверх, к груди. От прошлых ран не осталось и следа.
— Не стоит мне говорить этого, но уродовать это прекрасное тело - кощунство, - Фрэй улыбнулась, поднимая взгляд лучистых, изумрудных глаз на Уэйланда. Как будто и не было в их жизни Валентина Моргенштерна, известия о родстве и прочей боли. Как будто они снова вернулись на несколько месяцев назад, где их самой большой проблемой был демон, прервавший романтическое свидание в Центральном парке.

+1

32

Зато Саймон наверняка был влюблен в Клэри с первого дня их знакомства! Этого Джейс, разумеется, не сказал, но тут же подумал. Едва ли Льюиса можно в этом винить. Как в нее не влюбиться? Возможно, сама Фрэй до конца этого не замечала, но она всегда притягивала взгляды и не только благодаря ярким, огненно-рыжим волосам. Она была яркой сама по себе и словно светилась изнутри. Когда Клэри была рядом, то и все вокруг словно становилось насыщеннее, красочнее, по-настоящему. Мало кого это могло оставить равнодушным.
Но это было шесть лет назад. В любом случае, ее сложно винить: даже в тринадцать лет я был весьма хорош собой, к слову, - в свойственной ему манере отозвался Джейс с самодовольной улыбкой. Он уже и не помнил, когда в последний раз так улыбался или шутил. Не использовал злобный, едкий сарказм, а именно шутил. Кто бы мог подумать, что Пенхаллоу была в него влюблена. Конечно, от его внимания не укрылось, что он явно ей нравился, но «влюблена» - это уже другой уровень. С другой стороны, детская влюбленность не имеет ничего общего с подобным состоянием в более сознательном возрасте. — Почему ты думаешь, я так часто ношу руну гламура? – усмехнулся Уэйланд, явно довольный собой. — Если бы меня видели каждый день, сколько девушек уже лишилось бы покоя и сна? Приходится заботиться о благополучии населения, - пожал плечами Джейс, мягко уйдя от ответа. Хотя и говорить-то особо было не о чем. У него и бывших девушек как таковых не было. То есть, в определенной мере, их можно так назвать, но без багажа бывших отношений. Так, короткие интрижки, не более того. Кэйли занимала чуть более прочное место в списке, но их взаимоотношения всегда носили свободный характер, поэтому даже если Уайтуиллоу и заблагорассудится написать ему пару текстовых сообщений, которые нефилим оставит без ответа, на этом все и закончится.
Если ты о Кэйли, то тебе не о чем беспокоиться, - рассудив, что стоит все же расставить определенные акценты и успокоить Клариссу, спустя пару секунд добавил охотник. — У нас в общем-то и отношений не было. Все это давно в прошлом, - наверняка в понимании рыжеволосой то, что когда-то связывало Уэйланда и фэйри, можно было назвать определенного рода отношениями, но ключевой момент крылся совсем не в этом. Все осталось позади, и никак иначе. К слову, все было позади еще до того, как у них с Клэри что-то началось. С их первой встречи Джейс и мог думать только о ней. Кровь взывает к крови, или как там это назвал их дражайший отец? Охотник поспешил отмахнуться от этой мысли, дабы не омрачать настроение.
По ночам? – тут же воодушевился Уэйланд, широко и многозначительно улыбаясь. То есть, учитывая их беседу, он понимал, что держать в тайне они будут не только свои чувства, но и все остальное, что те за собой повлекут, но ночи… Об этом он не мог и мечтать. Клэри была готова провести с ним каждую ночь? Джейс даже хотел уточнить, все ли он правильно понял, но решил не испытывать удачу, вдруг Фрэй сказала это сгоряча, а потом передумает? Даже если так, сейчас он не хочет об этом знать. — Ради такого я готов исцелять каждую царапину сию же секунду, - сияя, продолжил охотник. Клэри потянулась к его бинтам, о существовании которых он благополучно забыл. Да, было бы неплохо их снять. По мере того, как Фрэй методично их разматывала, взгляду открывалась гладкая, золотистая кожа, лишенная даже шрамов от старых рун. Обычное иратце не могло их излечить – магия была слишком сильна, поэтому большинство шрамов оставалось фактически навечно, превращаясь в своеобразный кружевной узор, но эти руны сделали почти невозможное: они не просто вернули Уэйланда с того света, но и в полном смысле слова фактически полностью исцелили его тело. Джейс удивленно рассматривал грудь, на которой виднелась лишь угольно-черная перманентная руна парабатай, а дальше шла мягкая, ровная кожа. То же самое было и на животе, на боках… Светловолосый уже и не помнил, чтобы его тело когда-то было таким. Горячие ладошки мягко и заботливо скользнули вверх, заставляя Джейса оторвать взгляд от созерцания самого себя, переводя его на Клэри. Уэйланд едва заметно и прерывисто вдохнул – тело истосковалось по любым ее прикосновениям гораздо сильнее, чем он мог себе представить, чувствуя легкий, до боли знакомый жар внизу живота. Еще не желание, но красноречивое напоминание о нем. Джейс сделал еще один глубокий вздох, на пару секунд прикрывая глаза, желая прогнать навязчивую дымку.
Я давно не помню себя таким, - выдохнул нефилим, с восхищением любуясь столь долгожданной улыбкой на любимом лице. — Ты все еще бледная, - меж светлых бровей появилась легкая морщинка – Уэйланд явно забеспокоился, продолжая хмуриться. — Может, мне принести тебе что-нибудь? Или нанести несколько рун? Тебе нужен отдых, - заботливо проведя ладонью по растрепанным рыжим волосам, предложил Джейс.

+1

33

Видеть Джейса таким было истинным удовольствием, охотник как будто бы снова стал собой, источая улыбки и декламируя забавные шутки, которые тут же хотелось парировать, но Клэри сдержалась. К чему портить почти идеальный момент, когда на несколько мгновений они могли забыть о том, что их окружало, и просто побыть теми, кем они всегда хотели быть - обычными подростками?
— Однажды о твоей неотразимости напишут книгу, подпишешь мне одну? - всё же ввернула Фрэй, ухмыляясь. Но молодой человек решил не останавливаться на достигнутом, продолжая отпускать шуточки о своей привлекательности. Впрочем, шуточки ли? Джейс в самом деле был чертовски красив, и как однажды сказал Саймон - он был во вкусе абсолютно всех. Раньше рыжеволосая не думала, что есть какое-то общее понятие красоты, которое способно оказывать влияние на всех без исключения. Так было до встречи с охотником. Что самое интересно, его чары и обаяние действовали на людей вне зависимости от их пола, расы, даже возраста. Пожалуй, из всех её знакомых, им не были очарованы лишь Льюис и Магнус Бэйн, но если задуматься, у этих двоих были на то свои причины.
— Так вот значит какая истинная причина? А я-то, наивная, думала, что руна гламура для других целей, - Кларисса засмеялась, но воздух в лёгких закончился очень быстро, сдавливая горло, и девушка умолкла. Ей нужно было продержаться ещё немного, они с Уэйландом ещё не всё выяснили, и лучше не откладывать этот разговор в долгий ящик. Фрэй, хоть и счастливо улыбающаяся в последние пару минут, всё же до конца не успокоилась: в голове было много мыслей, а в сердце - эмоций, которые она не сможет игнорировать и дальше. Пару минут - легко, но вот дальше... Впрочем, на этот раз охотнику удалось вывести её из задумчивости и отвлечь.
— Если список твоих бывших ограничивается Кэйли, то да, я о ней, - рыжеволосая старалась придать своему голосу чуть больше непринуждённости и лёгкости, будто её совсем не волновало, сколько девушек мечтает заполучить себе Джейса в то время, как он был без памяти влюблён в свою младшую сестру. Жутко, на самом деле, но об этом сейчас точно лучше не думать.
— Она красивая, - продолжала Клэри, сама толком не понимая, зачем она это сказала.  — Когда я видела вас вместе в Таки'з, я подумала, что именно такая девушка тебе подходит: красивая и эффектная, а ещё высокая! Рост - это вообще очень важно, - Фрэй снова глухо рассмеялась, украдкой делая большой глоток воздуха, но этого всё равно было недостаточно. Обычно она могла смеяться долго и заливисто, но сейчас это больше напоминало короткие, рваные смешки. — Но ладно-ладно, я тебе верю и больше не переживаю на этот счёт, - если и существовало самое мощное доказательство любви Джейса к ней, то оно чуть было не случилось этой ночью. Уэйланд готов был умереть, лишь бы не чувствовать боль, порождённую тем, что они с Клэри больше не могли быть вместе. Все бывшие девушки и фанатки просто меркли перед этим. Конечно, ревность всё равно не проходила бесследно, но впервые за всё время их знакомства, Кларисса не видела угрозы со стороны других девушек. Когда-то рыжеволосая боялась, что охотнику станет с ней скучно, и он найдёт себе кого-то покрасивее и поэффектнее, но всё это было в прошлом.
— Ну, конечно, если тебе нужно время для себя любимого, то можно и не каждую ночь. А скажем, через одну? Или установим расписание? Чётные и нечётные? Обычно эта схема работает, что скажешь? - Клэри откровенно веселилась, видя, как сияет Джейс, переполняемый эмоциями. Она готова была дать руку на отсечение, что он хотел уточнить, о каждой ли ночи идёт речь, или Фрэй просто тронулась умом, не думая о рисках и последствиях. Ну как тут устоять, чтобы не подтрунить над блондином?
Кожа молодого человека под бинтами выглядела здоровой и... необычной. До Клариссы не сразу дошло, что дело не только в том, что из мертвенно-бледно-лилового цвета его кожа вновь приобрела приятный, золотистый оттенок. Её руны исцеления забрали с собой не только последствия сражений, но и шрамы от рун. Притом все, что находились в зоне видимости. Неудивительно, что Клэри потеряла сознание... Но, по крайней мере, о проблемах с внутренними кровотечениями и о прочих ужасах можно было не беспокоиться. Доктор Фрэй могла с уверенностью сказать, что пациент был абсолютно здоров её стараниями.
Ладони нежно проехались выше, касаясь ключиц. Кожа под кончиками пальцев была мягкой и ровной, местами даже нежной - Клэри тоже не помнила Уэйланда таким. Когда она впервые прикоснулась к нему, все его тело было испещрено шрамами, но она любила их все, готовая целовать каждый из них, дюйм за дюймом, всегда.
— Я не знала, что так будет, - несколько оторопело проговорила рыжеволосая. Прикосновение ладоней - размашистое и тёплое - сменилось прикосновениями подушечек пальцев, а затем и вовсе остался лишь один указательный. Кларисса с нежностью обводила им рельефное тело Джейса, будто бы рисуя невидимыми чернилами старые следы от рун, которые она помнила по памяти. Возможно, она помнила не все, но большинство из них - точно. — Не будешь скучать по ним? - поднимая взгляд изумрудных глаз на Уэйланда, отозвалась Клэри.
— Я немного устала, да, - с шумом выдохнула нефилим, касаясь мягкой кожи на шее охотника. Даже в таком состоянии, на грани физического истощения, тело помнило, как любило прикасаться к Джейсу. — Но, возможно, чуть позже, я в самом деле не откажусь от парочки рун, - например, энергии, силы и, быть может, ещё и сна? Главное, чтобы молодой человек был рядом, иначе ей не захочется засыпать. Внутри всё ещё слабым отголоском отдавалось странное ощущение неуверенности в том, что всё это происходит не по-настоящему, и стоит ей закрыть глаза, блондин исчезнет или снова попадёт в неприятности.
— Джейс... - во рту пересохло. — Ты должен рассказать мне, что случилось. Не про гнездо Кури, а всё, что было до этого, - девушка облизала губы, отнимая руку от груди охотника и выпрямляясь. Она снова смотрела в его глаза - несколько расфокусированно и потерянно, но всё же в ожидании ответов.
— Сколько это продолжалось? Судя по виду твоей спины, по меньшей мере, несколько дней, - рыжеволосая сделала паузу, переводя дыхание. — Я права? И это явно был не бой один на один... Сколько их было? Расскажи мне всё, я прошу тебя, - как бы она не хотела забыть всё, что случилось накануне, неведение и догадки скорее сживут её со свету, чем позволят двигаться дальше. Кларисса должна была пережить всё это ещё раз, вернувшись в кромешный Ад последних дней. Только в таком случае она сможет забыть и, возможно, однажды отпустить.

+1

34

Конечно, список не ограничивался только Кэйли, но Джейс чувствовал, что это совсем не та информация, которую Клэри в самом деле хотела бы услышать из его уст. Пока он не слишком хорошо разбирался в зачастую необъяснимой женской логике, но инстинктивно чувствовал: когда они спокойно говорят о списке бывших девушек, это вовсе не значит, что его нужно оглашать.
Руна гламура – это то редкое сочетание, когда можно совместить приятное с полезным, - парировал нефилим. Хотя когда-то он говорил совсем другие вещи: как жаль, что примитивные не могут созерцать его каждый день. Впрочем, на словах о руне невидимости и списке бывших разговоры на эту тему явно не сошли на нет. Клэри снова заговорила о Кайли, пытаясь сохранять непринужденный вид и будничный тон, но Уэйланд чувствовал, что если сейчас Уайтуиллоу, возможно, и мало ее беспокоила, то когда-то это было не так.
Ты красивая, - акцентируя первое слово, перебил рыжеволосую охотник. Рост – не главное. Напротив, Джейсу всегда импонировал типаж маленькой и хрупкой девушки, коей и была его Клэри на первый взгляд. Кто бы мог подумать, что в этих ста пятидесяти семи сантиметрах роста скрыта такая недюжинная сила воли и поистине адское упрямство, грани которого Уэйланд еще только начинал постигать, уверенный, что дальше – больше. Еще он был без ума от рыжих волос, хотя раньше никогда бы и не подумал, что цвет волос может играть такое значение, или их яркое, неповторимое сочетание с необычным цветом глаз – насыщенным зеленым, изумрудным. Хотя, может, все дело было не во вкусовых предпочтениях. Все можно объяснить гораздо проще: Джейс был без ума влюблен в Клэри. Нет, не так. Он любил ее, окончательно и бесповоротно, поэтому и любил все в ней: начиная от россыпи веснушек на белоснежной коже, заканчивая рыжей макушкой.
Не надо никаких расписаний и графиков! – тут же возмутился Уэйланд, отвлекаясь от своих мыслей. У них и так было мало времени, так что им оставалось ценить каждую минуту, каждое украденное мгновенье, проведенное наедине друг с другом. Если день им придется делить с другими, то ночи будут принадлежать только им. — Я хочу, чтобы все ночи были только нашими, - возвращаясь к своим прежним мыслям, светловолосый снова подумал о том, что наверняка возненавидит рассвет… В сутках было двадцать четыре часа, можно разделить их на двенадцать часов дня и двенадцать часов под покровом ночи, но люди всегда были алчны до первой половины, вытесняя ночь все дальше и дальше, оставляя жалкие шесть, если повезет, восемь часов. Раньше Джейс даже не задумывался об этом, но сейчас подобные размышления напрашивались сами собой…
Уэйланд снова опустил взгляд, по-прежнему с легким удивлением всматриваясь в идеально гладкую, золотистую кожу. Его ладонь невольно потянулась к груди, касаясь ее там, где когда-то жил один из его шрамов, но вовсе не от рун. В первое мгновенье нефилиму показалось, что подушечки пальцев вновь почувствовали шероховатую линию рубца, но нет. Воображение разыгралось. Кожа здесь была такой же непривычно мягкой и гладкой. Скучал ли он по этим шрамам? Охотники всегда носили следы от рун с гордостью, но в конце концов, они были всего лишь шрамами… Там, где только что исчезли одни, вскоре появятся другие, а вот что касалось прочих отметин, оставленных «заботливой» рукой отца – здесь Джейс испытывал смешанные чувства. С одной стороны, не считая кольца Моргенштернов, они были тем немногим, что осталось у него от Валентина, ведь плохие воспоминания – тоже воспоминания. Уэйланд дорожил и ими, но вряд ли Клэри поймет.
Нет, вряд ли буду. Скоро появятся новые руны, новые шрамы от них, - пожал плечами Джейс, намеренно обходя вниманием исчезнувшие шрамы другого происхождения. — И потом…все это, - молодой человек опустил взгляд на ее ладошку – тонкий указательный палец по-прежнему выводил невидимые, витиеватые руны у него на груди. — …ощущается иначе. Это сложно объяснить, - Уэйланд и правда не понимал, что именно изменилось, но прикосновения действительно ощущались по-другому. Кожа стала мягкой и куда более восприимчивой к ее теплу.
Я могу нарисовать их прямо сейчас, - ласково накрывая руку рыжеволосой на своей шее, с мягкой улыбкой предложил Джейс. — Тебе не помешает хороший сон, у нас еще будет время обо всем поговорить, - но стоило услышать, о чем именно она собирается поговорить, охотник быстро осознал, что Клэри не намерена ждать никаких «потом».
Ты уверена, что хочешь говорить об этом сейчас? – со вздохом, на всякий случай, не питая особых надежд, спросил Уэйланд. Судя по молчаливому ответу и обеспокоенному, но настойчивому взгляду зеленых глаз – да, более, чем уверена. Светловолосый все равно не до конца понимал, зачем Фрэй были нужны все эти детали? Все ведь уже позади, все хорошо, и воспоминания не принесут ничего, кроме боли. — Ладно, - вынужденно согласился Джейс, набирая в легкие побольше воздуха, чтобы начать свой рассказ. — Да, это длилось несколько дней. Три дня… - неуверенно поднимая янтарные глаза на Клариссу, виновато начал Уэйланд. Он не чувствовал вину за содеянное, но за то, какую это боль могло причинить Клэри – да, безусловно. — Сначала я связался с оборотнями в Таки’c. Их было трое или четверо, но раны были несерьезными. Несколько глубоких царапин, возможно, пара ушибов. Знаешь, это как… - нефилим пытался осторожно подбирать слова, но, когда речь идет о таких пагубных привычках, задача казалась из разряда невыполнимых. — Привыкаешь к определенной дозе, и нужно больше. Когда-то этого было достаточно, но мне было почти не больно, - или, правильнее сказать, недостаточно больно, — Поэтому…на следующий день я связался с примитивными. Их было шестеро, - выдохнул Джейс, не находя в себе сил посмотреть в глаза Клариссе. — Я не особо старался, честно говоря. Тогда, наверное, я и получил большинство этих ушибов. Я позволил…себе их получить. Кажется, сломал ребро, но все не было так серьезно. Мне стало тяжело дышать уже после этой ночной вылазки, когда я вернулся в Институт. Наверное, после какого-то падения осколки кости попали в легкие или что-то вроде того, я не знаю. Я не поверил, что ты здесь, когда увидел тебя… - облизывая внезапно пересохшие губы, признался нефилим. Может быть, стоило на этом остановиться? Но Клэри хотела знать все… — Впервые за долгое время мне было…хорошо. Я почти ничего не чувствовал, и ты была рядом, - чувствуя странную тяжесть от своих же собственных слов вместо ожидаемого облегчения, которое зачастую приносят признания, подытожил свой рассказ Уэйланд.

+2

35

This thing called love can be so cold
It can be miserable or it can be beautiful
This thing called love can be so cold
Sometimes it's amazing
Sometimes it's crazy
This thing called love

Стоило порадоваться, что Джейсу достало благоразумия и чувства такта не вспоминать всех своих бывших девушек. Даже если они были простым увлечением, мимолётной интрижкой, которая ничего не для него не значила, Клэри не была уверена, что хотела знать о них. Ей было достаточно Кэйли и Алины, с которыми она была знакома лично и которых она видела в объятиях Уэйланда своими глазами. Мягко говоря, это было неприятно, но это было прошлое охотника, и она его уважала, но на этом, пожалуй, всё. То, что было до неё, её не касалось, и пусть Фрэй была очень любопытным человеком, к данному вопросу это не относилось никоим образом. Меньше знаешь, крепче спишь, а то неровен час, как новоприобретённая уверенность в себе и в чувствах Джейса к ней, пошатнётся.
Рыжеволосая смущённо улыбнулась, опуская тёмные ресницы, буквально жмурясь от удовольствия. Каждой девушке приятно, когда её называют красивой, но когда подобные слова произносят любимые губы, да ещё с такими интонациями, голосом, не терпящим возражений... Как тут устоять? В такие моменты Клэри в самом деле верила, что она красивая, и Джейс видит её именно такой и не хочет, чтобы она менялась. Ни в чём. Наверное, так часто бывает: другие люди любят в нас то, что нас самих смущает, - например, маленький рост или россыпь веснушек на бледной коже, но охотник, кажется, любил и это.
Девушка хихикнула: подшучивать над Уэйландом было приятно. Он так мило, даже трогательно, возмутился её предложению, что Клэри едва подавила удушливый приступ смеха. И почему моменты беззаботного счастья не могут длиться чуть дольше? Всегда находился кто-то или что-то, готовые вырвать этих двоих из их сладких грёз и вернуть на землю, в то место, где они были братом и сестрой - Клариссой и Джонатаном Моргенштерн. Но только не сегодня, не сейчас, не в этой спальне, и уж точно не тогда, когда Клэри сидит на коленях у Джейса, смотрит на его улыбку и не может насмотреться. Мир со своей жестокостью и навязанными моральными принципами подождёт.
— Ночи всегда буду нашими, - Фрэй коснулась ладонью другой, свободной руки, щеки охотника, ласково оглаживая кожу.
— Главное, не забывать запирать дверь и про руну бесшумности тоже, - заговорщически подмигнула Кларисса. Гореть ей в Аду за подобные мысли, но они давным-давно перешагнули незримую черту, переходя от жарких поцелуев и ласк к куда более тесной, проникновенной близости. Несмотря на то, что ещё недавно рыжеволосая терзалась при одной только мысли о том, что хочет старшего брата, сейчас она и подумать не могла, что у них этого не будет. Это было как нечто само собой разумеющееся: они уже давно не могли друг без друга, и если уж падать вниз, получая билет в Ад в один конец, то пусть хотя бы будет за что.
— Надеюсь, Алек не приходит будить тебя по утрам на манер будильника? Хотя...ты можешь оставаться у меня: ко мне точно никто не приходит, - это уже напоминало план. Клэри представляла дальнейшее развитие событий весьма отчётливо: пропущенные утренние тренировки, а, быть может, и общий завтрак, ранний отход ко сну накануне под предлогом тяжелого дня и всё в таком духе. Ночь и так была гораздо короче дня, а это всё, что у них было...
Повисла небольшая пауза, пока Уэйланд разглядывал свою чистую кожу. Клэри не сразу заметила, что не только шрамы от рун исчезли, но и других шрамов, оставленных их отцом, тоже больше не было. Выражение лица охотника оставалось задумчивым, и он продолжал хранить молчание. Было трудно сказать, что у него на уме, но зная, как Джейс относился к Валентину несмотря на всё то, что он сделал, в том числе и с ним, скорее всего Клариссе не понравились бы эти мысли. Она до сих пор не могла понять этой слепой и безотчётной любви к этому жестокому человеку. Да, конечно, всегда существовало слабое оправдание, что Джейс просто не знал другой родительской любви, а Мариз и Роберт в его жизни появились гораздо позже, но рыжеволосую это не убеждало. Пожалуй, даже хорошо, что охотник решил не развивать эту тему: к этому она сейчас явно была не готова.
— Для меня тоже это ощущается иначе, - поспешила подхватить другую, более лёгкую и приятную тему, нефилим. Бархатистость кожи молодого человека в самом деле сводила с ума: нельзя сказать, что кожа была прямо очень нежной, нет, но она была мягкой и ровной, идеальной. Интересно, если такие ощущения, когда она просто касалась его руками, что же будет, если она прикоснётся губами?
— Нет, позже, - Фрэй помотала головой, улыбаясь и наслаждаясь теплом руки Джейса, в котором буквально утонула её собственная ладошка. Как же ей всего этого не хватало... — Я обязательно отдохну, правда, но не сейчас, - уже более примирительно продолжала нефилим. Спорить не хотелось, но судя по всему упрямиться Клэри была готова даже на смертном одре, а уж при усталости и подавно.
Кларисса не стала отвечать на вопрос молодого человека, лишь устремила на него твёрдый и решительный взгляд изумрудных глаз. То, что произошло, нельзя было замалчивать, они должны были это обсудить. Да, разговоры, были не самой их сильной стороной, но учитывая, что Джейс чуть не умер, можно было и постараться. Да, и когда, если не сегодня, не сейчас?
Рыжеволосая слушала, что говорил ей Джейс. Сказать, что слышать нечто подобное, было тяжело, не сказать ничего. Клэри в самом деле вернулась в тот Ад, в котором пребывала ночью, только теперь у Ада появились более явные очертания. Яркое воображение тут же представило и группу оборотней, и примитивных, и даже то, как проходили эти неравные схватки. В горле образовался ком, который нефилим никак не могла сглотнуть, как не старалась. Она приказывала себе быть храброй, сильной, ведь она сама попросила молодого человека рассказать ей всё, но как же это было невообразимо трудно. Она буквально чувствовала кожей всю ту жестокость, что была направлена на Джейса, на её Джейса, которого ночью она буквально собирала по частям, а ведь у неё могло ничего не получится. Она могла оказаться недостаточно сильной для того, чтобы вылечить его, спасти от неминуемой гибели, которая обязательно нашла бы его под утро.
На словах про боль, Фрэй прикрыла рот рукой, кусая себя за пальцы. Слёзы душили, но Клэри не хотела плакать: она должна была дослушать до конца. Саморазрушение Уэйланда носило куда более опасный характер, чем она думала до этого: подробности его рассказа оживали перед глазами и душили Фрэй. Господи, а что если она и правда не нашла бы его этой ночью? Если бы он выжил без её помощи, где гарантия, что не продолжил бы истязать себя и дальше, чувствуя, что вот-вот он обретёт желанный покой? И тогда, возможно, четвёртый или пятый день подобного времяпрепровождения стали бы его кончиной... Об этом думать не хотелось, и всё же Кларисса думала, холодея с каждой секундой, будто её опустили в ванную со льдом и не давали выбраться оттуда, как бы она не сопротивлялась.
— Тебе было хорошо, - разжав зубы, шёпотом повторила рыжеволосая. — Ты же умирал и думал, что я - плод твоего воображения, - нефилим всхлипнула, порывисто подаваясь вперёд и обнимая Джейса. Она прижалась носом к его шее, чувствуя, как совсем рядом бьётся пульс. Уэйланд был жив и больше не умирал, но почему Клэри кидает в дрожь? Охотник был тёплым, даже горячим, и реальность была куда реальнее обычного, и всё же Клэри не могла избавиться от леденящего сердце страха, что, возможно, это всё игра воображения? Кларисса словно оказалась в одном из своих ночных кошмаров. Она теснее прижалась к Джейсу, грудью чувствуя, как в груди молодого человека бьётся сердце. Нет, это не может быть иллюзией: он был здесь, с ней, с ним всё хорошо... Она по-прежнему не собиралась плакать, и всё же несколько слезинок скатились по её щекам - теперь шея Уэйланда была влажной от её слёз. Девушка плакала бесшумно, тихо содрогаясь в беззвучном рыдании.
— Больше никогда, никогда, никогда так не делай! - отчаянный шёпот стал совсем тихим. Клэри ненадолго отстранилась от Джейса, но лишь затем, чтобы припасть к его губам в поцелуе: горьком-прегорьком, отчаянном и грустном, солоноватым на вкус.
— Я не смогу жить без тебя, Джейс, - но, кажется, она сегодня уже ни раз и ни два говорила нечто подобное. Но Кларисса готова была повторить это ещё тысячу раз, десятки тысяч раз, если только это поможет ей поверить, что Уэйланд никогда не возьмётся за старое.

+2

36

Джейс по-прежнему не до конца понимал, зачем Клэри были нужны подробности событий сегодняшней ночи. Его состояние тогда говорило красноречивее любых рассказов, которые сейчас лишь будоражили и без того слишком свежие раны. С другой стороны, едва ли у охотника оставался какой-то выбор: Фрэй была слишком упряма и настойчива в своем стремлении узнать правду, чтобы попытаться ее каким-то образом переубедить или отвлечь. Никто из них так и не произнес этого вслух, но оба прекрасно понимали: тремя днями этот марафон поисков героической смерти мог не только не ограничиться, но и затянуться до тех пор, пока желаемая цель не была бы достигнута. Конечно, Уэйланд сомневался, что без посторонней помощи и хотя бы минимальных целительных средств он был бы в состоянии отправиться на подвиги на следующее утро, однако, если бы ломка по адреналину и желание забыться смогли бы перевесить физическое состояние, немаловероятно, что это приключение в действительности могло бы стать последним. Конечно, все можно списать на юношеское безрассудство, которому свойственно верить, что смерть – это то, что бывает с другими, но в данном случае Джейс все же слишком хорошо представлял перспективы: напротив, он втайне ждал именно этот исход.
Голос Клариссы снова звучал глухо, как будто каждое произнесенное слово давалось ей с невероятным трудом. Впрочем, с невероятным трудом ей давалось, скорее всего, не это, а сдерживать слезы. Они душили ее, так и норовя вновь заструиться по едва высохшим щекам. А ведь еще буквально пару минут назад и на ее губах сияла улыбка…
У меня наверняка был жар, я вообще мало, что понимал, - попытался успокоить рыжеволосую охотник. Он слабо помнил, какие именно мысли на тот момент царили в его голове, да и были ли они вообще? Может быть, каким-то шестым чувством, Джейс и начинал ощущать, что смерть медленно подбирается к нему, по-прежнему прячась в полумраке, но находя уют именно в его тени, с каждым робким, тяжелым вздохом в надежде протягивая к нему свои костлявые руки. А Джейсу было хорошо, он видел Клэри, и, если бы вечный сон пообещал ему эти видения, едва ли бы он отказался.
Не успел нефилим продолжить, как он вновь очутился в объятиях Фрэй. Сначала Уэйланду показалось, но спустя пару мгновений он был почти уверен, что по его шее скатилась пара горячих капель, теряясь в небольшой выемке между ключицами – ее слезы. Кларисса столь отчаянно пыталась выглядеть сильной, но ее же слова и стали, в конце концов, той последней каплей. Джейс хотел что-то сказать, попытаться ее утешить, но что он мог? Солгать, что он никогда не хотел погибнуть или променять свою жизнь за ее видение? Нет, к сожалению, все было именно так. Нефилим растерянно сомкнул объятия, ласково поглаживая Фрэй по спине, пытаясь унять нарастающую дрожь и сдавленные рыдания. Он не мог видеть ее такой. Не мог позволить, чтобы она была такой по его вине. Как жаль, что нельзя повернуть время вспять, но даже если и можно, то не зная того, что Джейс знал сейчас, пребывая в полном отчаянии, граничащим с помешательством, неужели он бы поступил иначе? Едва ли. Это заставляло ненавидеть себя еще сильнее. Может быть, это то, что было в нем от Валентина? Причинять боль тем, кто его любил? Отравлять их жизнь одним своим присутствием.
Тихие слезы Клариссы сменились резким и порывистым поцелуем. Она прильнула к его губам столь неожиданно и отчаянно, как будто этот поцелуй был их последним. Еще мгновенье, и Уэйланд мог исчезнуть, ускользнуть из ее объятий, оставляя Клэри наедине с пугающей, гнетущей тишиной и пустотой в сердце. Но он был здесь. Живой и невредимый, крепко-крепко прижимая ее к своей груди, целуя ее с ответным отчаянием и жаром. Ее губы всякий раз становились еще мягче, нежнее, когда она плакала. Джейс чувствовал легкий, солоноватый привкус на своих собственных, но поцелуй горчил вовсе не из-за ее слез. Казалось, Клэри невольно пыталась вложить в него всю ту боль и отчаяние, из которых была буквально соткана прошлая ночь, вместе с тем заставляя себя поверить, что весь этот Ад остался позади, позволяя вернуться в реальность, где Уэйланд не пытался свести счеты с жизнью.
Эй, все хорошо, - отстраняясь, легонько сжимая плечи Фрэй, словно боясь, что она в самом деле окажется плодом его воображения, тихо произнес Джейс. — Я дал слово, что этого больше не повторится, - нежно стирая подушечкой большого пальца влажную дорожку на ее щеке, мягко продолжил нефилим. Да, этого больше не повторится до тех пор, пока она рядом. Уэйланду уже казалось, что Клэри понимает это и без слов, но произнести нечто подобное вслух он по-прежнему не мог. Звучит как шантаж, и когда-то он даже не гнушался им, пытаясь играть на слабостях и страхах Фрэй, но это в прошлом.
Ты не потеряешь меня, - заверил Клариссу нефилим. – А теперь просто позволь мне быть рядом. Тебе правда нужно отдохнуть. Я никуда не уйду, обещаю, - конечно, они и так были в его комнате, но Джейс говорил совершенно серьезно. Он понятия не имел, который сейчас час, не хватятся ли их остальные, разве это сейчас имело значение? Он останется здесь, рядом с ней, пока будет ей нужен. Они не могут получить «всегда», но сегодня можно притвориться, что оно принадлежит им.

+1

37

Иногда самые страшные кошмары становятся реальностью. То, чего люди боятся больше всего на свете, перестаёт быть сном и приобретает очертания. Когда Валентин назвал их своими детьми, Клэри подумала, что вот оно, её худший кошмар, который даже самая бурная и самая воспалённая фантазия не смогла бы придумать. Она потеряла Джейса, едва успев его обрести. Во всяком случае так она думала тогда. Но есть вещи похуже расставания с любимым человеком. Если бы Клариссу кто-нибудь бы спросил о трудностях подобного выбора, для неё и выбора бы не стояло вовсе... Если бы она знала заранее, что охотник доведёт себя, а заодно и её, до подобного состояния, она бы просто не нашла в себе сил попытаться поступить правильно. Должно быть, у нормальных людей в голове щёлкает само собой, что брат и сестра ни при каких сценариях не должны быть вместе, и так или иначе, рано или поздно, они смогли бы пережить это, позабыв вкус губ друг друга, горячность ласк и трепетность объятий. Постепенно бы это стёрлось из памяти, вытесняя из сердца любовь романтическую и заменяя её более духовной, крепкой связью - той, что должна быть у близких родственников. Но глядя на то, что происходило и чуть было не произошло, Фрэй была почти уверена, что Уэйланд быстрее довёл бы себя до гробовой доски в Городе Молчания, чем их чувства успели бы остыть.
Говорят, что если нефилим влюбляется по-настоящему - это на всю жизнь. У примитивных тоже существовало такое своеобразное поверье, которое разве что можно было бы проверить на смертном одре, а в действительности ли рядом с тобой на протяжении всей жизни был тот, кого ты по-настоящему любил все эти годы. Но что если они использовали свой шанс друг на друге? Конечно, когда влюблён, кажется, что это на всю жизнь, но вдруг между Клэри и Джейсом и правда нечто большее, чем простая юношеская влюблённость, которую они бы сумели пережить?
Клэри вздохнула. Нет, она и сама в это не верила, что уж и говорить об охотнике, который был готов умереть, лишь бы не проверять данную теорию. Молодой человек был убеждён, что впереди его ждут лишь страдания и агония при одной лишь мысли о том, что всё, чего он так желал, больше не будет ему недоступно. Никогда.
Но история, как и многое другое, не любили сослагательного наклонения: если бы рыжеволосая знала, что Джейс будет искать смерти, она была бы с ним с самого начала. Она бы и не подумала избегать и отталкивать его. Но был ли бы это её осознанный выбор? Вчера она пришла сюда, ведомая лишь одним желанием: быть с ним и больше никогда расставаться. Ей понадобилось так много времени, чтобы осознать, что ей нужно, и тем не менее – это был именно её выбор, её решение без какого-либо давления извне, со стороны молодого человека в том числе.
— Я верю тебе, - наконец, отозвалась нефилим. Джейс всегда держал свои обещания, но не был ли данный случай тем самым, злополучным исключением, подтверждающим правило? Он и сам говорил, что это выше него, что боль нужна ему, чтобы заполнить пустоту, выжечь из памяти воспоминания, которых там изначально быть не должно.
Кларисса понимала и другое: что у этого обещания было продолжение. Охотник не произнёс его вслух, но она в самом деле понимала, о чём он подумал: пока Клэри будет рядом, он будет держать данное слово. Зачем искать утешения в боли, когда у Джейса будет она, Клэри? Конечно, всё логично…
— Хорошо, - послушно согласилась Кларисса, подумав, что дальше вести эти разговоры не было никакого смысла. Она смертельно устала и едва ли ей хватало сил, чтобы держать спину прямо. Если бы не руки охотника, державшие её за плечи, она не удержала бы равновесие.
— Думаю, ограничимся рунами энергии и сна, - со слабой улыбкой, отозвалась рыжеволосая, позволив Уэйланду аккуратно уложить её на кровать и нарисовать ей несколько рун.
— Обними меня, когда я усну, ладно? – проговорила нефилим, внимательно наблюдая за тем, как руна энергии расцветает на её руке вычурным, угольно-чёрным, цветком. Охотник взялся за руну сна, и с каждым новым движением стило, девушка чувствовала, как веки тяжелеют. Она и в самом деле очень устала…
— А ведь Аграмон показывал мне всё это... - погружаясь в забытье и совершенно не отдавая себе отчёт в том, что говорит, Фрэй уснула крепким сном, надеясь лишь на то, что она обязательно проснётся в родных объятиях, найдёт горячо-любимые, мягкие и такие податливые губы, прижмётся к ним в ещё сонном, но всё же чувственном поцелуем. А большего было и не надо. Весь мир мог быть против них, но какая разница, если они были у друг друга? И всегда будут? Да, засыпая, Клэри в самом деле верила в то, что теперь даже это сильное и такое опасное слово «всегда» будет им подвластно.

+1


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » we could keep it a secret [03.06.2016]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC