SHADOWHUNTERS: City of darkness

Объявление

Добро пожаловать в Сумеречный мир! Мы приветствуем Вас на просторах ролевого проекта "City of darkness". Охотники, маги, оборотни, вампиры, фэйри и даже демоны, - все они живут по соседству с людьми, плетут интриги, сражаются, любят и ненавидят. Среди друзей намечаются расколы, а в стане врага - неожиданные союзы. Мир на грани войны. Какую сторону примешь ты?

ClaryJaceLydia
Нью-Йорк | август-сентябрь, 2016
городское фэнтези | NC-17


Emma Carstairs [от 31.03]Nothing can't be concealed from the friend [03.09.2016]
«Рождество и вправду - несмотря на свои примитивные и религиозные корни - прижилось в семье Блэкторнов. Наверное, потому что большой семье нужны были добрые и праздничные традиции, особенно когда в ней столько детей, есть сводные брат и сестра и нету мамы. Какой бы заботливой и опекающей и помогающей не была Хэлен, она не могла заменить Элинор для детей и Нериссу для брата...» [читать далее]
Чаша в руках у Валентина, его сын, Джонатан Моргенштерн, работает над собственным планом, далеким от идеалов и интересов отца. Из Института Нью-Йорка таинственно исчезли Клэри Фрэй, Джейс Уэйланд и Себастьян Верлак. Лидия Брэнвелл и Алек Лайтвуд занимаются поисками пропавших...

гостеваядобро пожаловатьрасысюжетсписок персонажейзанятые внешностинужныеакция

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » i've had you so many times but somehow, i want more [08.06.2016]


i've had you so many times but somehow, i want more [08.06.2016]

Сообщений 1 страница 30 из 66

1

Clary Fray & Jace Wayland
http://funkyimg.com/i/2qR6d.gif
http://funkyimg.com/i/2qR6e.gif
http://funkyimg.com/i/2qR6h.gif

«If you believe in heaven, i suggest you start to believe in hell»

8 июня, утро; кухня, далее библиотека,
Институт Сумеречных охотников, Нью-Йорк;

Клэри поймала себя на мысли, что хочет быть как можно ближе к Джейсу, пока они, храня свои отношения втайне, пытаются урвать у Судьбы жалкие минуты наедине. Она и сама от себя не ожидала, «забыв» одеть одну, немаловажную деталь гардероба под лёгкое, летнее платье. Но, кажется, Джейс оценил?

+2

2

Странно, как после ночи в компании Льюиса охотнику еще удалось сохранить некие остатки самообладания и хотя бы желание делать вид, что у него не настолько отвратное настроение, как это было на самом деле. Как же Джейсу чертовски хотелось выплеснуть все свое напряжение и ревность на Фрэй, стоило им оказаться, наконец, наедине, но Уэйланд и здесь проявил чудеса благоразумия. Больше всего его раздражало, что из-за ее драгоценного Саймона и его вампирских заморочек они потеряли целую ночь, которая по определению должна принадлежать только им. Впрочем, нет, совсем благоразумием поведение нефилима вряд ли охарактеризуешь, но, кажется, он уже начинал перерастать стадию «негативное внимание – тоже внимание», позволив Клариссе не дать перерасти их разговору и своему собственному недовольству в самую настоящую ссору.
Утром следующего дня Джейс почувствовал какой-то странный прилив адреналина и беспокойства – непонятное, почти незнакомое ему ощущение, заставившие проснуться еще раньше обычного, не отпуская ни на секунду из своих цепких сетей. Наверное, всему виной катастрофическая нехватка времени, которое они с Клэри могли провести вдвоем. Сколько бы его ни было, Уэйланду всегда мало, только это не самая главная проблема. Его злили все те обстоятельства, которые мешали им проводить время вместе, будь то Льюис, очередная тренировка или поручение Мариз. Джейс прекрасно осознавал, что глупо злиться на то, что не можешь изменить, но и поделать с этим он ничего не мог. К сожалению, эмоции всегда живут своей жизнью и редко хоть как-то зависит от нас и, тем более, от доводов вездесущего разума.
Пришла пора завтрака, и Уэйланд, наконец, решил порадовать присутствующих на кухне своим лучезарным появлением. Он по-прежнему чувствовал легкую нервозность: она, словно яд, расползалась по телу, ускоряя его шаг, покалывая в кончиках пальцев и заставляя нервно облизывать губы, стоило очутиться в нескольких шагах от нужного места. Клэри по определению должна уже быть там, и действительно: она сидела за одним из дальних столов в компании Линдси и какой-то еще девушки из другого Института, чье имя светловолосый так и не удосужился запомнить. Вопреки ожиданиям, на Фрэй были вовсе не привычные джинсы и футболка. Сегодня ее заменило легкое летнее платье, оттеняющее белоснежную, гладкую кожу, заставляя вспомнить, какой месяц на дворе. Рыжие волосы прекрасно дополняли яркий, искрящийся образ Клариссы, тут же приковывая взгляд. Но стоило ей повернуться к нему, как все романтичные мысли и поэтичные сравнения мигом выветрились из головы охотника: на ней не было бюстгальтера. Это не смотрелось пошло или неуместно, вызывающе. Просто Джейс слишком хорошо видел разницу, непроизвольно обращая внимание на любые, даже самые незначительные изменения во всем, что касалось Фрэй. Легкая ткань летнего платья подчеркивала эту новую, крайне будоражащую сознание деталь, особенно в движении, стоило Клэри повернуться, наклониться или чуть откинуться на спинку стула. Наконец, она заметила его. Джейс глубоко вздохнул, не сводя с рыжеволосой потемневшего, пристального взгляда, с легкой улыбкой направившись к их столу, ведь не было ничего предосудительного в том, что он хочет за завтраком поприветствовать свою сестру, не так ли?
Доброе утро, - опускаясь на соседний с Клариссой стул, приветливо поздоровался охотник. В голосе звучали низкие, чуть хрипловатые нотки, но едва ли Линдси или ее «безымянную» спутницу это могло навести на какие-то мысли. К слову, Линдси тут же захихикала, переглянувшись с подругой, но Уэйланд сделал вид, что не заметил.
Клэри, Мариз просила передать, что тебе стоит прочитать пару книг по целебным травам. Не самое увлекательное занятие, но все мы через это прошли, - будничным тоном начал Джейс, делая вид, что весь этот разговор изначально навевает на него скуку. Между тем, он незаметно опустил под стол левую руку без дальнейших промедлений и преамбул позволяя ладони коснуться колена рыжеволосой.
У меня есть эти книги, это основной курс, да? Я могу принести их, - тут же предложила Линдси. Вечно ей надо влезть.
Нет, спасибо, Линдси, - едва слыша ее слова из-за пульсирующего в висках адреналина, слегка запоздало отозвался Джейс, мягко отодвигая нежную, тонкую ткань платья, скользя ладонью по внутренней стороне бедра Клариссы. Он буквально почувствовал тот самый миг, когда она вздрогнула, моментально напрягаясь, наверняка ошеломленная его невиданной наглостью, сгорая от страха, но и не только от него. — Мариз говорила про какие-то другие книги. К слову, она ждет тебя в библиотеке, и я бы на твоем месте не затягивал с завтраком, - едва касаясь кончиками пальцев границы нижнего белья, с новым глубоким вздохом, который можно принять за сочувствие от предстоящей встречи с Лайтвуд, добавил охотник. Конечно, никакая Мариз не ждала Клэри в библиотеке, но их непрошенным свидетелям совсем необязательно об этом знать. Джейс повернулся к той, кому, собственно, и были адресованы все эти слова, прожигая долгим, обволакивающим взглядом, невольно задержавшись на алых губах. К счастью, Линдси и ее собеседница вряд ли это заметили – они были слишком заняты серой кофтой охотника, вернее, тем, что ее молния была застегнута чуть больше, чем на половину, будучи одетой, разумеется, на голое тело.

+2

3

Ночное приключение им всем далось очень непросто. Наверное, стоило порадоваться, что Джейс и Саймон не убили друг друга, а ограничились лишь многочасовым пререкательством, которое Клэри отчаянно пыталась пресекать, но иногда у неё это не получалось. Или просто заканчивались силы, и тогда Фрэй обречённо вздыхала, моля Высшие силы ниспослать ей терпения. Что было на уме у Уэйланда, догадаться нетрудно. Наверняка, он проклинал всё на свете, понимая, что ещё одна ночь для них потеряна. Задание, которое Рафаэль поручил Саймону, в самом деле оказалось непростым, что даже им троим понадобилось время, чтобы его выполнить вплоть до самого утра. К тому времени, когда Клэри и Джейс вернулись в Институт, почти наступил рассвет, и на сон оставалось всего пара часов. Фрэй была бы и рада подарить охотнику несколько десятков приятных минут, но она так устала, что просто валилась с ног и уснула почти что мгновенно, стоило ей оказаться под одеялом в объятиях Джейса.
Проснувшись утром, она и сама не знала, что на неё нашло, но внезапно пришедшая в голову мысль, в первые мгновения заставила смутиться собственной дерзости. По сути в том, что она собиралась сделать, не было ничего такого. Непривычно - да. Необычно конкретно для неё - да. Дерзко? Пожалуй. Но чтобы охотник не думал себе, ей тоже всегда было мало его. Ей хотелось чувствовать его больше, чаще, ближе, острее. Наверное, именно этим руководствовалась Клэри, когда решила не одевать бюстгальтер под тонкое, но отнюдь не прозрачное платье, насыщенного зелёного цвета. Платье было весьма простым, на тонких бретельках без декольте, перехваченным широкой лентой под грудью и со струящейся юбкой чуть выше колена. Погода, стоявшая за окном, была прекрасной - по-настоящему летней, тёплой, и подобный наряд был как раз подходящим выбором, к тому же Фрэй в самом деле хотела прогуляться после завтрака.
Конечно, в глубине души она мечтала о том, что, возможно, в течение дня им с Джейсом удастся урвать несколько свободных минут для поцелуя, например, или нескольких прикосновений. В таком случае они оба получат куда больше удовольствия от происходящего, ведь границы между ними будут ещё более более размытыми. При мысли о том, что Уэйланд прикоснётся к её груди лишь через ткань платья, щёки покрывал нежный, розовый румянец. И как она до такого дошла? В том плане, как мысли подобного рода - не одевать под одежду бюстгальтер - вообще могли прийти в голову дочери Джослин?
Кларисса сидела на кухне, весело смеясь и переговариваясь с Линдси и Сьюзан. Не то, чтобы они были близкими подругами, но иногда с ними было приятно поболтать. Девушки хихикали, пряча глупые улыбки за чашкой с кофе, а потом притихли и заговорщически прошептали:
— Ооо, твой брат пришёл, - это была Сьюзан. Клэри медленно повернулась ко входу, встречаясь с охотником глазами. На мгновение её губы приоткрылись, будто бы она хотела что-то сказать или улыбнуться, да так и замерли в таком состоянии. Джейс, конечно же, уже заметил её маленькую хитрость, но и она не смогла не отметить, насколько непозволительно дерзко была расстёгнута его серая толстовка, одетая на голое тело. Судя по тому, что Сьюзан то ли вздохнула, то ли пискнула, то ли охнула, - Уэйланд неумолимо приближался к ним. Кларисса сдержанно улыбалась, напоминая себе, что молодой человек всегда так действовал на представительниц женского пола. Они готовы были отдаться ему даже не по первому зову, а по одному лишь взгляду, если бы его взгляд говорил об этом. Возможно, раньше Клариссу подобное заставило бы ревновать, но теперь, когда каждую ночь они с братом проводили в одной постели, - ревность стихла, крайне редко тревожа впечатлительное сознание.
— Доброе утро, - рыжеволосая повернулась к молодому человеку, одаривая его приветливой улыбкой, но стараясь не смотреть слишком долго. Вид обнажённой кожи, такой мягкой на вид и на ощупь, больше не тронутой шрамами от рун, будоражил и её сознание тоже. Поимел бы совесть заявляться в таком виде на завтрак, застегнул бы молнию повыше! Фрэй уже было открыла рот, чтобы сказать об этом, но чуть не подавилась кофе, почувствовав прикосновение ладони Уэйланда к своему колену.
— Книги по целебным травам? - переспросила нефилим, изо всех сил стараясь, чтобы голос её не дрожал. Рука охотника двинулась выше, заставляя девушку вздрогнуть всем телом, а сердце бешено забиться. Фрэй метнула взгляд на девушек, сидевших напротив, но, кажется, они были поглощены тем, что смотрели на её брата во все глаза и игнорировали всё остальное. В самом деле после недавнего случая с Уэйландом, Кларисса решила возобновить обучение в области целительства. Как показала практика - это были крайне полезные знания и навыки, а того, чему её научил Ходж, было крайне мало.
— Это интересно, я думала, она не воспримет всерьёз мою просьбу. Мариз сказала, что у меня итак слишком много предметов и пробелов в образовании, куда мне ещё и целительство? - продолжала Клэри, наивно поверив в то, что Джейс говорит правду. Между тем рука охотника, всё дальше и дальше скользящая вверх по её ноге, необычайно нервировала. Пальцы, которыми Фрэй сжимала чашку с кофе, начинали подрагивать от напряжения. Девушка прикрыла глаза, пытаясь усмирить разбушевавшееся сердцебиение, и предприняла попытку отодвинуться от Уэйланда, но спустя мгновение её стул упёрся в одну из ножек стола, а молодой человек даже и бровью не повёл.
— Но я ещё даже не завтракала, мы только кофе попили... - растерянно отозвалась рыжеволосая, откусывавшая в этот момент кусочек от круассана. Пальцы Джейса коснулись её нижнего белья, и девушка чуть было не выронила круассан, мгновенно им подавившись и закашлявшись. Сьюзан и Линдси тут же переключили своё внимание на подругу.
— Клэри, ты в порядке? - обеспокоенно осведомилась Линдси. Клэри усердно закивала, делая несколько глотков кофе. Она скосила глаза на брата, будто бы говоря «ты в своём уме? убери немедленно руку!», но в ответ на свою молчаливую просьбу, Джейс ответил лишь дерзким, пронзительным взглядом, от которого Фрэй сразу почувствовала себя обнажённой.
— Я не знала, что ты проявляешь интерес к целительству, сложная отрасль. Все эти травы, настойки, химические реакции, я бы никогда не смогла это запомнить, - проговорила Сьюзан, вновь переводя взгляд на охотника и его красноречивый импровизированный вырез на груди.
— Это может оказаться полезным, в жизни бывают разные случаи, а я всегда интересовалась разными вещами, так, почему бы и нет? - будничным тоном отозвалась Кларисса, стараясь как можно незаметнее отодвинуться на край своего стула, подальше от Джейса и его коварных прикосновений.
— Наверное, ты права. Вообще ты такая молодец! За столь короткий срок столько всего наверстать! - Фрэй улыбнулась, но рот был снова занят круассаном, который, к слову сказать, был невероятно вкусным. Рыжеволосая посмотрела на старшего брата, чуть сощурив глаза.
«Руку. Убери. Немедленно», - вот что говорил этот взгляд.

+2

4

В отличие от него Клэри все делала правильно: старалась долго не смотреть в сторону своего брата, не заострять внимание на его внешнем виде или словах. Так должен был вести себя и Джейс, но не всегда получалось. К счастью, его наполовину расстегнутая серая кофта привлекала куда больше внимания, чем его неосторожные взгляды, обращенные на сестру или таинственная полуулыбка, застывшая на губах охотника. Почему он вообще так оделся? На самом деле у Уэйланда и в мыслях не было провернуть столь хитроумный план, или соблазнить подобным видом Клариссу – все произошло как-то само собой, по наитию. Видимо, подсознательно он хотел добиться именно такого эффекта; хотел, чтобы она не могла отвести от него взгляд, пытаясь отвлечься от весьма и весьма однозначных мыслей. Учитывая его провокационные действия, наверняка именно эти мысли и одолевали в эту минуту Фрэй, пускай, и щедро разбавленные страхом быть замеченными. Как ни странно, в Джейсе ничего не дрогнуло. Разумеется, он чувствовал знакомый прилив адреналина – от него бросало в жар, словно от глотка терпкого, крепкого алкоголя, не говоря о до боли знакомой, легкой дрожи в кончиках пальцев, напоминающей пульсирующий электрический заряд, подпитываемый теплом ее кожи. Джейс с готовностью поймал недовольный взгляд Клариссы, хотя недовольство – не совсем та эмоция, которая читалась в ее вспыхнувших зеленых глазах. Она была напугана и возмущена, явно не ожидая такой вопиющей наглости в столь людном месте, но светловолосый лишь улыбнулся еще шире, и не думая прекращать все это безобразие.
Кстати, Джейс, когда ты покажешь мне парочку обещанных приемов? – встрепенулась Линдси. Ее щеки заливал яркий, пунцовый румянец. Чувствовалось, что этот вопрос дался ей непросто, поэтому слова больше напоминали скороговорку, произнесенную на предельной скорости, нежели будничное предложение.
Я бы с радостью, но потянул руку сегодня на тренировке, - с притворным сожалением ответил нефилим, сглаживая свой отказ обаятельной улыбкой. — Я уже нанес какую-то мерзкую мазь, должно помочь, - тут же добавил охотник, на случай, если Клэри тоже поверит в эту маленькую и безобидную ложь во спасение. Учитывая, как легко она поверила в легенду о Мариз, которая ожидает ее в библиотеке, такой вариант мог быть вполне возможен. По правде говоря, Джейс даже почувствовал легкий укол совести за свое наглое вранье. Фрэй выглядела такой невинной и доверчивой, веря каждому его слову, что обманывать ее было все равно, что украсть конфету у ребенка, притворившись смертельно больным и нуждающимся в целебной дозе шоколада и орешков. Что ж, угрызения совести все-таки придется оставить на потом.
Нет, завтрак – это важно, просто потом нигде не задерживайся, - деловито продолжил Уэйланд, на этот раз обращаясь уже к своей сестре. Лишать ее завтрака, который она уже была готова бросить, дабы не навлекать на себя несуществующий гнев Мариз, было слишком жестоко, а Джейс жестоким не был. Отчаянным, жадным до ее внимания – безусловно, но не жестоким.
Очень жаль, но может быть, в другой раз? – с плохо скрываемым разочарованием вновь подала голос Линдси.
Разумеется, - без зазрения совести солгал охотник, набравшись милосердия и незаметно вытаскивая левую руку из-под стола. В конце концов, чем скорее Клэри покончит с завтраком, тем быстрее все ее внимание будет принадлежать только ему, а пока он вытворяет все эти непристойные вещи, рыжеволосая рискует не раз подавиться кофе, не говоря о том, что и аппетит-то может пропасть. Впрочем, круассаны и правда выглядели весьма соблазнительно. Мысли Джейса были заняты уже отнюдь не едой, но перекусить бы точно не помешало. В отличие от девушек, Уэйланд не тратил много времени на трапезу, быстро впихнув в себя парочку круассанов и горячий омлет, даже толком не почувствовав вкуса. Говорят, люди делятся на два типа: те, которые едят в три горла, когда волнуются и те, которым и кусок в горло не лезет. Светловолосый, скорее, относился ко второй группе, но его видимое отсутствие аппетита могло привлечь ненужное внимание, да и потом, далеко не факт, что в скором времени у него будет возможность поесть. Не то, чтобы он вынашивал какой-то далеко идущий хитроумный план, но тот и так родился сам по себе, стоило ему увидеть Клэри в этом легком, зеленом платье на голое тело. Не совсем на голое тело, конечно, но отсутствие бюстгальтера, как оказалось, весьма будоражило сознание. Даже странно, что в таком состоянии Джейсу удавалось придумывать все эти непринужденные реплики и предлоги, чтобы выманить Фрэй отсюда, да и самому незаметно улизнуть.
Меня ждет Алек, я пойду, - поднимаясь из-за стола, объявил Уэйланд. — Ничего без меня сделать не может, - с наигранным возмущением пояснил он, бросив беглый взгляд на Клариссу, которая слишком старательно делала вид, что увлечена своим завтраком. С другой стороны, вряд ли Линдси и ее подружка обратили внимание или что-то заподозрили. — Лучше не задерживайся, - наставительно порекомендовал рыжеволосой нефилим, едва удержавшись от заговорщической улыбки, пытаясь напустить на себя как можно более невозмутимый вид. В отличие от милой, доверчивой Клэри, коей она была в такие моменты, Джейс умел лгать и изворачиваться чуть более правдоподобно.

+2

5

То, что Джейс сидел рядом, весь такой обаятельный, чарующий, с сияющей улыбкой на губах, да притом в расстегнутой толстовке на голое тело - нервировало само по себе. Но то, что при этом, он ещё запустил руку под её платье, тотально выбивало Клэри из равновесия. Несколько лёгких, но с отголоском настойчивости, прикосновений, и Фрэй поняла, что ещё немного, и она не только подавится круассаном ещё раз, но и выронит чашку с кофе, которую держала в руке. Адреналин уже спешил по венам, смешиваясь со страхом, что кто-то может увидеть их. Конечно, в столовой большинство собравшихся были заняты непосредственно трапезой, ведь впереди долгий, насыщенный день для каждого охотника, а до обеда - ещё много часов - но достаточно одного неосторожного взгляда, чтобы заметить, как рука старшего брата скользит по её бедру, чтобы всё, к чему они так долго шли, рухнуло в одночасье. Конечно, они и до этого искушали судьбу, прячась в чулане с хозяйственным скарбом или целуясь в каком-нибудь тёмном закоулке многочисленных коридоров Института, но подобные действия в столовой, во время завтрака, когда вокруг десятки нефилимов - это уже другой уровень. Дерзости в том числе. Кларисса не понимала, что нашло охотника, что он решил всё поставить под удар своими неосмотрительными и крайне коварными действиями... Сложно было отрицать, что его действия были приятными. Они возбуждали, заставляли воображение разыграться и желать большего, но в отличие от охотника, Клэри думала не вторым мозгом, находящимся ниже пояса, а в действительности головой. Здравый смысл истошно верещал, что нужно что-то предпринять, чтобы прекратить всё это, но рыжеволосая не представляла, что бы она могла сделать, чтобы не привлечь к ним ещё больше внимания и при этом не сойти за истеричку. Ведь ещё пару минут назад всё было хорошо: она весело и непринуждённо смеялась над тем, что ей рассказывали Линдси и Сьюзан, а теперь она была взволнованна, постепенно приближаясь к отметке «на взводе».
Нефилим перевела взгляд на Линдси, щёки которой по цвету были близки к помидору, лежащему рядом с омлетом на её тарелке и нарезанному ровными дольками. Фрэй с трудом удержалась от того, чтобы не закатить глаза: Уэйланд, как и всегда, умело пользовался своим обаянием и животным магнетизмом, который буквально сбивал с ног всех представительниц женского пола. Несмотря на то, что сама она так же пала жертвой его обаяния, - у неё по крайней мере хватало выдержки и силы волы не делать это так быстро в попытках оказать молодому человеку сопротивление. У Линдси же на лице было написано, чего она хочет от её брата, а главное, как много и как часто. Наверняка, в самое ближайшее время она спросит Клариссу, встречается ли с кем-нибудь её старший брат? В последнее время подобный вопрос волновал очень многих: скоро Фрэй надоест на него отвечать, ведь никому невдомёк, насколько трудно было сохранять спокойствие в такие моменты и отвечать что-то незатейливо-непринуждённое, чтобы не выдать себя. Клэри их не обманывала, отвечая, что у Уэйланда никого нет, и он ни с кем не встречается, ведь отношения между братом и сестрой выходили за рамки подобных определений...
Рыжеволосая встрепенулась, заслышав, что охотник повредил руку на тренировке, и теперь взгляд изумрудных глаз был обращён на него. Но то ли Джейс смекнул, чем ему грозят подобные признания, то ли в самом деле он исправно придерживался их договора, но в следующее мгновение он добавил слова про мерзкую мазь. Клэри сощурила глаза, будто бы не до конца веря в то, что сейчас услышала, но всё же наводящих вопросов задавать не стала. Окружающие вряд ли поймут, почему она столь рьяно опекает молодого человека и беспокоится о пустяковом повреждении. А объяснять им Кларисса, разумеется, не собиралась.
— Я себе не враг, чтобы заставлять Мариз ждать, раз она просила прийти, - честно отозвалась Фрэй, с облегчением отмечая, что Уэйланд убрал руку из-под её платья. Дышать сразу стало легче, и рыжеволосая, уткнувшись в чашку с кофе, выдохнула и тут же глубоко вздохнула, пытаясь усмирить сердцебиение и восстановить сбившееся дыхание. Следующие несколько минут прошли в относительном молчании и спокойствии, пока Джейс поглощал свой завтрак, при этом давая спокойно позавтракать Клэри. Девушка налила себе вторую чашку кофе, решив, что учёба учёбой, а голодать не стоит, да и Уэйланд как раз поднялся из-за стола, что Фрэй предпочла проигнорировать. Зато Линдси и Сьюзан смотрели на него во все глаза, будто на божество, сошедшее с небес, которое вновь собиралось вернуться наверх, оставляя их, простых смертных, во тьме и неведении. Кларисса фыркнула, боковым зрением видя, что Джейс смотрит на неё: пристально и внимательно.
— Передавай привет Алеку, - не поворачивая головы, беззаботно произнесла Клэри, всё же мельком посмотрев в сторону брата.
— Божечки, какой же он... - почти хором затараторили Линдси и Сьюзан, наперебой восхваляя молодого человека и его достоинства, попутно задавая Клэри дурацкие вопросы из разряда «а есть ли у него девушка?», «а он любит блондинок, брюнеток, шатенок или рыжих?», и всё в таком духе. По прошествии пятнадцати минут Клэри решила всё же воспользоваться советом Джейса и направиться в библиотеку для встречи с Хранительницей Института. Попрощавшись с девушками и условившись увидеться в ночном патруле, Кларисса покинула столовую.
Когда она вошла в библиотеку, она подумала о том, что здесь как-то слишком тихо. Огромное помещение, с высокими, от пола до потолка, окнами, где почти всегда царил полумрак, казалось совершенно пустым. Солнечный свет проникал лишь в центр комнаты, через стеклянную крышу-купол, под которой располагался письменный стол, некогда принадлежавший Ходжу.
— Мариз? - неуверенно позвала Фрэй, направляясь вглубь библиотеки и посматривая между книжными рядами. Никто не отозвался. Почти машинально, Клэри коснулась кончиками пальцев книжных корешков на ближайшей к ней полке, ведя рукой по блестящим, лакированным обложкам, при этом не сбавляя шага. — Мариз? Вы здесь? - повторила свою попытку рыжеволосая, сворачивая в один из рядов, который уводил всё дальше и дальше. Библиотека без преувеличений напоминала самый настоящий лабиринт, в котором можно было потеряться, однако, все пути вели в центр комнаты, под стеклянный купол, откуда хорошо просматривалась большая часть помещения.
Заслышав звук чьих-то шагов, рыжеволосая обернулась и удивленно увидела перед собой Уэйланда.
— Джейс? А где Мариз? Ты сказал, что она ждёт меня.

+2

6

Сомневался ли Джейс, что через некоторое время тихие и робкие шаги в гулком помещении будут принадлежать именно Клэри? Фактически, нет. Если бы это он попросил ее прийти сюда, то далеко не факт, что рыжеволосая решилась выполнить его просьбу, рискуя поддаться соблазну при свете дня. Не разговоры вести он же ее сюда пригласил, в самом-то деле, зато просьба Мариз обладала куда большим весом и не вызывала никаких подозрений. Признаться, про книгу о целебных травах Уэйланд вспомнил совершенно случайно – это было первое, что пришло в голову. Как ни странно, он попал в точку, и Фрэй в действительности в последнее время начала интересоваться целительством. Подобные знания не помешают ни одному охотнику, но в ее случае, светловолосый, кажется, понимал другую, вполне конкретную причину такого интереса, просто старался лишний раз о ней не думать.
Джейс услышал ее шаги, стоило Клэри тихонько отворить дверь и ступить на мраморный пол. Он мог бы сразу обозначить свое присутствие, но не стал, терпеливо дожидаясь, пока Фрэй подойдет к нему на достаточно близкое расстояние, проникнувшись духом пустынной библиотеки. Обычно терпение никогда не являлось сильной стороной нефилима, но в такие моменты в нем просыпался настоящий охотничий инстинкт – притаиться и ждать. В конце концов, прелести эффекта неожиданности еще никто не отменял, не говоря о том, что им еще предстоит беседа о бесстыдной лжи и бессовестном поведении.
Мариз не придет, - с мягкой улыбкой, легко п непринужденно ответил Джейс, вальяжно показываясь из-за одного из стеллажей. В общем-то у него было предостаточно времени, чтобы обратить внимание на свой внешний вид и привести себя в порядок: например, застегнуть свою кофту, но он не стал этого делать вполне сознательно, прекрасно зная, какой эффект это должно произвести на Клариссу. Теперь, когда они оказались наедине, любые такие нюансы имели куда больший вес, ведь соблазн перейти от разговора к чему-то более приятному, чем и были заняты мысли Уэйланда последние полчаса, был, ох, как велик.
Прости, я придумал это. Ты бы не пришла сюда, если бы я попросил, - Джейс попытался придать лицу хотя бы тень сожаления и раскаяния, но нет, он не чувствовал вины за свою маленькую, почти безобидную ложь. В какой-то степени это и в самом деле было жестоко, учитывая, что Фрэй столь безоговорочно верила каждому его слову, но с другой стороны, это даже…мило. Она выглядела такой растерянной, хрупкой и нежной, каким-то образом пробуждая совершенно противоположные качества в молодом человеке: вероломство, силу и безрассудство. Внутри все сладко заныло, заставляя Уэйланда прерывисто втянуть ртом воздух, впиваясь голодным, обжигающим взглядом в Клариссу. На фоне массивных стеллажей, просторного помещения и его собственной тени она казалась совсем крошкой – маленькой, яркой бабочкой, запутавшейся в его умело расставленных сетях, но разве можно винить нефилима в предвкушении своего маленького триумфа.
Мы здесь одни. Она не придет, - снова подал голос Джейс, медленно сокращая расстояние между ними. Ему хотелось оказаться рядом с ней в пару больших, широких шагов, к чему все это промедление, но с другой стороны было в этой игре в кошки-мышки нечто особенное и по-своему завораживающее. Уэйланд уже предвкушал негодование Фрэй, но почему-то был уверен, что теперь ей не удастся ускользнуть, однако призрачный шанс, что она все же попытается, делал их неожиданную, тайную встречу еще более захватывающей. Желание и адреналин – крайне опасная и непредсказуемая смесь. Фрэй наверняка и сама могла в этом убедиться, взирая снизу-вверх на охотника – теперь он стоял практически вплотную, бесцеремонно нарушая ее личное пространство.
Милое платье, - растягивая губы в бесстыдной, хищной ухмылке, негромко произнес охотник, касаясь кончиками пальцев линии ее ворота, опуская их ниже, чувствуя через тонкую ткань мягкость ее груди, незащищенной еще одним привычным слоем ткани. Чье сердце первым пропустит удар? Кажется, его уже пропустило.

+2

7

Клэри знала, что однажды это произойдёт, и её безоговорочное доверие к Джейсу, ей аукнется. С другой стороны, разве она могла иначе? Разве могла она не доверять охотнику, фактически вверяя в его руки свою жизнь и своё сердце? Она любила его и верила ему - эти два понятия, как непреложные истины, всегда следовали рука об руку. Изабель ещё давно говорила ей, что Джейс порой до безобразия правдив и честен, и если Клэри не хочет слышать жестокую правду, ей лучше не задавать вопросов, ответы на которые она не готова услышать.
Конечно, нынешняя ложь или, как изволил выразиться, Уэйланд «придумка», была безобидной, и никто не умер. Но осознав, что молодой человек практически обманом заставил её прийти сюда, сыграв на её слабостях и страхах перед миссис Лайтвуд, внутри поднялась волна гнева. Теперь уже изумрудные глаза потемнели, встречаясь с такими же тёмными, янтарными. В отличие от Клариссы, его взгляд был куда более однозначным и красноречивым, сообщая о намерениях молодого человека. Рыжеволосая отказывалась в это верить, пребывая в некоторой фазе отрицания вполне очевидных вещей. Как только она подумает о них - она пропала.
Джейс наступал, заставляя отступать и Клариссу, пока она спиной не почувствовала, что больше некуда - теперь она прижималась обнажёнными плечами к книжному стеллажу, смотря на молодого человека снизу-вверх. Сейчас он казался особенно высоким, широкоплечим - от него веяло силой и опасностью, и девушка поймала себя на мысли, что охотник - такое многогранное понятие...
— Конечно, я бы не пришла! - возмущённо воскликнула девушка и тут же осеклась, услышав, как её голос взлетел под потолок и отразился от стен, эхом прокатываясь по всей библиотеке.
— Конечно, не пришла! - понижая голос почти до шёпота, упрямо повторила рыжеволосая. Трудно сказать, чего Фрэй боялась больше: Джейса, себя или того, что порождала их близость. Она ведь тоже теряла голову, когда охотник был так близко, неумолимо нарушая её личное пространство. А эта серая кофта? Кларисса изо всех сил старалась не опускать взгляд, не смотреть на широкую полоску обнажённой, мягкой кожи, которая беззастенчиво выглядывала из-под кофты.
— Джейс, ты не имел права! - твёрдо заявила Кларисса. — Я же верю всем твоим словам! Или ты хочешь, чтобы больше так не было?- сощурив глаза, раздражённо добавила девушка, вздрагивая всем телом, стоило пальцам молодого человека коснуться ворота её платья. Но Уэйланд на этом не остановился, опуская руку чуть ниже, дотрагиваясь до груди, тут же отзывающейся на ненавязчивое, лёгкое прикосновение. Отсутствие бюстгальтера делало данное прикосновение ещё более чувствительным, даже чувственным, от которого по телу прокатилась знакомая волна дрожи. Кончики пальцем привычно закололо... Нет-нет-нет, Клэри не должна была поддаваться. Не здесь, не сейчас! Одно дело целоваться в чулане, за закрытой дверью или в тёмном закоулке одного из коридоров, где шанс наткнуться на кого-то был не так высок, и совсем другое в помещении вроде библиотеки. Джейс ходил по краю, настойчиво затягивая туда и Клэри, и пока что Фрэй находила в себе силы сопротивляться этому.
— Спасибо! - отозвалась рыжеволосая в ответ на комплимент молодого человека, хотя она прекрасно понимала, что речь здесь вовсе не о платье, а о том, что под ним, или, вернее о том, чего под ним нет. Нефилим уже кляла себя за то, что ей пришла в голову эта дурацкая идея «быть ближе». По сути она сама его спровоцировала, и в том, что они находятся здесь, в столь опасной близости друг от друга, виновата она и только она. Но кто же знал, насколько далеко охотник способен зайти?
— Ну раз Мариз не придёт, тогда я пойду, мы с девочками хотели прогуляться, чудесная погода... - пробормотала Клэри, отводя взгляд от лица Джейса и опуская тёмные ресницы. Молодой человек стоял к ней почти вплотную, и всё же некоторая свобода для манёвра ей оставалась: например, она могла проехаться спиной по книжным стеллажам, смещаясь в бок, и тем самым разрушая их близость и зрительный контакт. И у неё это почти получилось. Но даже Фрэй, будучи доверчивой и наивной, где-то в глубине души понимала, что так просто у неё ничего не получится.

+1

8

Иногда Джейса поражало, как при всем, что между ними творилось, Клэри удавалось быть такой наивной и местами по-прежнему правильной дочерью Джослин Фэйрчайлд. Ее ответ лишь подтвердил его мысли, хотя охотника так и подмывало спросить, почему же она не собиралась прийти, если бы знала с самого начала, что это он ее здесь ждет? Боялась его или себя? Пара поцелуев еще никому не навредили, пускай, и являлись весьма рискованным мероприятием. Или же, лишь по одному виду Уэйланда и его красноречивому взгляду украдкой на кухне, Фрэй сразу же поняла, что не одни поцелуи у него на уме?
Шшш, - прикладывая палец к губам, прошипел охотник, призывая рыжеволосую к тишине. В библиотеке была отличная акустика, что, безусловно, вряд ли им на руку, но и с этим при желании можно справиться. Если говорить шепотом, то вряд ли их услышат даже непрошенные гости. В любом случае, Джейс очень надеялся обойтись без них.
Тем временем они каким-то образом оказались у одного из книжных стеллажей. Теперь Клариссе было некуда отступать – она сама загнала себя в импровизированную ловушку, заставляя нефилима в который раз за это утро самодовольно улыбнуться. По определению, после слов Клэри стоило бы почувствовать, как минимум, раскаяние или хотя бы отголоски робких угрызений совести, но, увы. Никто не спорит, лгать – всегда плохо, но разве может эта маленькая безобидная ложь запятнать их доверие?
Конечно, не хочу, - возразил Уэйланд, напуская на себя вид оскорбленной невинности. Как ни старайся, этот образ очень плохо к нему клеился, не говоря о потемневшем, откровенном взгляде и все той же ухмылке, которую согнать с губ удавалось лишь с большим трудом и немалыми усилиями воли. И то ненадолго. — Но неужели какая-то безобидная ложь способна пошатнуть твое доверие? – очаровательно улыбаясь, продолжил охотник, чуть склонив голову набок. — Ты нужна мне. Или это нельзя считать достойным оправданием? – понимая, что играет не по правилам, продолжил Джейс. В той игре, которую случайно начала сама Кларисса, устроив ему такой маленький сюрприз в виде отсутствия бюстгальтера под легким летним платьем, не существовало правил в принципе, как и понятия честности. Пожалуй, несмотря на всю свою любовь к ней, Уэйланд не тяготел к этой самой честности в данный момент, предпочитая использовать далеко не самые честные приемы, но разве его можно в этом винить? От его внимания не могло укрыться, как Клэри реагировала на такое легкое, почти невинное прикосновение его пальцев – ее тело мгновенно напряглось, отзываясь на его тепло, и как бы она ни пыталась перебороть это чувство, оно оказалось проворнее, прокатившись легкой волной дрожи по ее коже.
Девочки подождут, - решительно ответил молодой человек, выставляя руку, касаясь книжных полок, не давая Фрэй улизнуть. Конечно, она могла попытаться подлезть под нее или предпринять другую попытку к бегству, но они оба прекрасно знали: если Джейс не хочет ее отпускать, у нее ничего не выйдет. Как бы Клэри ни тренировалась в последнее время, ей никогда не превзойти его реакцию и скорость, уж в этом Уэйланд был уверен, имея куда более весомые доводы, чем чрезмерное самомнение. Объективно говоря, мало кто мог с ним тягаться, не считая этого Верлака, но вот о ком светловолосый сейчас хотел думать меньше всего, так это о нем. Возможно, еще о Льюисе. Эти двое боролись за первую строчку его личного хит-парада, посвященного людям, чье одно лишь присутствие могло испортить настроение на добрую половину дня.
В такие моменты Клэри казалась особенно хрупкой и маленькой, а Джейс, в свою очередь, начинал чувствовать головокружительную власть, которую дарила ему позиция хозяина ситуации. Кто бы мог подумать, что это способно так вскружить голову? Что это может быть так приятно? Уэйланд подался ближе, буквально вжимая Фрэй в книжные полки, прильнув всем телом. По большей части, это был безотчетный, инстинктивный жест в отчаянном желании быть ближе, почувствовать ее хотя бы так, позволяя и ее телу почувствовать его.
Хорошая погода тоже никуда не денется, - почти касаясь губами ее губ, прошептал охотник. Впрочем, «почти» продлилось ровно столько, сколько времени ему потребовалось, чтобы договорить до конца эту фразу, прежде, чем его губы накрыли ее. Джейс чувствовал, как она была напряжена, напугана, явно пытаясь найти силы для сопротивления, а учитывая упрямство Фрэй, она не сдастся так просто, но и он тоже. Уэйланд бесцеремонно прикусил ее нижнюю губу, заставляя рыжеволосую беззвучно охнуть, приоткрывая рот, невольно позволяя целовать ее так, как ему того хотелось – жадно и развязно, не терпя никаких «нет», пускай, и пока безмолвных. Его ладонь словно привычно, по-хозяйски, скользнула под подол платья, возвращаясь к тому, на чем вынужденно пришлось остановиться за завтраком. Горячие пальцы обожгли нежную, уязвимую кожу на внутренней стороне бедра, подбираясь к тонкой ткани нижнего белья, словно играючи задевая ее самыми кончиками пальцев.

+1

9

Почему Клэри была такой наивной в отношении Джейса, она и сама не знала, но когда дело касалось охотника, внутри будто бы щёлкал невидимый переключатель. Она могла догадаться о намерениях молодого человека, если бы он сам её сюда пригласил, и дело здесь было даже не во взгляде, которым Уэйланд смотрел на неё. В глубине души или, по крайней мере, за закрытыми дверями их спален, она разделяла все его мысли, желания и фантазии. Она хотела проделать с охотником примерно то же самое, что и он с ней, с единственной разницей, что сама Кларисса осмеливалась думать об этом лишь под покровом ночи, за запертой дверью, но Джейса, видимо, такие тонкости не волновали. Ну подумаешь, разгар дня, когда в Институте ещё полным-полно охотников, занятых насущными делами: тренировками, заданиями Конклава, отчётами о ночных вылазках и прочим. И почему именно библиотека? Пустынность этого помещения в это время суток могла оказаться иллюзорной: здесь мог кто-то уже быть или мог кто-то прийти в самое ближайшее время, нарушая их уединение. Неужели он не боялся, что их увидят и застанут за чем-то таким, чем не должны были заниматься брат и сестра, оставаясь наедине? Кажется, подобные мысли беспокоили только Фрэй. Уэйланд приложил палец к губам, и девушка инстинктивно замолчала. Как он это делает? Порой Клэри обескураживало то, какой властью над ней обладает Джейс, и она ничего, абсолютно ничего не может с этим поделать. Конечно, в большинстве своём это не мешало ей продолжать упрямиться, упорствовать и вредничать, и тем не менее власть охотника над ней порой чертовски пугала, делая ещё более уязвимой.
— Не строй из себя оскорблённую невинность, тебе не идёт! - категорично заявила Кларисса, отводя взгляд, стараясь не смотреть ни на эту самодовольную улыбку на лице Джейса, ни в его светящиеся коварными искорками глаза. Естественно, молодой человек не чувствовал и тени раскаяния за содеянное, а Фрэй, в свою очередь, вряд ли перестанет ему доверять после такой в общем-то пустячной мелочи, но не сказать об этом не могла. Он итак наглел с каждым днём, и пусть в глубине души рыжеволосой всё очень и очень нравилось, пускать всё на самотёк она не собиралась, да и не хотела!
— Это нечестно... - с придыханием отозвалась нефилим, чувствуя, как от слов охотника внутри всё буквально затрепетало. Она никогда не устанет слышать о том, что нужна ему. Это было, как бальзам на её израненную душу, которая слишком много страдала до этого. И пусть даже тогда она понимала, что нужна Уэйланду, сейчас всё воспринималось иначе: сейчас они были вместе, и молодой человек выглядел таким счастливым и радостным, полным жизни и энергии. Сейчас он в самом деле хотел жить. Иногда Кларисса просыпалась ночью и просто лежала, и смотрела, как Джейс спит: на его губах играла лёгкая, едва заметная улыбка, светлые ресницы слабо подрагивали, отбрасывая лёгкую, кружевную тень на его щеки; грудная клетка медленно и ровно вздымалась, а дыхание хоть и было тихим, всё же было спокойным и таким же ровным, как размеренные подъёмы грудной клетки в попытках расправить лёгкие. Он дышал, и он был счастлив, а для Клэри не было ничего важнее его благополучия.
Рыжеволосая затравленно покосилась на руку охотника, преграждавшую ей путь. В маленьком росте и отсутствии каблуков были свои плюсы: миниатюрность девушки делала её более юркой и изворотливой, а ловкость, приобретённая на тренировках, так же служила хорошим подспорьем для манёвра. Охотник вжался в неё всем тело, заставив Клэри опустить тёмные ресницы: тело затрепетало, ощущая тепло его тела каждой клеточкой. Тонкое, струяющееся платье лишь усиливало и без того острые ощущения: рыжеволосая чувствовала возбуждение охотника и то, как были напряжены не только его мыщцы, но и её собственные. Это деморализовало, выбивало почву из-под ног, и молодой человек прекрасно знал об этом, подаваясь вперёд.
— Джейс, мне нужно идти... - Фрэй волновалась из-за того, что сейчас происходило и ещё может произойти. Уэйланд был прав: она боялась не только его и его наглости при свете дня, но и себя, того, что не сможет удержаться, поддастся порывам, которые до наступления темноты полагалось сдерживать во что бы то ни стало. Но вероломству охотника не было границ: лёгкое касание губ, пока Клэри была полна решимости воспротивиться дальнейшему, быстро сменилось укусом. Фрэй охнула, приоткрывая рот, и Уэйланд тут же воспользовался этим, целуя её глубоко и жадно, не оставляя ей и шанса на сопротивление. Да и как можно было сопротивляться таким поцелуям? От них кружилась голова, а внутри всё сладко замирало, вязким, огненным жаром отдаваясь внизу живота.
— Джейс, пожалуйста... Нас могут увидеть... Мы же в библиотеке... - но Уэйланд её не слышал, настойчиво пробираясь под платье. Стоило ему коснуться её ноги, как Фрэй задрожала. Его пальцы неумолимо скользили вверх, обжигая нежную и такую чувствительную кожу. Бёдрам стало горячо, а по телу волной прокатилась судорога напряжения.
— Пусти... - как бы Клариссе не хотелось расплавиться в его руках, пока она сохраняла последние крохи самообладания, нужно было попытаться сбежать. Что, собственно, Клэри и попыталась сделать: выставив вперёд ладошки, упираясь ими в грудь охотника, она дёрнулась вбок, в надежде поднырнуть под его руку и высвободиться из столь желанного, но такого опасного плена.

+1

10

Girl, I do not know where you're running to?
I'm your finish line, I'm the one for you

Никто не говорил, что будет честно, - вполне искренне признался Джейс. Неужели Фрэй все еще не усвоила урок: для достижения цели зачастую все средства хороши, а он не из тех, кто играет по правилам, да и в самом деле, существовали ли они вообще? Хотя определенный установленный порядок у них все же был: брат и сестра при свете дня, Джейс и Клэри – под покровом ночи. Обычно Уэйланд не вел себя столь неосмотрительно и рискованно, пускай, здоровая порция адреналина в крови уже и считалась привычной нормой. Сегодня что-то пошло не так, и прежние моральные барьеры не сработали, игнорируя даже увещевания голоса разума, который неистово твердил, как важно быть осторожным. В конце концов, светловолосый выбрал библиотеку вовсе не случайно: после исчезновения Ходжа, мало кто посещал эти стены, не говоря о том, чтобы находил в себе силы и желание дойти до одной из последних секций о средиземноморских целебных травах, где они сейчас и находились.
Не нужно, - покачал головой Джейс. Куда бы там Клэри ни торопилась, это явно могло подождать. Он бы не вел себя столь бесстыдно и настойчиво, если бы не чувствовал, что их желания, если не едины, то явно подобны, и единственный барьер – ее здравый смысл и моральные принципы, взлелеянные Джослин. Даже в мыслях нефилим не находил в себе сил назвать ее «матерью». Возможно, потому что именно этот статус подчеркнул бы в очередной раз их родство с Клариссой, о чем в данную конкретную минуту вспоминать не хотелось от слова «совсем». Как и о Джослин в принципе, даже в контексте ее матери…
Кто нас может увидеть? Кому нужна библиотека? В наше время люди катастрофически мало читают, - отшутился Уэйланд, но, как бы там ни было, уверенности ему в самом деле было не занимать. Может, гормоны и ударили в мозг, успешно затуманивая разум, но это эфемерное, обманчивое чувство безопасности и уверенности в том, что все непременно обойдется, казалось самым настоящим, как и ее желание. Клэри могла говорить все, что угодно, но Джейс чувствовал, как ее тело мгновенно напряглось, а белоснежная кожа наверняка покрылась легкой россыпью мурашек, стоило ему к ней прикоснуться, жадно впитывая жар его пальцев. Она вся трепетала, словно наивный мотылек, попавший в ловко расставленные сети, тая последнюю надежду вырваться на свободу. На удивление это было интересно, пробуждая в Уэйланде потаенный охотничий инстинкт, подстегиваемый извечным желанием обладать и жаждой власти. В обычном состоянии все эти черты либо проступали не столь явно, либо находились под контролем, но когда Клэри была такой – наивной, напуганной, трепетной, но неизменно тянущейся к нему, втайне готовая поддаться темным желаниям, о каком контроле могла идти речь? Джейс не просто терял его, он с радостью забывал о нем. Вполне сознательно, стоит отметить. Ее неумелые попытки вырваться могли бы позабавить, но вместо улыбки на лице охотника блеснула мимолетная усмешка. Тихонько хмыкнув, он даже дал ей пару секунд форы, прежде чем одним решительным движением перехватить ее тонкие запястья, прижимая к одной из стеллажных полок. Фрэй пришлось вытянуться, выпрямляя спину, в очередной раз возвращая нефилима к стойкой ассоциации с яркой бабочкой – уязвимой и беззащитной в руках ловца.
Зачем все это? – подавив тяжелый вздох, спросил Джейс. — Ты тоже этого хочешь, - он медленно опустил ресницы, позволяя взгляду скользнуть вниз, а ладони – повторить его траекторию, слегка сжимая пальцы на груди и уже привычно скользнуть под легкий подол. На этот раз его пальцы ловко потянули на себя краешек нижнего белья, словно намереваясь стянуть его вниз, но нет – пока он всего лишь распалял и без того разыгравшееся воображение. Если Клэри еще сомневалась сделает ли он в самом деле то, чем он пока всего лишь ее дразнил, то пора эти сомнения отбросить. Сделает, просто чуть позже. Горячая ладонь плавно прошлась по ее животу чуть более резко, чем Уэйланду того хотелось, выдавая его нетерпение. Казалось, в эти мгновения Фрэй и вовсе не дышала – упругие мышцы замирали под его пальцами, которые не так уж и медленно и очень даже верно пробирались выше. В районе груди платье было относительно свободным, чтобы позволить подобный маневр: небрежно очертить контуры ребер, добираясь непосредственно до груди. На удивление, не поддавшись первому порыву властно сжать пальцы, Джейс позволил себе куда более легкое, скользящее прикосновение, подушечками указательного и среднего очерчивая крохотную окружность, где кожа была особенно нежной и чувствительной. В какой-то мере эта пытка была таковой для них обоих. Уэйланд прикрыл глаза, склоняя голову и прислоняясь ко лбу Клариссы, по привычке облизывая собственные губы. Внизу живота прокатилась резкая волна жара, стягиваясь в привычное, пульсирующее чувство. Джейс задрожал, теснее прижимаясь к Клариссе, борясь с искушением развернуть ее к себе спиной, попробовав на вкус уже совсем другую степень власти. Воображение явно не теряло времени даром, рисуя перспективы все краше и насыщеннее, чем охотник когда-то смел мечтать.

+1

11

Клэри в самом деле забывала, с кем разговаривает: Джейс уже неоднократно играл с ней нечестно. Вспомнить хотя бы их стычку в тренировочном зале, где он впервые признался ей в любви, или их совсем не случайную, а практически запланированную встречу на крыше высотного здания, где охотник умело играл на её слабостях. Теперь это... Как бы Кларисса не хотела обвинить молодого человека в вероломстве и неподобающем поведении, она понимала, что это будет ложью. Тело уже предало её, а помыслы были на грани того, чтобы поднять белый флаг и трусливо дезертировать, оставляя Клэри один на один с её тёмными желаниями и фантазиями в отношении старшего брата. Иногда это в самом деле пугало, когда на краткий миг рыжеволосая забывалась, и в её голове отчётливо проносилась мысль о том, что она хочет своего брата, не Джейса, нет, а брата. Этот миг был настолько кратким, мимолётным, что Фрэй не успевала почувствовать отвращение к себе и к своей бурной фантазии. Впрочем, положа руку на сердце, возможно, в этот самый миг отвращения и не было. Да и откуда ему взяться, когда любить Джейса и принадлежать ему, казалось таким правильным?
— Откуда ты знаешь? Я очень... занятой человек, - тяжело дыша, отозвалась нефилим. — У меня очень много дел... Тренировки, домашние задания... - с каждым мгновением дышать ровно и спокойно становилось всё труднее. Попытки справиться с волнением и восстановить сбившееся дыхание так и норовили провалиться, что можно было даже не стараться.
— Ты не хуже меня знаешь, как работает закон вселенской несправедливости! Именно сегодня и именно сейчас кому-нибудь срочно понадобится библиотека, - не унималась рыжеволосая. — Да и преподаватели сюда часто заходят! - использовав свой последний аргумент, Клэри поняла, что ничего из вышесказанного Джейса не убедило. Он был по-прежнему полон решимости довести начатое до конца. Подумав об этом, Фрэй запереживала ещё сильнее: а что, собственно, хотел от неё Уэйланд? Не мог же он в самом деле желать, что бы они... Здесь... При свете дня? Нефилим чуть было не брякнула свой вопрос вслух, но отвлеклась на горечь своего поражения: не то, чтобы она всерьёз думала, что охотник позволит ей уйти, но свобода была так близко. Но вместо этого молодой человек перехватил её за запястья и заставил прижаться к книжным стеллажам, выпрямляя спину. Девушка сделала несколько глубоких вдохов - тонкая ткань платья натянулась на груди, очерчивая её плавные контуры, тем самым в очередной раз доказывая, в каком небывалом напряжении она находилась.
— Джейс, пожалуйста. Давай пойдём в спальню? - если до этого, у рыжеволосой и оставались какие-то сомнения, куда клонит Уэйланд, то после его действий, их уже не было. Всё эти томные, чувственные и такие дразнящие прикосновения - поначалу к её нижнему белью, затем к животу и груди - сводили с ума. Фрэй прикусила губу, чтобы не застонать. Лишённая свободы, с прижатыми к полкам руками, рыжеволосая начинала изнемогать от всех этих прикосновений. Они обжигали, и этот терпкий жар проникал глубже, начинал струиться по венам. Внизу живота что-то вспыхнуло, и рыжеволосая вздрогнула: она больше себе не принадлежала, находясь целиком и полностью во власти охотника. Что он с ней делал? Как у него это получалось? Джейс коснулся лбом её лба, тесно прижимаясь к её собственному телу, и сдерживаться дальше было уже невозможно. Кларисса глухо застонала сквозь закушенные губы, не в силах контролировать этот процесс: огненный шар, вспыхнувший мгновением ранее, словно бы лопнул, обдавая жаром, который заползал под кожу... Или нет, он и был её кожей - тело рыжеволосой горело и пылало. А ведь это всего какие-то лёгкие, почти ненавязчивые прикосновения: молодой человек, можно даже сказать, ещё и не начинал, и уж тем более не переходил к активным действиям.
— Джейс, спальня... - напомнила Фрэй, искренне надеясь, что у молодого человека хватит благоразумия воспользоваться её советом. Если он так хотел её, что не мог сдерживаться, она не была против. Но почему бы не обезопасить себя? Идти до комнаты ведь всего-ничего.

+1

12

Не то, чтобы Джейс ставил под сомнение, что Кларисса являлась весьма занятым человеком, и за пределами библиотеки ее еще ждала масса неоконченных дел. Вполне возможно, что так оно и было, но суть была не в этом: все эти дела особой и не очень важности могут подождать. В конце концов, какой-нибудь украденный час вряд ли мог сыграть решающую роль, не говоря о том, что то, чем они в перспективе могли здесь заняться, вполне сойдет за часть тренировки. Физическая нагрузка, как ни крути, с этим не поспоришь. Однако спорить с Фрэй в принципе – весьма бесполезное мероприятие, и сейчас у Уэйланда на это не было ни желания, ни необходимых моральных ресурсов. Он лишь недоверчиво вскинул брови, явно ставя под сомнение важность ее якобы неотложных дел, а на словах о преподавателях и вовсе бесстыдно закатил глаза, не придавая предполагаемой угрозе должной важности. Если задуматься, рыжеволосая могла оказаться права. Наверняка хотя бы раз в день кто-то, да заходит в библиотеку, но мысли охотника были столь далеки от реальной опасности, что попросту не могли услышать эти слова. Все, о чем мог думать Джейс – это о ней. О том, как она томно закусывает губы, безуспешно пытаясь заглушить глухой стон, который, разумеется, не смог укрыться от его внимания и чуткого слуха. Они находились так близко, что и руны были не нужны. Уэйланд инстинктивно подался вперед, прижимаясь к Клариссе, впиваясь в ее губы цепким, потемневшим взглядом, явно мечтая самому проделать то, что делала Фрэй – отчаянно кусала губы, терзая нежную кожу, пытаясь вернуть себе хотя бы толику самообладания. Она что-то говорила про спальню, но смысл ее предложения дошел до Джейса лишь со второго раза, когда Клэри решилась его повторить, явно теряя надежду на понимание. С одной стороны, идея и правда была неплохой, но Уэйланд не торопился соглашаться. Робкий голос разума пытался напомнить, что так будет безопаснее, лучше для них обоих, но сам по себе этот момент был ни с чем несравним и прекрасен как раз своей непредсказуемостью и спонтанностью. Их близость всегда происходила в ее, или, в крайнем случае, в его комнате, словно запланировано. Нет, светловолосый ничего не имел против, но иногда ему так не хватало той свободы, которую они даже толком не успели вкусить, пребывая в сладком неведении о своем родстве. Этот порыв дарил им возможность хотя бы прикоснуться к ней, пускай, вместе со свободой теперь всегда прилагался и риск, но разве он того не стоил?
— Нет, - выдохнул Джейс, неожиданно разворачивая Фрэй к себе спиной. Это получилось довольно легко провернуть, учитывая ее миниатюрную комплекцию и то, что ее руки по-прежнему находились в его власти. Теперь пришлось отпустить ее запястья, но у Клариссы и без того не оставалось особого простора для маневра – ей пришлось ухватиться за книжные полки, чтобы не вжаться в них, да и просто элементарно сохраняя равновесие. — Я хочу тебя здесь и сейчас, - едва касаясь губами ее шеи, прошептал охотник. Впрочем, его голос и шепотом-то не назовешь, просто он звучал до того низко и хрипловато, что по тональности вполне мог за него сойти.
Не давая Фрэй возразить, да и вообще опомниться, Уэйланд решил сделать то, что крутилось у него на уме последние пару минут. Нетерпеливо смяв легкий подол, поднимая его вверх, до самых бедер, Джейс подцепил пальцами край нижнего белья, одним ловким и быстрым движением стягивая его вниз, почти до колен. Чтобы избавиться от него полностью, ему и самому пришлось опуститься на колени, точнее, на колено, опуская тонкую ткань еще ниже, к самым ногам Клариссы. Должно быть, она была слишком сбита с толку его и без того бесстыдным поведением, что повиновалась, позволяя охотнику проделать желаемое. Вещи разбрасывать не стоит, поэтому недолго думая, Уэйланд убрал свой «трофей» в карман джинсов, не спеша подниматься. Фантазия рисовала несколько возможных вариантов развития событий, но существовали определенные рамки и границы, которые они были не готовы преодолеть. Клэри была не готова преодолеть, поэтому все, что сделал Джейс – это коснулся губами коленного сгиба, оставляя размашистый и влажный след, напоследок касаясь нежной кожи кончиком языка. Неторопливо выпрямляя спину, охотник подался вперед, заставляя Фрэй согнуть руки в локтях, будучи зажатой между ним и стеллажом, почти лишенная любых попыток к бегству, но разве они были ей нужны? Даже в таком состоянии Уэйланд понимал, что далеко не все стремления можно реализовать в подобной обстановке, и книжные полки – не самая лучшая опора, но почему бы не позволить себе нечто вроде небольшого аперитива. Он обожал чувствовать, как Фрэй хочет его, как ее тело требует, просит… В такие моменты она была такой беззащитной, податливой, словно боясь этих откровенных прикосновений, не до конца привыкнув, как на них отзывается ее тело. Джейс сделал крохотный шаг вперед, заставляя рыжеволосую принять более устойчивое положение, чуть шире расставив ноги, впрочем, дело было не только в удобстве. Теперь его ладонь могла уверенно скользнуть вверх, оглаживая горячую кожу бедер и подбираясь выше. Свободной рукой Уэйланд мягко коснулся ее шеи, с силой удерживая себя от навязчивого желания сомкнуть пальцы, касаясь их кончиками ее нежной кожи, словно пытаясь проверить, насколько хватит его выдержки.
Тебе придется быть очень тихой, - погружая указательный палец в знакомый, обволакивающий жар ее тела, с чувством предупредил нефилим, прикусывая мочку ее уха. На мгновенье он замер, чувствуя, как замерла и напряглась сама Кларисса, но фора, дарованная ей, была недолгой, уступая неторопливым, глубоким прикосновениям.

+1

13

Рядом с Джейсом Клэри доводилось испытывать много разнообразных эмоций, но чувство паники и страха, смешанных с желанием и предвкушением, в этом списке не было до настоящего момента. Ранее, когда они искушали судьбу, осознанно или нет, у Фрэй никогда не было уверенности в том, что это случится на самом деле. Ей казалось, что она контролирует ситуацию и всегда может оттолкнуть, попытаться сказать «нет», потребовать не делать того, что буквально пылало в янтарных глазах. Но с тех пор, как они стали держать свои отношения в тайне, Джейс решил, что имеет право, если не на всё, то на очень многое. Раз Клэри теперь принадлежала ему, и сама она с этим была согласна, то почему бы и нет? Откуда в охотнике проявилось это чувство вседозволенности и абсолютной уверенности в себе, она не знала. Казалось бы, должно быть как раз наоборот: их отношения держатся в строжайшем секрете, и нет никакого смысла подвергать опасности и без того шаткую гармонию их маленького мира, но молодой человек придерживался иного мнения. Возможно, его энергичной натуре в самом деле не хватало чего-то будоражащего кровь и воображение, но секс в библиотеке, серьёзно? А ведь на днях, когда Уэйланд буквально затолкал её в чулан, горячо и порывисто прижимая к себе и целуя мягкие губы, Кларисса думала, что это страшно! Хорошо и страшно одновременно, а вдруг кому-то понадобится метла или ведро, или ещё какой-то хозяйственный скарб? Сейчас Кларисса поняла, что то было цветочками, и настоящая паника, которая никак не хотела униматься, билась в ней сейчас.
В этой части здания помимо библиотеки находилась и другие помещения, которые могли понадобиться нефилимам в течение дня, а что, если их банально услышат? Посторонние звуки привлекут чуткий слух какого-нибудь охотника, что он решит зайти и проверить?
— Джейс, что ты делаешь? - охнула Клэри, оказываясь спиной к охотнику. Она едва ли успела выставить руки, слабо цепляясь за книжные полки. Его жаркий шёпот возле самого уха заставил вспыхнуть и задрожать всем телом. А эти слова... Он никогда не говорил ей ничего подобного, а пыл и воодушевление, с которыми были произнесены эти слова, распаляли ещё сильнее.
— Ты ведь несерьёзно... - с трудом выдавила из себя девушка, не в силах определиться, какое из чувств в ней сейчас было сильнее: паника и страх, или желание? В особенности то, что твердило поддаться Уэйланду, отдаться на волю его прикосновениям и требовательным действиям?
Лёгкая, почти невесомая ткань нижнего белья оказалась где-то в районе колен Клэри. Она чувствовала жаркое, сбивчивое дыхание Джейса на своей коже, вздрагивая каждый раз, стоило ему сделать вдох или выдох. Ослеплённая эмоциями, рыжеволосая в самом деле поддалась его негласному призыву, позволив охотнику окончательно стянуть с неё нижнее белье. Фрэй взволнованно обернулась через плечо, но молодой человек по-прежнему стоял на одном колене и явно не торопился подниматься.
Кожа под коленом была такой тонкой, чувствительной: даже прикосновение к этому месту часто было щекотным, что и говорить о поцелуе, волной дрожи отозвавшимся во всём теле.
— Нам нужно остановиться, пока не поздно... Кто-то обязательно войдет... Джейс... Что ты... Ааа... - Уэйланд её не слышал, не хотел слышать, вновь подаваясь вперёд и заставляя Клариссу принять более удобное для его развратных действий положение. Горячая ладонь коснулась её бедра, и Фрэй задохнулась, ярко представляя себе, что же последует дальше.
— Ты не посмеешь... - едва дыша, отозвалась рыжеволосая, но было поздно. Охотник погрузил в неё палец, а на секунду девушка задержала дыхание, стараясь не дышать и даже не шевелиться. К прикосновениям подобного рода она до сих пор не могла привыкнуть: тело отзывалось на них с такой безотчётной радостью и воодушевлением, что Кларисса переставала себя контролировать, а в таком положении и подавно. В руках Джейса сейчас находилась не только власть и контроль над ситуацией, но и над ней тоже. Охотник несильно, но всё же вжимал её в книжные стеллажи, касаясь её горла и лаская внизу глубокими, чувственными и такими проникновенными движениями. Пришлось сильнее вцепиться в книжные полки, чтобы как-то удержать равновесие. Тело словно бы жило само по себе, предав свою хозяйку и изнывая от действий Уэйланда. Клэри искусала все губы, но лучше не стало - не полегчало ни на грамм, скорее наоборот, стало лишь хуже, ведь внизу живота рос и увеличивался в размерах с катастрофической скоростью огненный шар. Если бы не страх быть пойманными, Кларисса бы уже стонала в голос, откинув голову на плечо молодого человека.
— Джейс, прекрати...Я не хочу... Не здесь... - сквозь плотно сжатые зубы, процедила Фрэй, боясь, что если она попробует сказать нормально, то стон обязательно сорвётся с её губ. — Это ведь всё из-за этого, да? - продолжала девушка.
— Из-за того, что я не одела...? Теперь буду ходить в парандже, - подавившись воздухом, Клэри замолчала, отрывая одну ладонь от книжного стеллажа и с силой прижимая её к своему рту. Ей и в самом деле стоит быть очень и очень тихой, иначе они пропали.

0

14

Призывы рыжеволосой остановиться так и оставались без ответа. Где-то там, робкий голос здравого смысла пытался уговорить нефилима прислушаться к ее словам, вдруг Фрэй в самом деле этого не хотела? К сожалению, в этом вопросе здравый смысл очень быстро проигрывал интуиции и банальным ощущениям – Джейс видел и чувствовал, чего она на самом деле хочет, и «это» явно шло вразрез со сбивчивыми и крайне неубедительными протестами. В Клариссе говорил страх, не позволяющий ей окончательно расслабиться, получая удовольствие от происходящего. Если научиться наслаждаться такими мгновениями – опасными, непредсказуемыми, в их случае, украденными у самой судьбы, то адреналин может сделать каждое из них еще ярче, сочнее, неповторимее, чем в самых смелых мечтах. Почему бы хоть раз в жизни им не поддаться? Уэйланд понимал, что из них двоих он куда больше испорчен, а его сознание – отравлено откровенными фантазиями и темными, навязчивыми желаниями, и все же он не верил, что Клэри не разделяет хотя бы часть из них. Где-то на дне потемневших изумрудных глаз скрывалась та, другая Клэри Фрэй, которая кричала его имя, вверяя себя целиком и полностью в милость родного брата, не в силах сопротивляться иссушающей жажде и для которой все эти слова о родстве – пустой звук. Если бы не она, то вряд ли дочь Джослин Фэйрчайлд когда-нибудь сказала «да» на его предложение хранить все в тайне. С другой стороны, у Джейса были догадки, почему она это сделала, учитывая то, в каком виде рыжеволосая обнаружила его в эту ночь, но сейчас он предпочитал об этом не думать, да и при всем желании вряд ли бы смог.
Забудь об этом, никто сюда не войдет, - подавив рваный вздох, хрипловато прошептал охотник. На самом деле, перспектива была реальнее некуда, но внутри даже ничего не дрогнуло. Страх? Нет, Уэйланду он был не знаком, и сейчас эта истина проявляла себя во всей красе. Интересно, когда Фрэй потеряет надежду до него достучаться, надеясь на как никогда призрачный голос совести и здравого смысла? Впору задуматься, а существовали ли они у нефилима вообще. Ее слова о том, что «он не посмеет» даже позабавили светловолосого, неизменно рисуя на губах самодовольную улыбку – о, она не представляет, как посмеет. Собственно, именно это и доказывали его бесстыдные действия. Ее тело плавилось в его руках, трепетало и горело, заставляя с каждым прикосновением все сильнее терять голову от неожиданной, головокружительной власти. Было в ее отчаянном сопротивлении нечто особенное. Клэри наверняка и сама понимала, что битва проиграна, ее тело уже давно ее предало, но страх и особое, природное упрямство не дали ей окончательно сдать позиции. Джейсу хотелось одержать победу, заставить ее признать, что она хочет его сильнее, чем боится последствий или перспективы быть пойманными на месте с поличным. Учитывая его нетерпение, он мог доказать свою позицию куда более решительно и безапелляционно, но тот самый охотничий инстинкт призывал растянуть удовольствие. В сочетание с вышеупомянутым нетерпением и все той же жаждой это выливалось в весьма занятную, гремучую смесь, явно не сулящую Фрэй скорого «избавления».
Чего ты не хочешь? Скажи мне, - с удовлетворением отмечая, как рыжеволосая инстинктивно поднесла ладошку ко рту, сдерживая стон, вновь подал голос Уэйланд. Она искусала все губы, отчего те приобрели еще более насыщенный, вишневый оттенок, так и маня к ним прикоснуться, но в силу их положения задача была не из простых. Ничего, он еще успеет к ним вернуться. — Все кажется совсем иначе, - смирившись, что совести у него нет, напомнил Джейс, переходя к еще более варварским действиям – к указательному пальцу присоединился средний. Нефилим не спешил, позволяя Фрэй прочувствовать момент, наслаждаясь, как замирает и напрягается ее тело, отзываясь легкой дрожью, изнемогая от мимолетного бездействия с его стороны. Как же хотелось почувствовать ее по-настоящему, совсем иначе. Уэйланд резко прикрыл глаза, делая тяжелый и глубокий вздох, набираясь терпения в попытке ответить на вопрос рыжеволосой.
Черная паранджа вряд ли тебя спасет – я слишком хорошо знаю, что под ней, - и это было правдой. Да, возможно, такой наряд нельзя считать провокационным, и отсутствие бюстгальтера в определенной степени подстегнуло и без того богатое воображение молодого человека, но зачастую ему и не были нужны дополнительные стимулы для всех этих непристойных и откровенных фантазий. К счастью, Фрэй не могла прочитать его мысли.
Сколь бы ни было соблазнительно ее положение Джейсу хотелось видеть ее глаза. То, как томно трепещут ее ресницы, как она вновь отчаянно кусает губы, стараясь отвлечься… Так что нельзя сказать, что он был милосерден, на мгновенье прервав сладкую пытку и позволяя Клариссе развернуться к себе лицом. Она не успела опомниться, как он к ней вернулся, с той лишь разницей, что теперь прикосновения стали настойчивее, быстрее, верно ловя уверенный ритм.
Постарайся быть убедительнее в следующий раз, - имея ввиду все эти «не хочу» и «нам следует остановиться» прошептал охотник в ее приоткрытые губы, готовый в следующее мгновенье поймать приглушенный стон, позволяя ему потеряться в их поцелуе. На этот раз он не держал ее запястья, позволив свободной руке по наитию скользнуть к ее шее. Пальцы мягко сомкнулись на ее подбородке, фиксируя личико Клариссы в одном положении, не позволяя отвести взгляд от его глаз – жадных и совершенно бессовестных.

+1

15

Seven devils all around me
Seven devils all around you
Seven devils in your house

Кажется, таких людей называют адреналиновыми наркоманами. Те, кто получал невероятное наслаждение, находясь на самом краю и балансируя над пропастью. Джейс часто храбрился, что ему был неведом страх, только зная охотника язык не поворачивался назвать его бесстрашным. Скорее безрассудным. Их отношения и без подобных действий могли разрушить их жизни, но молодой человек предпочитал об этом не думать, считая, что они с Клэри неуязвимы. Кому какое дело до брата и сестры Моргенштерн? О, Джейс бы удивился, узнав, что некоторые порой очень пристально наблюдают за ними. Например, Себастьян Верлак. Однажды он задавал ей весьма неудобные вопросы, от которых рыжеволосая дерзко отшутилась, но если Себастьян догадается, то, значит, обо всём узнает его кузина Алина, а там и до Консула дойдёт. Что будет ждать их в таком случае? Изгнание? Лишение меток? И то, и другое? Как-то Кларисса пыталась найти в архивах подобный прецедент, но то ли упоминания о столь греховных связях уничтожали сразу же и не хранили для потомков, то ли тем «счастливчикам», оказавшихся в такой же ситуации, как Клэри и Джейс, просто везло. Она не верила, что их случай в истории нефилимов был первым и единственным. Но так или иначе часто у девушки дрожали колени от страха, а под ложечкой неприятно сосало, в то время, как её старший брат, не испытывал и десятой доли того дискомфорта, что порой сковывал её по рукам и ногам. В чём был секрет? Почему Джейсу так легко удавалось игнорировать их опасное положение, которое было чревато ужасными последствиями, узнай хоть кто-нибудь правду? А Меч Душ, вне всякий сомнений, не даст им соврать...
— Откуда такая уверенность? Здесь полным-полно охотников из других Институтов, которые банально могут ошибиться дверью, - не унималась рыжеволосая, тяжело и прерывисто дыша через рот. Чтобы говорить, пришлось отнять ладонь ото рта, но миниатюрная ручка тут же возвращалась на место, стоило Фрэй договорить. Не то, чтобы это очень спасало: ей самой казалось, что она дышит излишне громко и шумно, а благодаря отличной акустике помещения, звуки усиливались в несколько раз.
Нефилим уже собиралась ответить на вопрос Уэйланда, чего она, собственно, не хочет, но бессовестный и вероломный брат вместо того, чтобы остановиться и удовлетворить просьбу сестры, пошёл дальше. Чувствуя внутри себя уже два пальца, Клэри казалось, что она погибает. Вот так просто. А ведь с утра ничто не предвещало беды. Рыжеволосая укусила себя за палец, буквально проглатывая стон, который так и норовил сорваться с губ. Джейс мучал её, терзал её тело столь незамысловатой, но вместе с тем сводящей с ума лаской: движения то становились глубже и проникновеннее, то наоборот замирали, и тогда по телу Фрэй проходила волна дрожи, недовольной дрожи, стоит заметить. Впрочем, сама она не готова была пока признать, что происходящее в действительности было непередаваемо прекрасно: все ощущения были обострены до предела, и, казалось, что ещё никогда прежде ласки Уэйланда не были такими. Она всегда теряла голову от его действий, но то, что происходило сейчас, ни шло ни в какое сравнение. Клэри и не думала, что может быть настолько хорошо. Быть может, она бы даже попросила его не останавливаться, если бы ей не было так страшно, и пока что страх в самом деле был сильнее всего остального. Пусть тело и жило само по себе, а разум - отдельно, всё ещё позволяя Клэри предпринимать слабые попытки воззвать к совести Джейса, которой у него явно не было.
Нефилим охнула, неожиданно оказываясь лицом к молодому человеку. Свободы это ей не вернуло: Джейс тут же прижал её к себе, а спиной Клэри снова почувствовала книжные полки. Она не успела опомниться, как рука Уэйланда скользнула ей между ног, проникая в неё. Фрэй инстинктивно обняла молодого человека за плечи, ища в нём точку опоры, которой ей сейчас так не хватало.
— Ты не понимаешь... - прошептала Кларисса, мечтая запрокинуть голову назад и коснуться затылком книжных корешков. Но Джейс держал её за подбородок, не позволяя совершить желаемое. Он и здесь диктовал свои условия, словно бы говоря, что власть всё ещё находится в его руках в то время, как у Клэри нет ровным счётом ничего, даже свободы.
Тёмные ресницы дрогнули: Клариссе отчаянно хотелось погрузиться в уютную тьму, раствориться в своих ощущениях. Джейс был так близко, в считанных миллиметрах - она чувствовала его сбивчивое дыхание на своём лице. Она должна была это прекратить, должна... Если среди них двоих у кого-то и осталась сила воли, так это у неё. Но Кларисса уже едва стояла на ногах: при мысли о том, что ей придётся убрать одну руку с плеча Джейса и опустить её вниз, останавливая руку охотника, внутри всё протестующе заныло. Фрэй попыталась игнорировать это чувство, и вместо этого свела ноги вместе - Уэйланд больше не мог двигать рукой. Возможно, не самое умное решение со стороны рыжеволосой, ведь она по-прежнему чувствовала его пальцы внутри себя, и это чертовски отвлекало, и всё же не настолько сильно, когда рука охотника совершала глубокие, поступательные  движения.
— Почему ты никогда меня не слушаешь? - отозвалась Клэри, открывая глаза и встречаясь взглядом с Джейсом. Что она хотела увидеть в янтарных глазах? Понимание? Но так или иначе, в тёмных, теперь больше похоже на дорогой виски, глазах не было ничего, кроме жажды, бесстыдства и триумфа. Такого Джейса она видела впервые.

+1

16

В чем-то Фрэй была права: здесь действительно было полно гостей, что, в принципе крайне нетипично для Нью-Йоркского Института. Больше народу – больше шансов попасться, но Уэйланд все же чуть выше оценивал интеллектуальные способности охотников из других городов. Они здесь уже не первый день и даже не первую неделю, неужели они не выучили расположение основных помещений? Вряд ли кто-то может по ошибке забрести в библиотеку, а даже если так, то они услышат это раньше, чем непрошенный гость доберется до столь удаленной секции целебных трав. Возможно, все дело в том, что Джейс сейчас думал совсем не головой, находясь, как бы это банально ни звучало, во власти страсти, поэтому любые доводы рыжеволосой с треском разбивались о непробиваемую стену невозмутимой самоуверенности, так и не достигнув его разума или хотя бы совести. С отсутствием последнего Клэри должна уже смириться.
Ты недооцениваешь их умственные способности. Я думаю, им хватит мозгов не ошибиться дверью, - легкомысленно отозвался нефилим. В его оправдание можно сказать, что он не лгал, прикрываясь первой пришедшей в голову отговоркой, а в самом деле думал именно так. И откуда у Клариссы силы, а главное, желание придумывать все эти вопросы и находить все новые и новые поводы бояться неожиданного появления кого-то из обитателей Института? Как бы там ни было, ее сила воли сейчас точно также подвергалась большим испытаниям, учитывая, что для поддержания своего положения Фрэй уже потребовалась опора. Ее ладошки опустились на его плечи, давая Джейсу повод сделать маленький шаг ей навстречу, сокращая и без того почти несуществующее расстояние между ними. Интересно, что же по мнению его сестры он не понимал? К сожалению, несмотря на всю занимательность вопроса, он пронесся в голове охотника столь незаметно и стремительно, что в следующие пару секунд Уэйланд уже силился вспомнить, о чем же он только что думал. Все его внимание, как и всегда, было сосредоточено лишь на ней. Так было не только сейчас, когда сама ситуация не предполагала иного положения вещей. Стоило светловолосому зайти в какое-то помещение, первое, что он делал – это искал глазами Клэри. Если ее не было, легкая нервозность мгновенно отступала, уступая место слабому всплеску разочарования, но могло быть и иначе. Порой, первое, что он видел – копна густых, медных локонов и ее изящный профиль. Фрэй могла беззаботно о чем-то болтать с Изабель или что-то серьезно обсуждать с другими охотниками, в первые мгновения даже не замечая его безмолвного присутствия, но внутри Джейса тут же все переворачивалось, сладко замирая. Он чувствовал беспокойство, странное предвкушение и неизменную радость, хотя бы просто увидев ее. Потом их взгляды встречались, и по телу прокатывалась легкая дрожь, с трепетом замирая внизу живота. Нет, то было вовсе не желание, а как раз те самые пресловутые бабочки, порожденные квинтэссенцией беспокойства, радости и влюбленности, которая была неизменным спутником и самых сильных чувств. В эту самую минуту Клэри почти принадлежала ему. Не считая определенного эстетического удовольствия (стоит ли вообще говорить, какой она была в такие моменты?), Уэйланд испытывал ни с чем несравнимое ликование, осознавая, какая власть в прямом смысле слова была сосредоточена в его руках. Да, она по-прежнему не оставляла своих слабых попыток оспорить ее, взывая к здравому смыслу, но охотник не сомневался: его победа никогда не стояла под вопросом, являясь всего лишь делом времени. Когда-то он не знал, боялся помыслить, были ли его желания взаимны? Зато теперь он знал наверняка и, чтобы Клэри ни говорила, ее тело говорило куда красноречивее и честнее любых слов.
Я слушаю тебя, - не отводя глаза, возмутился охотник, явно недовольный ее последней «выходкой». Кларисса свела ноги, мешая его действиям, заставляя нефилима остановиться. Он и правда слушал ее, просто не слышал. Или слышал, но не хотел повиноваться – вариантов могло быть много, и ни один из них нельзя считать ложью. Улыбка сошла с губ Джейса, но лишь на пару мгновений. Ему и не требовалась большая свобода действий, чтобы прикоснуться к Фрэй. Его наивная, напуганная Клэри, она ведь это понимала, да? Усмехнувшись, светловолосый мягко коснулся подушечкой большого пальца другой, весьма и весьма чувствительной точки на теле девушки. Его рука по-прежнему оставалась фактически неподвижной, но для его провокационных действий было достаточно и этого. Напротив, подобное положение оказалось удобным, кто бы мог подумать? Фрэй как раз вряд ли подумала об этом заранее…
Это ты не слушаешь меня. Сколько раз я уже говорил: забудь обо всем, неужели ты этого не хочешь? – выдохнул Джейс, вскользь касаясь губ Клариссы, из-за чего последнее слово вышло едва различимым, смазанным. Он медленно отстранил руку, но не стоит принимать его неожиданное решение за внезапно проснувшееся благоразумие. О, какие мысли сейчас так и роились в его светловолосой голове, но Фрэй явно была к ним не готова, не говоря уже об их реализации. Недолго думая, охотник перехватил ее тонкие запястья, снимая со своих плеч и прикладывая ее ладошки к своей груди, где кожа была не защищена мягкой тканью серой кофты. После чудесного исцеления Уэйланд так и не нанес ни единой руны на грудь или живот, предпочитая рисовать их на руках. Кожа на его предплечьях уже вновь была испещрена тонким кружевом шрамов и темными, свежими рунами, но это было необходимой жертвой. Со временем и ее станет мало – так или иначе придется наносить руны на грудь или плечи, но зачем думать об этом сейчас? Джейс слегка надавил на руки Фрэй, усиливая нажим ее ладоней на разгоряченную кожу, медленно опуская их ниже и ниже. Молния послушно скользнула вниз, предоставляя больший доступ, позволяя коснуться напряженных мышц пресса, останавливаясь внизу живота. Уэйланд тяжело вздохнул, намеренно не сдерживая тихий, глухой стон, не сводя горящих глаз с Клариссы.

+2

17

We push and pull like a magnet do
Although my heart is falling too
I'm in love with your body

Иногда Джейс требовал от неё невозможного: во всяком случае именно так казалось на первый взгляд. Сколько раз Клэри ловила себя на мысли, что не представляет чего-то, и как в последствие всё вставало с ног на голову. Она не могла представить их тогда, в тренировочном зале, а после в раздевалке. Она была почти уверена, что на их небольшой стычке, когда Уэйланд вероломно опрокинул её на маты, всё и закончится. Фрэй хотела так думать, изо всех сил сопротивляясь и веря в то, что либо у неё хватит сил, либо у Джейса - совести остановиться. Сейчас ситуация несколько изменилась: рыжеволосой больше не нужно было сопротивляться чувствам и делать вид, что Джейс для неё всего лишь старший брат, с которым их ничто не может связывать кроме родственных отношений. Клэри больше не нужно было испытывать угрызения совести, отвращение и ненависть к себе - она могла с относительно спокойной душой признать, что любит охотника и хочет быть с ним, как бы там ни было. Это и так был большой шаг для неё, для них, и пока Кларисса училась получать удовольствие от этого, Уэйланд решил не останавливаться на достигнутом. Трудно объяснить другому человеку природу своих страхов, которые и сама рыжеволосая не до конца понимала. Здесь было нечто большее, нежели простой страх быть пойманными или раскрытыми. Возможно, нефилим боялась искушать судьбу, полагая, что они оба итак получили от неё слишком много?
— Почему ты такой легкомысленный?! - почти с раздражением воскликнула Клэри. Судя по всему, чтобы она не сказала Джейсу, у него на всё найдется ответ или аргумент в защиту своей правоты. Он считал, что Фрэй зря переживает в то время, как он был прав. Но откуда он мог знать, что по несчастливому стечению обстоятельств сюда никто не мог зайти? Никто не может предвидеть такие повороты судьбы, даже самоуверенный и заносчивый Джейс Уэйланд.
Охотник теперь был ещё ближе, прижимая её к себе: рыжеволосая уже пожалела, что обняла его за плечи, - надо было опереться о книжные стеллажи. Ей и без того было жарко, но от несуществующего расстояния между их телами кружилась голова.
— Но ты не слышишь меня! Не хочешь слышать! - это в самом деле был заранее проигранный бой, и девушка почти потеряла надежду достучаться до молодого человека. Действия Клэри возымели определённый эффект: охотник недовольно остановился, прекращая свои варварские действия и подарив ей тем самым желанную передышку. Но не успела Кларисса насладиться желанным избавлением и возможностью перевести дух, как на губах Уэйланда расцвела улыбка, и в следующее мгновение стало ясно, что её вызвало. Рыжеволосая задохнулась, закусывая губы, стоило Джейсу коснуться крайне чувствительной точки на её теле. Внизу живота что-то призывно заныло, прося и требуя больше, нежели это лёгкое, но такое интимное и сладкое прикосновение.
Фрэй показалось, что сейчас охотник её обязательно поцелует, но вместо этого он лишь мазнул губами по её губам, заставив вздрогнуть. На его вопрос Кларисса так и не ответила, банально не успела: все её силы уходили на то, чтобы хоть как-то поддерживать дистанцию между ними, которая, кажется, теперь существовала только в её воображении.
Когда Джейс снял её руки со своих плеч, рыжеволосая не сразу поняла, что он собирается сделать: неужели отпустит её? Выполнит её просьбу? Но вместо этого он поднёс её ладошки к своей груди, прижимая их к коже. Кларисса перестала дышать, чувствуя ошеломляющую бархатистость не тронутой шрамами кожи. Она была такой нежной, мягкой, её хотелось постоянно касаться - руками, губами, языком, и всё равно этого будет мало, никогда не будет достаточно. Фрэй едва ли могла объяснить, почему это так сводило её с ума, но ощущения были нереальными. И судя по всему Джейс прекрасно знал об этом, ведь не зря же по прошествии почти недели он так и не нарисовал ни одной руны на груди и животе, видя, как Клэри реагирует на нежную, бархатистую кожу, в какой неописуемый восторг приходит, касаясь её губами, миллиметр за миллиметром, словно желая запомнить эти потрясающие, по-настоящему волшебные ощущения.
Уэйланд направил её руки ниже: змейка молнии послушно расстегнулась под их натиском, позволяя Клариссе коснуться напряжённых, но таких же мягких кубиков пресса. Кончики пальцев слабо подрагивали, и Фрэй, как завороженная, наблюдала за движениями их рук, когда они не остановились возле самого низа живота.
Кларисса облизала пересохшие губы, непроизвольно оглаживая бархатистую кожу, поддаваясь искушению: сердце пропустило удар, а когда Джейс застонал - ещё один. Кровь прилила к щекам и тут же зашумела в ушах. Специально или нет, но молодой человек ослабил хватку, позволив ладошке Клэри высвободиться. Она прижала одну ладонь к его рту, будто бы хотела заглушить этот тихий, но такой бесстыдный стон, и тяжёлое дыхание, которое отдавалось в её собственных ушах, словно раскаты грома. Будто бы нехотя, Фрэй отняла и вторую ладонь, опуская её вдоль своего тела.
— Нет, Джейс, мы не можем... Нам нельзя... Не днём... Не в библиотеке, - сбивчиво зашептала рыжеволосая, закрывая глаза. На кончиках пальцев тлели сладкие ощущения от прикосновения к нежной коже Джейса. Что он с ней делал? Неужели он не видит, что она держится из последних сил?

0

18

Наверное, легкомысленность вполне можно отнести к далеко не самым положительны характеристикам охотника, которая, казалось бы, раньше была ему несвойственна. С другой стороны, там, где живет безрассудство, всегда найдется место и для легкомысленности, это – как две стороны единой сущности. В их нынешнем положении губительно что одно, что другое, но последствия представлялись Джейсу лишь смутно знакомым словом, которое их пока не касалось, поэтому вопрос Клариссы смело можно отнести к разряду риторических. Он и сам не мог ответить, с каких это пор стал таким неосмотрительным? С тех пор, как стал бесконечно сходить по ней с ума, или всему виной именно это утро, когда рыжеволосая, опять же, весьма легкомысленно решила на надеть бюстгальтер под легкое летнее платье? Да это уже и неважно. Можно очень долго пытаться определить, где именно они свернули не туда, на чем оступились, но выбранного пути это не меняет.
Ты уверена, что хочешь, чтобы я тебя услышал? – вопросом на вопрос ответил Уэйланд. Губы Фрэй могли твердить все, что ей заблагорассудится, все, что она считает необходимым и важным сказать, но в словах правды нет, во всяком случае, не сейчас. Наверное, с точки зрения морали, даже такое слабое «нет» нельзя воспринимать, как уверенное «да», на которое просто не хватает силы духа и смелости. Если существовало хотя бы одно, даже малейшее сомнение, впору отступить, и на какую-то долю секунды Джейс даже подумал об этом, вспоминая подобные мысли, ставшие решающими тогда, на крыше. Та ночь стала для него неприятным дежавю; чем-то, чего нефилим стыдился и отчаянно хотел забыть, тем более, не желая вспоминать о своих словах и действиях здесь и сейчас, когда ситуация была совсем иной. Ведь она же была иной? Уэйланд невольно нахмурился, инстинктивно делая шаг назад и опуская глаза – ладошка Фрэй мягко соскользнула с его живота, но кожа все еще помнила тепло ее прикосновений. Не успел он опомниться, как другая, свободная, тут же прикрыла его рот, опасаясь столь несвойственных ему глухих стонов или переживая за шумное, сбившиеся дыхание, с которым он в действительности мало что мог сделать. Этот простой жест на удивление сумел отвлечь охотника от непрошенных мыслей, призывая поднять взгляд на Клэри, тут же подмечая, что ее бледные щеки залились ярким, пунцовым румянцем. Наверняка, всему виной вовсе не духота в помещении. К слову, здесь не было душно. Благодаря высоким сводам и толстым стенам бывшего собора, в Институте почти всегда сохранялась прохлада, а большие, открытые помещения лишь могли этому поспособствовать. Светловолосый улыбнулся, чего Фрэй, к сожалению, видеть не могла, но зато она могла почувствовать другое: он мягко прикусил тыльную сторону ее пальчиков, тут же ощущая, как рыжеволосая буквально вздрогнула от неожиданности, в следующее мгновенье инстинктивно отнимая руку, словно обжегшись. Пожалуй, в этой метафоре с огнем было гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд. Кожа охотника буквально обжигала, от нее исходил жар, который Кларисса не могла не чувствовать, учитывая по-прежнему ничтожное, почти несуществующее расстояние, разделяющее их тела.
Мне казалось, мы уже прошли стадию «нам нельзя», - констатировал Джейс. Если вдуматься все, что они делали в спальне, тоже попадало под категорию «нам нельзя», так чего уже теперь? — И мы уже делаем это. В библиотеке, - не совсем «это», но, если бы кто-то застал их за тем, чем они занимались сейчас, эффект был бы, разве что, чуть лучше. Непосредственная интимная близость впечатляет несколько сильнее, но, учитывая однозначные и варварские действия охотника, этого было бы достаточно, чтобы пасть окончательно и бесповоротно в глазах непрошенных гостей.
Могло показаться, что продолжение диалога и более или менее осмысленные ответы нефилима могли обозначать определенную фору, в которой Клэри так нуждалась, но едва ли. Уэйланд обернулся через плечо, бросив взгляд на стоявший неподалеку стул. Видимо, кто-то пытался достать книги с верхних полок, но стул за собой так и не унес. Этим «кем-то» наверняка был еще сам Ходж, ведь кому нужны талмуды о средиземноморских травах, тем более, с последних полок? В любом случае, сейчас это маленькое обстоятельство пришлось очень даже на руку. Хищно улыбаясь, Джейс снова повернулся к Клариссе, и эта улыбка едва ли сулила ей то, на что она рассчитывала. Или думала, что рассчитывает. Заключив ее руки в свои ладони, Уэйланд решительно потянул ее за собой, пятясь назад, пока ноги не уперлись в небольшое препятствие – тот самый стул. Охотник послушно сел, по-прежнему не сводя глаз с рыжеволосой, чуть запрокинув голову назад, вальяжно откидываясь на высокую, неудобную прямую спинку. Сейчас такие мелочи, как легкий дискомфорт, его мало волновали.
Я хочу тебя, - настойчиво повторил свои прежние слова молодой человек, заставляя Фрэй опуститься к нему на колени. Она могла упрямиться сколько угодно, но в плане силы, ей было нечего ему противопоставить, поэтому, когда Джейс безапелляционно потянул ее за руки, а затем и вовсе бесстыдно притянул за талию, вряд ли у нее оставался выбор. Как только Клэри оказалась у него на коленях, Уэйланд тут же вернул ее ладошки себе на грудь, воспользовавшись ее мгновенным замешательством, и уже в следующую секунду крепко обхватывая ее личико, не давая избежать поцелуя – этот вышел кратким, резким и недовольным. Губы тут же скользнули вниз, впиваясь в шею, и где-то там, на третьем подобном поцелуе на бледной коже заалел красноватый след. Конечно, нет ничего, что не поможет излечить «иратце», но обычно Джейс старался быть осторожнее, и если подобные вещи случались, то зачастую случайно. Сейчас могло сложиться впечатление, что он резок почти намеренно, злясь на упрямство Фрэй. Непроизвольно, конечно, но тем не менее. Натура избалованного определенным женским вниманием молодого человека, который неожиданно по каким-то причинам не может получить желаемое, так или иначе должна была себя проявить.

+1

19

Cause it's not right, I'm magnetised.

В самом ли деле Клэри хотела, чтобы Джейс услышал её протесты и согласился сделать так, как она говорила? Она же не отказывалась в принципе от подобного времяпрепровождения, всего лишь предлагала оградить себя от непроизвольных зрителей, переместившись в спальню... Теоретически она могла бы предложить охотнику что-то взамен, если он сделает так, как она говорит. Например, она могла пообещать ему, что он может сделать с ней всё, что пожелает, или же, она могла бы сделать с ним то, что пожелает она. Ну или сам Джейс. Вариантов на самом деле было много, и один был интереснее другого. Если бы Фрэй не была так напугана и сбита с толку, она бы в самом деле поспешила бы предложить нечто подобное, дабы отвлечь Уэйланда от его вероломных порывов «здесь и сейчас». Но, кажется, уже было поздно?..
Молодой человек отступил на полшага назад, на мгновение Кларисса нахмурилась, а в следующую секунду отдёрнула руку ото рта Джейса. Его укус обжёг нежную кожу рук, и изумрудные глаза расширились от удивления. Конечно, охотник и раньше кусал её, особенно в моменты их близости, будучи в плену страсти, когда было чертовски сложно контролировать себя, но чтобы вот так, внезапно, когда по сути ничто не предвещало беды? Сегодня Джейс явно бил все рекорды в заносчивости и дерзости, продолжая пугать рыжеволосую. Как далеко он способен зайти?
— Я имела ввиду, что публичное место - не лучший выбор для подобного... - «времяпрепровождения» хотела было добавить Фрэй, но отчего-то не продолжила, замолчала, прослеживая направление взгляда Джейса. Он обернулся через плечо, смотря куда-то. Кларисса не сразу поняла, что его там так заинтересовало: можно было, конечно, привстать на носочки, глядя поверх его плеча или отклониться вбок, выглядывая из-за плеча, но подобным планам не суждено было сбыться.
Молодой человек улыбался, глядя на маленькую и хрупкую Клэри, которую было совсем не видно за ним, - если бы кто-то вдруг сейчас оказался в этом ряду со средиземноморскими травами, подумал бы, что Уэйланд здесь один. Рыжеволосая смотрела на охотника большими, зелёными глазами и не понимала, что делать. То ли бежать, то ли сопротивляться, то ли просто поддаться? Джейс крепко держал её руки, спустя короткое время опускаясь на стул и увлекая за собой Клариссу. Девушка попыталась напрячь все мышцы в теле, чтобы как-то воспротивиться этому, не дать усадить себя к нему на колени - но все тщетно. Её силы никогда не будет достаточно, чтобы противостоять Джейсу. С его стороны это было, по меньшей мере, нечестно, использовать своё преимущество в подобных обстоятельствах, но, кажется, охотник чётко дал понять, что играть честно он не собирался, а совести у него нет в принципе, так на что Клэри рассчитывала?
— Джейс... - что, Клэри? Что ты хотела сказать? «Не говори так?». Кажется, молодой человек вовсе и не ждал словесного подтверждения, властно обнимая её за талию, а спустя мгновение накрывая  губы девушки в настойчивом, но таком резком поцелуе. Кларисса охнула сквозь поцелуй, инстинктивно впиваясь ногтями в нежную кожу на груди Джейса. Наверняка, останется десять ровных следов-полумесяцев от её ногтей. Поцелуй сместился с её губ на шею, заставив девушку чуть запрокинуть голову назад и прикрыть глаза. Все эти резкие, острые, местами даже болезненные поцелуи будоражили сознание, но Фрэй так и не могла до конца понять, нравится ей это или нет. По определению ей не должна была нравится грубость со стороны охотника, но, кажется, нравилась и чертовски сильно возбуждала. Тело на подобные действия отзывалось весьма и весьма определённым образом: где-то внизу живота становилось совсем жарко и... влажно.
— Джейс, серьёзно, что ты хочешь от меня? Ты же не думаешь, что я позволю тебе... - «продолжить?». Но окончание фразы так и не было произнесено вслух. Ведь, кажется, Клэри уже позволяла? Гипотетически она всегда могла остановить Уэйланда, оттолкнуть, но они оба знали, что она не захочет. Скорее всего. Иначе почему она все ещё сидит у него коленях?

+1

20

Нетрудно догадаться, каким был следующий шаг охотника. Точнее, каким он планировал стать, и что у него было на уме. Конечно, можно питать иллюзии, что объятий и жарких поцелуев вдруг станет достаточно, и Уэйланд вспомнит обо всех опасностях, которые сулило им такое место, как библиотека, но пока все это – лишь отдаленные, призрачные перспективы. Для следующего маневра Джейсу так или иначе требовалось несколько больше свободы, но учитывая, что Фрэй по-прежнему проявляла чудеса стойкости и упрямства, с этим могли возникнуть проблемы. Если он отпустит ее, вдруг она сбежит? С нее станется. Да, нефилим прекрасно видел, что все его бесстыдные манипуляции и откровенные действия не смогли оставить ее равнодушной, как минимум, в физическом плане, но порой страх было сломить еще сложнее, чем самые твердые моральные принципы.
В раздевалке тебя это мало волновало, - напомнил светловолосый, ведь раздевалку тоже вполне можно считать публичным местом, не так ли? На их счастье тогда была ночь, но учитывая ненормированный режим Сумеречных охотников в целом, ночь вполне можно отнести, скорее, к периоду активности. Кто знает, может быть, кто-то захотел бы заглянуть в тренировочный зал и выпустить пар, если ночная вылазка по каким-то причинам сорвалась, но тогда никто об этом не думал. Не сказать, что подобные опасения не промелькнули в тот момент в голове нефилима, и наверняка не могли не посетить голову Фрэй, но обоим внезапно и очень быстро стало плевать на последствия, что же изменилось для нее сейчас? — И что же ты хочешь предложить мне взамен? – не подумав, уже выпалил Уэйланд. Наверняка взамен его плана рыжеволосая предложила бы образумиться, подождать до ночи или что-то вроде того, на что Джейс явно готов не был. Теоретически, даже вернувшись в его комнату, при свете дня они все равно не были в безопасности. Да, можно запереть дверь, но достаточно лишь навязчивого стука, голоса Мариз или Алека, как иллюзорное представление о безопасности разлетелось бы в пух и прах. Не то, чтобы это могло каким-то образом омрачить настрой охотника, если даже перспектива сделать это в библиотеке не казалась ему достаточно рискованной, чтобы от нее отказаться, но вот Клэри… Так что в какой-то степени Уэйланду было интересно услышать, насколько далеко могут увести ее все эти желания, подавляя привычное благоразумие дочери Джослин Фэйрчайлд. О чем она думала, что представляла? Что в ее понимании могло заменить то, что сейчас происходило между ними?
Впрочем, долго думать над ее ответом Джейс не смог. Ноготки Клариссы неожиданно впились в мягкую, нетронутую рунами, кожу на груди, наверняка оставляя следы. Уэйланд прерывисто вздохнул, тут же опуская ресницы и стараясь не застонать. Нет, вовсе не боясь привлечь нежеланных гостей – об этом молодой человек, как ни странно, думал в последнюю очередь. Скорее, он боялся показывать Фрэй, что ему это нравится. Его руки быстро скользнули вниз, с силой сжимая ее бедра, притягивая еще ближе к себе, но это было вовсе не то, или не совсем то, что Уэйланд непременно бы сделал по наитию, руководствуясь первым порывом. Ему хотелось накрыть ее ладони своими, с силой ведя их вниз, заставляя оставить своеобразный росчерк на его груди, но вряд ли Клэри приемлет нечто подобное. Укусы, жесткие поцелуи и грубоватые прикосновения в момент страсти – это одно. Обычно такие вещи происходят случайно, но то, что втайне так хотел сделать Джейс, было осознанным и намеренным действием, не порывом.
Тебя, - выдохнул он, словно нехотя открывая глаза. В самом деле, какой еще ответ она ожидала от него получить. Ему казалось, что то, что он на самом деле хочет от нее, было более, чем прозрачно, какие еще слова и ответы могли понадобиться Клариссе? Взгляд, в любом случае, говорил куда откровеннее любых слов. Говорят, глаза – зеркало души, так что ж, она была такой же темной, как его янтарные глаза, утратившие золотистый блеск, но приобретая совсем иной, малознакомый им обоим? Возможно, всему виной освещение, иными словами – недостаток света, заставляя расширенные зрачки зрительно почти слиться с радужной оболочкой, но глаза Джейса в самом деле могли показаться почти черными.
По-прежнему крепко удерживая Клэри за талию, другой рукой Уэйланд неожиданно заботливо и почти нежно убрал от ее лица выбившуюся рыжую прядь, не упуская возможности невзначай коснуться подушечкой большого пальца ее губ, неторопливо очерчивая их контур. Его собственные были едва заметно приоткрыты – какие бы альтернативы ни собиралась предложить ему Фрэй, богатое воображение нефилима определенно с охотой уже рисовало несколько вариантов развития событий.

+2

21

Да, в раздевалке её в самом деле мало это волновало. Она, конечно, успела подумать ни раз и ни два о том, что кому-то из охотников даже в такое время может приспичить потренироваться, а после принять душ в смежном, с раздевалкой, помещении, но тогда эти мысли затерялись где-то между тем, как Джейс ловко усадил её на раковину и впился губами в её собственные губы. Тогда подобному всплеску эмоций предшествовало небывалое напряжение длиной почти в три недели, и несмотря на неравную борьбу Клэри с самой собой, она скучала по Уэйланду. Скучала по его прикосновениям, поцелуям, объятиям. Скучала по тому ощущению себя, когда он касался её лица или тела. Она хотела это вернуть, хотела снова чувствовать его так, как прежде - именно такие мысли жили в её голове, за которые она ненавидела себя и истязала себя на тренировках.
Сейчас всё было иначе, ведь они снова были у друг друга, пусть и не в самом классическом понимании этого слова. Да, были ограничения, да, они вынуждены были скрываться, храня свои отношения в тайне, и тем не менее. Разумеется, напряжение между ними присутствовала тоже, в особенности днём, но по логике вещей оно не могло быть таким, как тогда в тренировочном зале. Тогда была жажда - неутолимая, смертельно-опасная, граничащая с помешательством, только если они уже не сошли с ума к тому моменту. Но они сошли и сгорели в объятиях друг друга в ту ночь.
Откуда в Джейсе эта ненасытность и нетерпеливость теперь, Кларисса не знала. Почему ему так важно было следовать зову сердца и тела - тела, пожалуй, даже в большей степени - именно здесь и сейчас? Где-то в глубине души ей, безусловно, льстило такое положение вещей: молодой человек по-прежнему терял от неё голову, не в силах сдерживаться, но разве подобное поведение не ставит под угрозу то хрупкое счастье, которое они совсем недавно обрели? При любых других обстоятельствах или хотя бы не в Институте, спонтанность вдохновила бы такую творческую натуру, как Фрэй, но сейчас?..
— Я...Мне... - запинаясь, начала рыжеволосая. Думать о том, что она могла бы предложить охотнику - одно. Произнести вслух, что мелькало в её голове в форме красочных картинок - совсем другое. К горлу подступил ком, который Клэри с большим трудом сглотнула, не в силах подобрать слова.  — Я много чего могу тебе предложить, ты же знаешь, - собрав волю в кулак, уклончиво продолжала рыжеволосая. В действительности в идеале было бы подождать наступления ночи, но чувствуя возбуждение Уэйланда в определённых местах, рыжеволосая очень сомневалась, что он на это согласится, ведь сейчас было лишь утро, плавно перетекающее в день. И где гарантия, что вечером их не зашлют в патруль или ещё на какое бы то ни было задание?
Охотник притянул её ближе, сорвав с губ девушки непроизвольный вздох. Кое-где платье задралось, а отсутствие нижнего белья делало своё дело при таком тесном соприкосновении тел. Да, ткань джинсов могла показаться грубоватой, но создавала определённое трение, весьма интересное, стоит заметить, от которого по телу прокатывалась волна дрожи. Пытаться сопротивляться Джейсу становилось всё труднее, разум постепенно заволакивало, словно дымкой, мысли путались, становились рассеянными. Руки непроизвольно скользнули ниже, ногти по-прежнему впивались в нежную кожу на груди, продвинувшись ниже, к животу. Всё это длилось ровно один такт, или, быть может два, - пока Уэйланд на порыве прижал её хрупкое тело к себе. Словно в замедленной съёмке, Фрэй наблюдала, как на мягкой, бархатистой коже остаются ровные, красноватые полосы от её ногтей. Рыжеволосой хотелось бы заглянуть в его глаза, увидеть, что там, но глаза Джейса были прикрыты: кажется, он тоже терялся в своих ощущениях или, возможно, она сделала ему больно? Следы от ногтей выглядели неестественно яркими, и на мгновение туман испарился из её головы, уступив место панике и страху. Клэри ослабила нажим, выпрямляя пальцы - теперь мягкие и нежные подушечки пальцев касались тела охотника где-то в районе пресса, инстинктивно поглаживая кожу, будто бы желая успокоить и извиниться за причинённый ущерб.
Но стоило Уэйланду открыть рот и произнести всего лишь одно слово, как об угрызениях совести Кларисса и думать забыла. Она и сама толком не знала, почему на неё так действовали слова вроде «я хочу тебя». Возможно, всему виной то, как Джейс это произносил, каким именно голосом... Внизу живота всё сжалось, и девушка не смогла удержаться от порыва свести вместе ноги, но какое-то там... Она же сидела на коленях у молодого человека, и единственное чего она добилась, это сжала коленями его бёдра.
Охотник прикоснулся к её лицу, неожиданно нежно и заботливо заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. Клэри с удивлением от такой перемены смотрела на него и не могла ничего понять. Янтарные глаза до того потемнели, что в самом деле казались почти чёрными. Кларисса прищурила свои глаза, будто надеясь, что это всего лишь обман зрения, но нет. Глаза Джейса и правда были такими тёмными - она видела в них своё отражение. Рыжеволосая прерывисто вздохнула, не отрывая взгляда от его глаз, а ладони сами скользнули ниже, цепляясь за пряжку ремня охотника. Видит Бог, это не то, что она собиралась сделать.
Но это был тот самый момент, когда Клэри больше себе не принадлежала: её тело будто бы жило своей жизнью.

+2

22

Пожалуй, Клэри сама не до конца осознавала, сколько она может ему предложить, но Джейс и не был уверен, что она готова это осознать, не говоря о том, чтобы произнести вслух. Учитывая ее творческую натуру, наверняка ее воображение мало уступало его собственному в таких вопросах. Единственное, что могло сдерживать Фрэй и что, по каким-то причинам, не ведомо ее брату – определенные моральные принципы, вложенные в ее милую рыжую голову заботливой мамой Джослин. Некоторые опрометчиво считают, что женщины куда сильнее подвержены искушениям и легче поддаются греху, но Уэйланд готов был с этим поспорить. Не стоит постоянно вспоминать бесславный случай с нечастной Евой, которая предложила Адаму запретный плод. Не все такие, как Адам, да и он не слишком-то сопротивлялся. Впрочем, в их ситуации запретный плод предлагал как раз Джейс, с самого начала, даже когда речь шла о том, что они могут хранить все это втайне, не говоря о «здесь и сейчас». Надо отдать Клариссе должное, ее воля была сильна, но все-таки не всесильна. Светловолосый видел, как она медленно начинает трещать по швам, напоминая с виду прочный мрамор, но под должным давлением даже он покрывается паутинкой тонких трещин, и это – начало конца.
В какой-то момент все стало очень быстро набирать обороты. Еще пару минут назад Клэри была такой нерешительной, отчаянно пытаясь призвать если не к совести охотника, в которой наверняка давно начала сомневаться, то хотя бы к здравому смыслу. Сейчас же ее попытки увещевать его были больше похожи на слабый протест или предложение сделки, которая хоть немного, но помогла бы избежать опасности, которую сулили им подобные порывы при свете дня. Джейс понимал, что, скорее всего, Фрэй действовала по наитию, забывшись и позволив ладоням соскользнуть вниз, оставляя на груди неяркие, алые полосы, но… Это было слишком. Он не должен был реагировать подобным образом, ему не могло и не должно нравиться нечто подобное, не должна нравиться боль, но по какой-то странной причине она будоражила его сознание и пробуждала его тело в стократ сильнее, чем куда более откровенные и однозначные прикосновения. На этот раз сила воли уже не стала тем ключевым рычагом, который мог помочь нефилиму удержать и без того шаткое самообладание. Губы сами собой едва приоткрылись в надежде сделать глоток воздуха, позволяя тихому стону обрести отчетливые очертания – Фрэй не могла его не услышать. Джейс подался ближе, на мгновенье пряча лицо в изгибе ее шеи, чувствуя, как по телу прошлась крупная дрожь. Он редко чувствовал нечто подобное от возбуждения: весьма странное и крайне непривычное состояние, напоминающее болезненную лихорадку. Она пробиралась все глубже, добираясь до самых кончиков пальцев, подобно липкому, удушливому жару, в миг вспыхнувшему во всем теле.
Еще… - прошептал Уэйланд, тут же с силой впиваясь в нижнюю губу, заставляя себя не продолжать фразу, но было поздно. Оставалось уповать, что Клэри его не услышала. Светловолосый медленно отстранился, пытаясь прочесть ответ в ее глазах, но, кажется, она пыталась сделать то же самое, с легким прищуром всматриваясь в его потемневшие, янтарные. Он не видел, но почувствовал, как ее пальцы ухватились за пряжку ремня, а колени сильнее сжали его бедра, и если это нельзя считать безмолвным «да», то что же тогда можно? Не отводя взгляда, Джейс накрыл ее руки своими, управляя ее пальцами, расстегивая ремень. Сам бы он справился быстрее, но несмотря на неожиданный и красноречивый порыв, нефилима до сих пор не покидали опасения, что отпусти он Фрэй, она снова постарается обратиться к здравому смыслу, который непременно подскажет своей хозяйке как можно скорее уносить отсюда ноги. Именно поэтому был столь важен зрительный контакт – Уэйланд не разрывал его ни на мгновенье. Впрочем, для определенных маневров Клэри все же придется отстраниться. Положив одну ее ладошку к себе на шею, охотник легко подтолкнул ее назад, заставляя встать на ноги, стараясь не упускать ни секунды. Действовать одной рукой было не так сподручно, но при должном упорстве и этого было достаточно, чтобы стянуть джинсы вместе с нижним бельем. Полностью избавляться от них и не требовалось, что сильно упрощало задачу. В какой-то миг Джейсу показалось, что Клэри пошевелилась, и этого было достаточно, чтобы сильнее прижать ее ладонь к своей шее, заставляя обнять крепче, сильнее, не позволяя сделать спасительный шаг назад. Освободившаяся рука тут же скользнула на ее талию, а та, что прижимала ее ладонь к шее опустилась вниз, минуя напряженные мышцы пресса и теперь уже воображаемую линию границы нижнего белья. По-прежнему прожигая Фрэй взглядом, Уэйланд с силой сжал ее талию, заставляя согнуть колени и начать опускаться вниз, принимая прежнее положение. Или почти прежнее… Он не просто чувствовал, но мог видеть тот самый момент, когда она ощутила его внутри себя. Ее губы чуть приоткрылись, рисуя удивленное и напуганное «ох», но едва ли удивление и страх были теми единственными эмоциями, когда почувствовала Клэри – Джейс в этом не сомневался. Его собственные губы приоткрылись в такт ее тихому вздоху, но в отличие от рыжеволосой, он куда лучше ориентировался в собственных ощущениях. Дрожь в теле на мгновенье утихла, заставляя каждой клеточкой прочувствовать сковавшее его напряжение. То, что он хотел ее – не ново, но так хотел, как сейчас… Всему виной те тлеющие на коже царапины, или странный адреналин от осознания, что они поставили на карту все, поддавшись легкомысленному порыву? Трудно сказать. Вторая рука медленно заняла свое положение на ее талии, вторя другой, через пару секунд опускаясь ниже, сжимая бедра Фрэй, но при этом даря ей ложное ощущение свободы движений. Если бы она хотя бы попыталась отстраниться, то не смогла бы, как и попытаться контролировать их близость, но порой в иллюзиях есть свое особое очарование.

+1

23

Said you wanna be good
but you couldn't keep your composure
Who's gonna touch you like me?

В последствие Клэри вряд ли сможет сказать, в какой момент всё свернуло не туда. Что послужило причиной тому, что здравый смысл покинул её, уступая место низменным желаниям и требовательным порывам плоти? Джейсу было невозможно сопротивляться, да и она слишком долго пыталась это делать. Любой выдержке рано или приходит конец, любая сила воли однажды иссякает, в особенности тогда, когда на самом деле ты не хочешь сопротивляться, отталкивать и говорить «нет». Да и как в здравом уме можно было отказать Уэйланду? Этим чуть пухловатым губам, к которым хотелось беспрестанно прижиматься своими собственными; золотисто-янтарным глазам в обрамлении пушистых ресниц, - когда Клэри была близко к Джейсу, их кончики щекотали её нежную кожу; этим точеным скулам, подбородку, ниспадающей на высокий лоб светлой и такой мягкой чёлке. Как ему можно было отказать, когда охотник смотрел вот так? Прижимал к себе вот так, - крепко, решительно, с любовью? Почти каждая девчонка мечтала оказаться в объятиях молодого человека, а он выбрал именно её. В этом, конечно, была злая ирония, учитывая, что они брат и сестра, но если на мгновение позабыть о таких вещах, то Фрэй невероятно повезло. Уэйланд был не просто совершенством, к которому страшно прикоснуться: он был живым и настоящим, из плоти и крови, и таким... красивым. Кто скажет, что, как правило, это мужчины любят глазами в то время, как женщины делают более осознанный выбор, - может ошибиться. Возможно, не до конца, но разве кто-то способен пройти мимо такого, как Джейс, и не обернуться, не затаить дыхание? Вот и Кларисса не могла. Старалась, конечно, но разве у неё достаточно сил? Тело давно сдалось, а разум уже готовил белый флаг.
Весьма отчётливый стон сорвался с губ молодого человека, заставляя рыжеволосую замереть. Вроде бы она ничего такого не сделала, но Джейс внезапно стал сам не свой, уткнувшись носом куда-то в район её шеи. Его горячее дыхание обожгло и без того чувствительную кожу, что Фрэй по инерции склонила голову чуть ниже. Одно-единственное слово, произнесённое сбивчивым голосом, почти шёпотом, можно было бы списать на разыгравшуюся фантазию, иллюзию или очередной вздох. Но нет. Нефилим совершенно точно расслышала это странное «ещё», более того, она чувствовала, как по телу Джейса прокатилась волна дрожи. Девушка посмотрела на свои руки с аккуратно подпиленными ногтями, на мгновение нахмурившись и переворачивая их другой, тыльной стороной: на нескольких подушечках пальцев алели крошечные капельки крови, должно быть, кое-где ногти сильнее вошли под кожу на груди Уэйланда. Эта мысль буквально ошпарила Фрэй.
— Джейс? Я сделала тебе больно? - обеспокоенно отозвалась рыжеволосая. Где-то в глубине души она понимала, что это «ещё» не имело отношения к неприятным ощущениям или чему-то такому, что больше не должно случиться. Кларисса и сама не знала, почему выбрала именно такую формулировку, а не более логичную «тебе правда понравилось? ты хочешь, чтобы я повторила это?». Клэри не хотелось вспоминать то, что она так старательно пыталась забыть: но непрошеные воспоминания об израненном охотнике уже ворвались в её сознание. Разве она могла сделать ему больно после того, как обещала забрать его боль? Конечно, в таком состоянии было сложно проанализировать то, что сейчас происходило, вычленив самое важное, - как, например, то, что боль бывает разной, и, возможно, именно такая, когда её тонкие пальчики с короткими ногтями прерывисто царапают бархатистую кожу, было как раз тем, что было необходимо Джейсу?
Нефилим не успела додумать мысль до конца: руки охотника накрыли её собственные, помогая расправиться с ремнём. Стоило Уэйланду вмешаться, получаться стало ещё хуже: чувствуя его тепло, Клэри буквально стала спотыкаться, едва ли сумев раскрыть пряжку ремня. Но в отличие от неё светловолосый, кажется, прекрасно знал, что он делает. Он не только контролировал ситуацию, но и контролировал Клэри, решительно положив её ладонь к себе на шею и подтолкнув назад. Кларисса выпрямила колени, но спина так и осталась согнутой. Рыжеволосая посмотрела вниз: молодой человек торопливо избавлялся от одежды, и сама ситуация становилась всё более красноречивой. Сомнений в том, что сейчас произойдёт, если Фрэй не сбежит, не оставалось. Она и в самом деле слабо дёрнулась, повернув голову к проходу, откуда они пришли, будто бы в надежде найти выход, которого в этой ситуации просто не существовало. Это длилось не больше пары секунд, но Джейс решительно прижал её ладошку в своей шее, будто бы призывая Клэри вновь вернуть своё внимание ему и только ему. Он обнял её, притянул к себе - рыжеволосая чувствовала, как внутри, словно птица в клетке, бьётся паника, смешавшаяся с желанием и страстью. Колени в последний раз напряглись, не желая сгибаться, не желая опускаться вниз и садиться на Уэйланда сверху. Но охотник был сильнее, крепко сжимая хрупкую талию, давя вниз, практически приказывая сделать то, как он хотел...
Изумрудные глаза широко распахнулись, а губы чуть приоткрылись в беззвучном стоне, стоило Джейсу проникнуть глубже. Такое плавное, медленное движение, целый такт длиною в вечность - он давал прочувствовать не только всю опасность момента, но и его очарование. Ладони Клэри с силой вцепились в плечи Уэйланда: она всё ещё не верила, что это происходит на самом деле. От волнения Фрэй даже вспотела, чувствуя испарину на спине, груди, руках и даже бёдрах, - и теперь лёгкая ткань платья неприятно липла к ногам, а в том месте, где их тела с Джейсом переплетались и вовсе становилось невыносимо жарко. Рыжеволосая попыталась двигаться, перестроить ритм, но у неё ничего не вышло - охотник решил контролировать ситуацию и здесь.
— Зачем ты это делаешь со мной? - прошептала Фрэй, опуская голову и прижимая подбородок к груди. Возможно, Кларисса и сдала первый рубеж, позволив всему так далеко зайти, но это вовсе не означало, что ей больше не было страшно. Казалось, что Клэри по-прежнему неловко и даже совестно от того, чем они здесь занимаются. Рыжеволосая тряхнула головой, и волосы рассыпались по плечам, пряча стремительно розовеющие щёки. Но только ли от стыда? Она пыталась быть хорошей. Очень пыталась, но...

+1

24

Разумеется, она не сделала ему больно. То есть, боль могла быть разной, и Джейс не мог отрицать, что почувствовал определенные болезненные ощущения, но для него они таковыми не были, хотя для большинства нормальных людей – безусловно. Он и сам не до конца мог принять тот факт, что ему может нравиться нечто подобное, к тому же, слово «нравится» едва ли характеризовало то, что происходило с ним пару секунд назад, стоило аккуратным ногтям Клариссы неожиданно впиться в мягкую, лишенную шрамов кожу. Уэйланд видел, как она испуганно посмотрела на свои руки, ища под ногтями свидетельство того, что царапины и в самом деле оказались глубокими, так что ее последующий вопрос был вполне логичен.
Нет, мне не больно, - покачав головой, хрипловато ответил Джейс. Неужели она сама не видела, что боль – это последнее, о чем сейчас думал охотник. С другой стороны, думать о чем бы то ни было вообще, сейчас представлялось почти непосильной задачей, а вот Фрэй все еще хватало на разговоры. Во всяком случае, на вопросы.
Зачем? – нахмурившись, не понимая, что Клэри подразумевает под своими словами, переспросил Джейс. Зачем он это с ней делал? Что именно? Мучил ее? Уэйланд не охарактеризовал бы то, что происходило между ними «мукой», разве что, сладкой пыткой. В какой-то степени мучениям подвергалась ее совесть и сила воли – это да, но с этим ничего не поделаешь. В конце концов, это являлось той необходимой жертвой, которой всегда сопровождались запретные отношения и подобные порывы страсти в общественных местах. — Что именно я делаю? – решился уточнить молодой человек. Возможно, все дело в том, что у него так и не был готов ответ на вопрос, и проще было выиграть немного времени, хотя даже в таком состоянии Джейс не мог отрицать, что ему интересно, как происходящее между ними выглядело глазами Клариссы? Его горячая ладонь опустилась ей на спину, почти ласково гладя влажную ткань платья. Она прилипла к коже, и даже через тонкую материю светловолосый чувствовал исходивший от нее жар. Подушечки пальцев заскользили вниз, вдоль позвоночника, медленно возвращаясь на положенное им место, касаясь талии и чуть ниже – бедра. Подарив Клэри пару мгновений обманчивой свободы, Джейс снова не упускал контроль из своих рук в прямом и переносном смысле слова. Темп ее движений по-прежнему оставался мучительно-медленным, Уэйланд сам помогал рыжеволосой приподняться, заставляя ее также медленно опуститься, ощущая стремление Фрэй сделать это иначе, быстрее, поддаваясь вполне объяснимым порывам, но нет, не сейчас. Чувствовать ее вот так – полностью, по-настоящему, растягивая мгновения, было ни с чем несравнимо. Джейс по-прежнему ощущал некое напряжение, все еще не до конца покинувшее тело Клариссы – такая близость вряд ли могла доставить ей неприятные ощущения, но некоторый дискомфорт в первые мгновения – вполне. Она была такой хрупкой, миниатюрной, и этот плотный, окутывающий жар ее тела сводил с ума. Уэйланд прикрыл глаза силясь сделать глубокий вздох, но с каждым новым тактом дышать становилось все труднее.
Разве ты не хочешь этого? – медленно открывая глаза, прошептал охотник. Рыжие, слегка встрепанные пряди рассыпались по обнаженным плечам Клэри, скрывая ее личико и залитые румянцем щеки, но взгляд неумолимо скользнул ниже. Отсутствие бюстгальтера не могло остаться незамеченным и сейчас, делая движения Фрэй куда более пикантными, притягивая внимание к груди. Как же хотелось прикоснуться… Но если Джейс поцелует ее через ткань платья, вряд ли Кларисса сможет разгуливать в нем по Институту, во всяком случае, до тех пор, пока определенные места окончательно не высохнут. Как известно, мокрая тонкая ткань имеет свойство просвечивать. — Сними их, - Уэйланд кивнул на тонкие бретельки, скрытые под медными локонами. Как только они соскользнут с ее плеч, проблема с платьем и тканью будет решена. Он мог и сам это сделать, но наблюдать, как это делает Фрэй было куда занимательнее.
Не то, чтобы Джейс питал иллюзии, что она непременно выполнит его просьбу, но и сам не думал использовать одни лишь слова. Его ладони ослабили хватку, позволяя Клэри попробовать поймать более комфортный ритм, но как только ему показалось, что он чувствует, как рыжеволосая хоть на толику начинает расслабляться, все повторилось. Пальцы с силой впились в ее бедра, заставляя на этот раз резко опуститься вниз и по-прежнему медленно приподняться, повторяя все сначала. К рваному темпу было крайне сложно привыкнуть и почти невозможно подстроиться, да что там, его тело тоже жаждало чего-то иного, но всему свое время.
Сними, - настойчиво повторил Уэйланд, подаваясь вперед, грубовато прихватывая нежную кожу ее шеи. Волосы закрывали обзор, и Уэйланд с явным недовольством потянулся к рыжим прядям, откидывая их назад.

+1

25

Кларисса нахмурилась. Если хочешь получить правильный ответ, нужно уметь задавать правильные вопросы - с последним вышел промах. Джейс не стал ничего не уточнять: каков вопрос, таков ответ. Она всё ещё не была до конца уверена в том, что сейчас увидела: то, как вдохновился Уэйланд, стоило её ногтям оставить алые следы на его груди, наводило на определённые мысли. Но была ли она готова признать это вслух и назвать вещи определёнными именами? Но главное, готова ли она была принять то, Джейс хотел, чтобы она причиняла ему боль? Фрэй нахмурилась сильнее, будто бы пытаясь сосредоточиться на своих мыслях, а не на ощущениях - чувствовать охотника внутри себя и не отвлекаться было крайне сложно. Рыжеволосая попыталась посмотреть на ситуацию с другой стороны: а разве ей самой не нравилось, когда он был грубовато-резким, оставляя отметины на её теле, словно свою подпись? Она вспомнила, как молодой человек овладел ею сзади, сомкнув руку на её горле и крепко прижав к своей груди. Разве в тот момент внутри неё не полыхал настоящий пожар, умоляя не останавливаться? Но тот день в принципе был таким особенным, может быть всё дело в этом? Или всё же в том, что ей нравится именно такая близость? Им нравится такая близость?
— Зачем ты искушаешь меня? Вынуждаешь меня... поддаться тебе? - не совсем точная формулировка, но другой у Фрэй сейчас просто не было. С каждым мучительно-медленным тактом, когда Клэри раз за разом пыталась подстроиться под рваный ритм, и теряла его, думать становилось всё труднее. Внутри всё плавилась, в том числе и мозги: возможно, не самое лицеприятное сравнение, но она прямо чувствовала, как серое вещество превращается в некое подобие желе, лишая возможности здраво мыслить и трезво оценивать ситуацию. — Ты мог получить всё в спальне, но нет, и я не понимаю, зачем? - подытожила свои мысли Кларисса, поднимая на Джейса затуманенный взгляд. Её губы были приоткрыты, и с них то и дело срывались тихие-тихие и короткие стоны, больше похожие на тяжёлые вздохи, и всё же это были именно они. Клэри с ужасом думала о том, насколько, должно быть, хорошая акустика в библиотеке, и с какой силой прокатятся по помещению подобные звуки, стоит ей не сдержаться? Ну как тут расслабиться? Клэри не могла отпустить себя, по-прежнему держа в голове столько мелочей: посторонних людей, которые могли зайти, звуки, которые необходимо было сдерживать, и быть очень тихой. Но в тишине библиотеки, когда ничто не нарушало их уединение, отчётливо слышалось и кое-что другое: влажные, по-настоящему пошлые звуки от соприкосновения их тел. Или они звучали так громко, потому что Фрэй находилась в непосредственной близости от их источника? Эта мысль обожгла нежные щеки почти пунцовым румянцем и, как ни странно, внизу живота она почувствовала куда больший жар, чем было до этого.
— Я хочу тебя, но я не хочу здесь, это... слишком, - Клэри с шумом выдохнула, не сдержавшись. Джейс намеренно сбивал её с ритма, мешал настроиться на то, к чему, казалось бы, всё сошло. Он решил помучать её? Растянуть сладкую пытку? Неужели ему так нравилось ходить по грани? Фрэй крепче сжала пальцы на плечах охотника, почти потеряв надежду завладеть ситуацией: Уэйланд держал её за бедра, то направляя, то отпуская, даря иллюзорное чувство свободы и контроля. В отличие от неё, происходящее словно давалось ему легко. И откуда в нём столько выдержки?
Кларисса не сразу поняла, что охотник имеет ввиду. Она непонимающе посмотрела на него, и лишь когда он повторил свою просьбу, она поняла, что речь идёт о бретельках платья. Ну, конечно же, раз под платьем нет бюстгальтера, то его желание вполне очевидно. Но самой девушке отчего-то эта мысль показалась вопиюще непозволительной. Она энергично замотала головой, отвергая предложение Уэйланда и даже не желая его рассматривать: она не будет снимать бретельки платья, и точка! Молодой человек и так получил гораздо больше, чем она собиралась ему дать. Клэри охнула от грубого прикосновения к своей шее, чуть откидываясь назад и прогибаясь в пояснице. Сердце пропустило удар: от таких поцелуев или скорее укусов кружилась голова. Руки Фрэй с плеч переместились на шею охотника, обвивая, прижимаясь ближе. Её губы теперь были где-то в непосредственной близости от его уха и, не сдержавшись, Кларисса тихо застонала. Конечно, это было не специально, но ведь не только ей должно быть тяжело?

+1

26

Если задуматься, Джейс даже не знал, почему ему так нравится искушать Клэри, но, может, вопрос был задан неверно? Как могло не нравиться ее искушать? Особенно сейчас, когда она казалась такой хрупкой, напуганной, умудряясь сохранять свое извечное упрямство, отчаянно цепляясь за осколки здравого смысла и моральных принципов. Они оба знали, чего она хотела на самом деле, именно поэтому Уэйланд вел себя столь бесстыдно и настойчиво, в глубине души понимая, что не идет против ее воли. Напротив, он всего лишь помогал обнажить ее истинные желания, и вопрос заключался только в одном: на сколько ее хватит? Как много осталось в ней от той правильной девочки из Бруклина? Хотя, по определенным критериям рыжеволосая никогда не вписывалась в этот шаблон, но говоря лишь о рискованных и опрометчивых поступках с точки зрения морали – здесь да, безусловно.
Может, потому что ты сама этого хочешь? – на дерзости было все меньше времени и моральных сил, но оставить без внимания такой вопрос Джейс просто не смог. Он и в самом деле вполне искренне считал, что, если бы Клэри втайне не хотела ничего из происходящего, вряд ли даже его обаяния и способности убеждать хватило бы, чтобы заставить ее остаться. Вопрос, конечно, был еще в другом: что на него нашло, чтобы позабыть об опасности и так неотступно стоять на своем «здесь и сейчас»? Уэйланд и сам не помнил, когда чувствовал столь жгучую жажду, мучительную физическую потребность почувствовать ее. Даже не просто «почувствовать», а ощутить, что она – его, полностью и без остатка. Когда Фрэй была такой трепетной и хрупкой, неизменно плавясь от его прикосновений и сгорая от стыда за них обоих… Было в этом что-то по-своему очаровательное, новое, распаляя охотника еще сильнее.
Ее пальчики сильнее впились в его плечи, и нефилим не мог не поймать себя на мысли, что почти отчаянно желает, чтобы она вновь дала волю ногтям. Конечно, кожа здесь была не столь чувствительна, как на животе или груди, но все же. Пока Фрэй держалась, но Джейс – нет. Его пальцы вновь сильнее впились в бедра рыжеволосой, заставляя ее почти остановиться, замереть на месте.
Сейчас уже несколько поздно, - отвечая на ее «почему здесь», выдохнул светловолосый, явно недовольный ее безмолвными протестами. Глупо было надеяться, что столь упрямое создание, как Клэри Фрэй, сразу же выполнит его просьбу, не говоря о ее страхе. Чего уже теперь-то бояться? Она в самом деле не представляла перспективы? Если Джейс поцелует ее через тонкую ткань платья, как она пойдет от библиотеки к своей комнате? Должно быть, пара влажных кругов вокруг весьма пикантных зон многих наведут на рассуждения, но это ее выбор. Джейс недобро усмехнулся, подавшись вперед и накрывая губами ту самую чувствительную точку. Не говоря о мягких очертаниях груди, сейчас куда более отчетливых и будоражащих воображение, чем раньше, платье не скрывало и контуры сосков. Конечно, прикасаться к ним так было сродни своеобразной пытке – чувствовать их, но не ощущать мягкость ее кожи, довольствуясь лишь ее жаром. Уэйланд легонько стиснул зубы, плотнее сжимая губы, позволяя этому своеобразному прикосновению продлиться на пару мгновений дольше, чем следовало. Так, его влажные губы точно оставят хорошо различимый след на ее платье, и, возможно, Кларисса задумается?
В общем, мне оно не мешает, - отстраняясь, кивая в сторону платья, запыхавшись прошептал охотник, медленно подтягивая Фрэй к себе, позволяя в очередной раз почувствовать то, насколько они могли быть близки. Нет предела совершенству, но сейчас и эти глубокие, медленные толчки дарили ощущение «ближе уже невозможно».
Сними их, и все будет, как ты захочешь, - едва успев закусить нижнюю губу, сдерживая красноречивый глубокий вздох, пообещал Джейс. Разумеется, речь не шла об их перемещении в какое-то более безопасное место, просто Клэри получит чуть больше свободы. Пожалуй, стоило это прояснить. Переборов очередной тихий стон, молодой человек подался вперед, склоняясь к уху рыжеволосой, обжигая горячим дыханием нежную кожу: «Do it, and I’ll fuck you the way you want». Наверняка эти слова заставят его милую, хрупкую принцессу покраснеть до самых корней волос, но оно того стоило. В конце концов, что она делала с ним? Эти ее тихие, сбивчивые стоны, отчаянные прикосновения… Он тоже сходил с ума.

+1

27

Можно было бы вернуться к размышлениям о спасении их бессмертных душ, вспомнить о совести и чувстве вины за содеянное, но в одном Джейс был прав: они с этим явно немного опоздали. И пусть охотник говорил о другом, не имея ввиду глобальные вещи, о которых сейчас подумала сама Клэри, сути это не меняло. Согласившись на тайные отношения, ни о каком спасении речи больше ни шло: скорее происходящее напоминало медленный и уверенный спуск в Ад, где им было уготовано место в первом ряду, словно для особых гостей. Разумеется, их грехопадение не было самым ужасным в истории человечества - оно не отнимало чьих-то жизней, не разрушало их, во всяком случае пока - но так или иначе это было грехом. Не самым страшным, но не менее опасным. Плавиться в объятиях старшего брата было непозволительно, недопустимо ни с точки зрения человеческих законов, ни с точки зрения морали, и если с последним Фрэй худо-бедно удалось смириться и принять тот факт, что жизнь без Джейса куда страшнее, нежели факт отношений со старшим братом, то смириться с тем, что Уэйланд подвергал их секрет опасности не получалось. Кларисса по-прежнему не понимала, почему молодой человек такой упрямый, почему стоит на своём и отказывается идти на какие-либо компромиссы, словно от того, что между ними произойдёт в библиотеке - или не произойдёт - зависели их жизни. Почему ему было так важно овладеть ею именно здесь, в тени книжных стеллажей, куда не попадали лучи солнечного света, озаряющие самый центр библиотеки? Пожалуй, в этой аллюзии что-то было. Такими теперь будут их отношения всегда - они будут вынуждены скрываться в тени, не имея возможности ни сказать, ни показать этому миру, как сильно они любят друг друга. Но рыжеволосая готова была отказаться и от этого, лишь бы быть рядом с Уэйландом. Так почему ему понадобилось испытывать их отношения на прочность? Испытание солнцем, днём - назовите как угодно - не самая лучшая идея, а ведь обычно Джейсу в голову приходят хорошие идеи. За редкими исключениями.
Девушка настороженно наблюдала за улыбкой, появляющейся на губах охотника, и ей совсем не понравилось то, что она видела. Кларисса не успела выставить вперёд руки, чтобы остановить Уэйланда, как он уже целовал её грудь сквозь лёгкую ткань платья. По телу побежала волна дрожи, заставив закусить губу, чтобы не издать ни звука. Её грудь была чрезвычайно чувствительна к прикосновениям Джейса, но сквозь ткань всё ощущалось иначе: прикосновение было менее острым, и всё же таким же ярким, от чего Фрэй мгновенно вспыхнула. Область декольте покрылась лёгкой испариной - рыжеволосой стало невыносимо жарко, и охотник, как будто почувствовав это, не спешил отстраняться. Пальцы на его плечах сомкнулись крепче, кончики ногтей стали опускаться ниже, медленно входя под кожу... Напряжение такого рода было сложно контролировать даже несмотря на то, что в голове периодически всплывала мысль о том, что Кларисса не должна была делать Джейсу больно. Где-то в глубине души она понимала, что нечто подобное отзывается в его теле приятной дрожью, и всё же Клэри было трудно: она не хотела, чтобы близость с ней ассоциировалась у охотника с болью и яркими отметинами на теле. Она не хотела, чтобы непроизвольно в его голове появлялись воспоминания об их отце. Возможно, одно с другим и не было связано, и молодой человек заверил бы её в обратном, скажи она ему об этом, но...
Взгляд изумрудных глаз резко опустился вниз: на платье четко виднелся влажный, круглый след, оставленный ртом охотника. Конечно, она может постараться прикрыть это место ладонью, когда будет идти до спальни, да и идти вроде бы недолго, главное, никого не встретить по пути... Из столь взволнованных мыслей Фрэй вырвал Уэйланд, вернее его действия: он притянул её ближе к себе, медленно и глубоко двигаясь внутри неё, и Клэри не осталось ничего другого, как снова прикрыть рот ладонью, подавляя глухой стон.
Обещание Джейса было заманчивым. Он в самом деле сделает так, как она захочет? На мгновение нефилим наивно подумала, что он и правда отведёт её в спальню, в конце концов охотник всегда заботился о её желаниях и пёкся о её благополучии, а эта ситуация очень нервировала и выбивала из колеи и состояния равновесия, заставляя Клэри волноваться и паниковать сильнее обычного. Но как только Уэйланд склонился к её уху и прошептал одну-единственную фразу, всё встало на свои места. Рыжеволосая смутилась этих слов, почувствовав, как краснеет, и всё же они были... приятны. Внизу живота в очередной раз что-то сладко заныло и сжалось, и Клэри потребовалось несколько мгновений, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями.
Она медленно отняла ладонь ото рта и чуть отодвинулась от Уэйланда, заглядывая ему в глаза. Всё это напоминало сделку с Дьяволом, и то ли Фрэй наконец осознала, что эту битву ей не выиграть и проще покориться судьбе, чем тратить силы на бессмысленные и заранее обречённые на провал попытки сопротивления, то ли власть Джейса над ней в какой-то момент стала безграничной и абсолютной. Кларисса не спеша потянулась к одной бретельке платья, приспуская её, после - к другой. Теперь тонкие шелковые бретельки свободно болтались чуть ниже плеч, а платье хоть и сидело по фигуре, облегая определённые части тела, теперь держалось на честном слове. Достаточно было просто потянуть на себя, чтобы струящаяся ткань соскользнула вниз, к животу, но Клэри не смела пошевелиться. Она даже позабыла о том, что когда-то хотела перехватить у Джейса инициативу и настроиться на более комфортный, быстрый темп.

+1

28

Джейсу бы очень хотелось с уверенностью сказать, что он никогда не сомневался в своей победе, но это было не так. Несмотря на трепет и страх, почти в буквальном смысле слова сковавший по рукам и ногам Фрэй, она по-прежнему оставалось все такой же упрямой и непредсказуемой, как и всегда, или… Все же что-то пошло не так? От внимания охотника не могли укрыться ее тяжелые вздохи, с каждой секундой грозившие перерасти в тихие стоны. Благодаря здешней акустике и идеальной тишине, даже они были весьма хорошо различимы, но покуда к ним не присоединились непрошенные гости, Уэйланда это мало волновало в отличие от рыжеволосой. Она то и дело испуганно прикладывала ладошку ко рту в надежде их заглушить, неизменно вызывая на лице нефилима мягкую полуулыбку. Ну разве она не очаровательна в своей трепетной осторожности и бесконечных опасениях быть услышанными? Кажется, он еще никогда не видел ее такой: беззащитной, полностью в его власти, и это чертовски будоражило сознание, взывая к тем желаниям и потребностям, о которых Джейс не только не подозревал, но предпочел бы и не знать. Кто бы мог подумать, что ему так понравится власть? Таким уж он уродился, или очередное качество, унаследованное от отца? В любой другой ситуации Уэйланд охотно предался бы самоанализу, снова впадая в уныние от неутешительных выводов, к которым всегда приводили новые обнаруженные сходства между ним и Валентином, но сегодня – не тот случай.
Ноготки Клариссы сильнее впились в его плечи, неосторожно царапая кожу. Могло показаться, что она в действительности пыталась удержаться от падения, цепляясь из последних сил за свой последний шанс устоять на краю, но на самом деле они давно уже были на дне той самой пропасти, в которую его милая Клэри так боялась заглянуть еще тогда, стоя на крыше. Опять же, можно предаться философским изысканиям, но не самый подходящий момент. Если Фрэй приятнее жить иллюзиями, полагая, что она еще может от чего-то спасти их обоих, или хотя бы себя – пускай, Джейс не станет возражать. Напротив, он подается вперед, заставляя ногти глубже проникнуть под кожу, словно даруя своей сестре возможность удержаться, не провалиться в столь пугающую ее бездну. Возможно, именно ее она видела сейчас в его глазах? По телу прошлась новая волна дрожи, заставляя охотника непроизвольно пошевелиться, заерзать на стуле, как будто ища более удобное, комфортное положение. В один миг напряжение резко подскочило вверх, и Уэйланд не мог его удержать, как и не мог ему повиноваться – хотелось впиться в ее губы или укусить в плечо, подавляя глухой стон, но разве он имел право так себя вести с его Клэри? Хрупкой, трепетной, в чьих глазах все еще был страх? Джейс тут же красочно представил след от его зубов на бледной, мраморной коже, изо всех сил пытаясь взять под контроль, казалось бы, несвойственный ему порыв. Но кого он обманывал? Ему не раз хотелось сделать нечто подобнее. Более того, он даже делал, но тогда, в порыве отчаяния и как бы банально ни прозвучало – животной страсти, все выглядело совсем иначе. Они оба были такие, но даже это обстоятельство не могло утихомирить совесть, рьяно требующую объяснения столь варварским поступкам, стоило страсти утихнуть, позволяя взглянуть на последствия.
Уэйланд до крови закусил губу, опуская голову, непроизвольно касаясь лбом лба Клариссы. Пара секунд показались вечностью, прежде чем он вновь распахнул глаза, ловя на себе подернутый дымкой, взгляд рыжеволосой. Щеки Клэри заливал яркий, почти лихорадочный румянец. Видимо, несмотря на всю пошлость его последних слов, неизменно заставивших ее смутиться, они затронули правильные струны. А потом произошло то, на что Джейс уже почти не рассчитывал, пускай, и не переставал надеяться: ее руки потянулись к бретелькам платья, позволяя им мягко соскользнуть вниз. Щеки словно обдало волной жара, но в отличие от сестры, охотник покраснел вовсе не от смущения. Хотелось что-то произнести, но слова не шли на ум, да и кому они нужны? Вместо какой-нибудь, далеко не самой важной фразы, Уэйланд просто потянулся к подбородку Фрэй, по-хозяйски притягивая личико Клариссы к себе, впиваясь в полураскрытые губы голодным поцелуем. В первый миг нижняя губа начала неприятно саднить, явно неготовая к такому напору, но это ощущение было почти приятным, слегка отрезвляя и заставляя вспомнить о своем обещании. Джейс ведь обычно выполнял их, не так ли? Его хватка в действительности ослабла, позволяя Клариссе двигаться так, как она пожелает, предоставляя и ему куда большую свободу действий. Ладони скользнули дальше под юбку, оглаживая нежную кожу, очерчивая плавные изгибы талии, лаская подушечками пальцев низ живота, но нефилиму быстро стало жалко растрачивать вновь обретенные возможности на что-то одно. Одна ладонь ловко выбралась на поверхность, через мгновенье стягивая правую бретельку с плеча Фрэй, обнажая грудь. В сущности, у нее не оставалось выбора, кроме как позволить ему окончательно спустить ее вниз, высвобождая руку. Не теряя времени даром, нефилим прильнул к нежной коже – сейчас она казалась еще более мягкой и гладкой, чем он помнил, пускай, воспоминания и были свежи. Как же он хотел, чтобы она снова потянулась к нему, безотчетно ища опоры, впиваясь ногтями в плечи, или позволяя ладошкам случайно соскользнуть по груди вниз, оставляя хотя бы белесые полосы… Но разве он мог попросить ее о таком? Джейс не смел даже намекнуть, но он знал, когда и из-за чего Клэри может потерять контроль, забывая даже о страхе причинить ему боль. Его губы плотно накрыли чувствительный сосок, впиваясь грубоватым, требовательным поцелуем. И еще, и снова. В ушах поднимался легкий гул, а пошлые, влажные звуки, кричащие куда громче любых стонов о том, чем они здесь занимались, начали казаться отчетливее, быстрее. Его собственные тяжелые вздохи тонули в этих прикосновениях, то и дело обжигая нежную, влажную кожу на ее груди. Другая ладонь сильнее сжала талию Фрэй, хаотично скользнув вверх, лаская спину, очерчивая кончиками пальцев едва выпуклые контуры лопаток.

+1

29

Breathless, I can't resist
Melt with your scarlet kiss

Даже если Джейс и сомневался в своей победе, то Клэри была заранее уверена в том, что потерпит поражение. Не зря она ему сказала, что никогда бы не пришла сюда, если бы знала, что именно охотник зовёт её, а не Мариз Лайтвуд. Сколь бы велико не было искушение, порой это не то, чему хочется поддаться. Вернее, хочется-то хочется, но не следует этого делать. И если у молодого человека не хватало мозгов - все мужчины порой как дети! - или выдержки, или силы воли, чтобы сдерживать свои порывы при себе, то кто-то из них должен был сохранять холодный ум и трезвый рассудок и не поддаваться на провокации подобного рода. К сожалению, последнее уже не относилось к Фрэй: как бы она не старалась, как бы не стремилась этого избежать, разум уже не был холодным, а рассудок трезвым. Всё было как раз наоборот: рыжеволосая плавилась в объятиях Джейса, сгорала от его прикосновений и каким-то чудом сдерживала себя от того, чтобы не начать умолять. Где-то в глубине души очень хотелось это сделать, послав всё к чертям... Но ведь она дочь Джослин Фэйрчайлд, и она должна быть сильной, не так ли?
Охотник подался вперёд, и Кларисса почти с ужасом наблюдала за тем, как её ногти сильнее впиваются под кожу: она чувствовала это столь остро, словно прикасалась сама к себе. Странное ощущение, на котором она так и не успела сосредоточиться, потому как Уэйланд шумно вздохнув, впился в неё глубоким, тёмным взглядом. Снова стало не по себе. Клэри не знала, что не так было с этим взглядом и почему он продолжал её пугать и вместе с тем лишать силы воли, что она едва ли могла пошевелиться. Невольно рыжеволосая вспомнила крышу и манящую бездну, простиравшуюся под ногами, стоило сделать шаг. Возможно, взгляд Джейса в самом деле ей напоминал ту пропасть, которой она так боялась? Всё может быть, ведь в тот вечер её пугало абсолютно всё: и неприветливый, холодный город, и Джейс с опасными, крайне неприятными разговорами и действиями, и сама крыша, от края которой их отделяло лишь небольшое, не очень прочное на вид, ограждение. Сейчас всё было иначе, и в то же время Фрэй будто бы почувствовала некоторую схожесть ситуаций. Вот только в чём?
Лоб Уэйланд казался таким горячим, словно у молодого человека был жар. Он прерывисто дышал, будто бы пробежал марафон, впрочем, Клэри находилась примерно в таком же состоянии. С каждым толчком, случайным или продуманным, тело распалялось ещё сильнее, при этом понимая, что так скоро оно не получит желаемого. Обычно такой нетерпеливый охотник, здесь и сейчас проявлял поразительные чудеса выдержки, изводя Клариссу своими действиями.
Его пальцы коснулись её подбородка, и рыжеволосая медленно подняла на Джейса изумрудные глаза, коротко взмахнув ресницами... Даже если Уэйланд и собирался ей что-то сказать, то не стал, отдав предпочтение дерзкому поцелую. Рыжеволосая с готовностью подалась вперёд, приоткрывая губы и позволяя охотнику завладеть её ртом. Она обвила руками его шею, чувствуя, как его собственная хватка на её талии ослабевает. Фрэй попробовала приподняться и вновь опуститься, ловя другой, отличный от всего того, что было до этого, ритм и почти с радостью обнаружила, что молодой человек не останавливает её. Тело почти с удовлетворением отозвалось на неожиданно приятную перемену и на последовавшие за этим прикосновения. Но низ живота, которого в это самое мгновение касался Джей, по-прежнему был крайне напряжён. Было ли всему причиной средоточие возбуждения, находившееся именно здесь, Фрэй не знала. Но стоило пальцам светловолосого коснуться её здесь, как внутри буквально все переворачивалось и начинало сладко изнемогать, желая большего, гораздо большего. Желая всего и сразу.
— Джейс, - выдохнула Клэри, качнувшись вперёд и, словно бы исполняя заветное желание охотника, с силой вцепляясь в его плечи. Она в самом деле падала и падала куда-то вниз, едва ли способная удержаться, и всё же ей это удалось. От настойчивых и требовательных поцелуев, что молодой человек оставлял на её груди, кружилась голова, а движения становились быстрее, увереннее, проникновеннее. Рыжеволосая чувствовала отголоски знакомого напряжения, скрученного в тугой узел, который в конце концов распутается сам собой, даря небывалое наслаждение и удовольствие. Одна ладошка переместилась с плеча на грудь охотника, примерно в районе ключиц. Тонкие пальцы сжимали мягкую, лишённую шрамов кожу, будто шёлковую простынь. В какой-то момент Клэри настолько потерялась в своих ощущениях, а особо глубокий толчок, заставил вздрогнуть всем телом, подаваясь назад, что она не услышала то, что услышала бы в любой другой ситуации. Кажется, в библиотеку кто-то вошёл. Но Клэри слышала лишь громкие и влажные звуки от слияния их тел, да собственное сердцебиение, ухавшее где-то в ушах. Вторая ладонь присоединилась к первой, а Уэйланд весьма ощутимо прихватил зубами её сосок, будто бы нарочно, прекрасно осознавая, к чему это приведёт и какие последствия вызовет - теперь на груди охотника, чуть выше ключиц красовались несколько ярко-розовых следов-полумесяцев от ногтей Фрэй.
Ты этого хотел, Джейс?

So I can feel your heat
This love is so completely crazy

+1

30

У каждого есть свои слабые места и свои рычаги воздействия. Кажется, Джейс уже начинал понимать, где они находятся у Клариссы, если ему нужно получить желаемое. Под этим абстрактным и красивым словом скрывалось далеко менее приятное – «боль», ведь именно ее он хотел получить, заставляя Фрэй вновь ухватиться за свои плечи в поисках опоры, не так ли? Как бы там ни было, своей цели он достиг, и даже больше. Ее движения становились быстрее, ритмичнее, и где-то в глубине души светловолосый был рад, что подарил сестре куда больше свободы. В свою очередь и он волен творить, что заблагорассудится, не говоря о том, как будоражила сознание сама по себе мысль, что с каждой секундой она хочет его еще сильнее, ближе, алчно касаясь его кожи, двигаясь все быстрее, постепенно начиная забывать обо всем. Острые ноготки сначала вскользь касаются ключиц, почти не оставляя видимых следов, даря охотнику не ту сладкую и пикантную толику боли, о которой он так мечтал, но оставляя после себя знакомое ощущение предвкушения. Такие прикосновения слегка щекотали кожу, раззадоривая, заставляя Джейса невольно податься вперед, усиливая нажим ее ногтей, но этого и не требовалось – в какой-то момент, позабыв обо всем, Клэри сама сделала желаемое, оставляя на груди розоватые следы-полумесяцы. Уэйланд плавно отстранился, прекращая терзать томными ласками рыжеволосую, каким-то чудом сдерживая характерный тяжелый вздох. Он получился глухим и глубоким, теряясь в ее шумных и быстрых вздохах. Внизу живота отчаянно заныло, заставляя светловолосого непроизвольно вздрогнуть, буквально чувствуя, как мышцы начинают твердеть, наливаясь свинцом, а напряжение становится буквально осязаемым.
Джейс и сам удивился, как его хватило на то, чтобы услышать, а главное – осознать, что в библиотеке они неожиданно оказались не одни. Самый худший страх Клариссы в один миг стал суровой реальностью. А ведь еще совсем недавно охотник так рьяно отговаривал Фрэй от подобных перспектив, страстно убеждая ее, что в такое время дня мало кому может понадобиться библиотека, и все, что ей нужно – расслабиться и получать удовольствие. Не хотелось признавать, что в конечном итоге она оказалась права, но, к сожалению, все именно так. Как ни странно, сама Клэри была настолько поглощена моментом, что не услышала тихие голоса Мариз и Изабель, пока что звучавшие где-то вдалеке. Подавив мгновенную панику, Уэйланд с силой вцепился в бедра рыжеволосой, заставляя остановиться, но не давая ей даже крохотной возможности отстраниться. Конечно, она могла попытаться, но своеобразные объятия были настолько крепкими, что вполне могли даже причинять дискомфорт. Джейс отчетливо видел, как в один миг пелена спала с подернутых дымкой, потемневших изумрудных глаз, стоило Клэри осознать всю суть происходящего. Ею овладел страх, грозивший в последующие пару секунд перерасти в настоящую панику, что было вполне логично, ведь разве он не чувствовал то же самое? Да, в первый миг охотник тоже ощутил, как сердце пропустило удар, а все внутри похолодело, но сейчас это странное, вязкое чувство приобрело словно несколько другой оттенок. Он боялся, но в то же время сгорал от странного желания пойти наперекор обстоятельствам, этому пресловутому страху, бросая вызов, только кому? Той ситуации, в которой они оказались, условившись все хранить в тайне? Это было глупо, но адреналин творил с людьми странные вещи. Он дурманил разум похуже любого наркотика, придавая наслаждению особый, терпкий и ни с чем несравнимый вкус. Не то, чтобы Джейс был поклонником таких ситуаций или перспектива быть пойманным заводила его еще больше – обычно нет, но сейчас многое перевернулось с ног на голову. Скорее, в какой-то миг он с ужасом для Клэри осознал, что ему все равно на присутствие Мариз и Изабель, он хочет ее и не собирается отпускать.
Для Фрэй момент был явно упущен, но Уэйланд и не думал сдаваться.
Шшш, - одними губами прошептал он. Голоса были по-прежнему далеки. Казалось, что Мариз и Изабель пока что и не думали продвигаться вглубь библиотеки. О чем они говорили, светловолосый разобрать не мог – стук сердца по-прежнему гулко звенел в ушах, заглушая не то, что чьи-то голоса – даже собственные мысли.
Джейс медленно приподнял Клэри вверх, или, вернее, заставил приподняться, точно также медленно опуская вниз. Движение вышло мучительно-проникновенным, напоминая то, с чего все начиналось, с той лишь разницей, что сейчас рыжеволосая была слишком напугана, что возразить вслух. Недолго думая, крепко-крепко сжимая талию сестры одной рукой, Уэйланд позволил другой скользнуть под платье, быстро минуя напряженный пресс и добираясь до одной весьма значимой и чувствительной точки. Фрэй вздрогнула, отзываясь на первое, легкое прикосновение, и Джейс изо всех сил постарался стиснуть зубы – он чувствовал, как едва различимая дрожь прокатилась по всему ее телу, отзываясь и в его собственном. Плавное, круговые прикосновения стали настойчивее, и в голове Уэйланда неожиданно промелькнула его излюбленная мысль о том, как Клэри в его руках похожа на идеальный, музыкальный инструмент. Сейчас он хотел настроить его, укротить, подчиняя себе, не позволяя позабыть о желаниях, одолевавших Клариссу еще пару мгновений назад. Сама по себе эта мысль казалась такой… Едва не сдержав тяжелый вздох, Джейс прильнул к ее плечу, ощутимо прихватывая зубами нежную кожу. Кажется, этот жест скоро станет его любимым.

+1


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » The Council's archieve » i've had you so many times but somehow, i want more [08.06.2016]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC