SHADOWHUNTERS: City of darkness

Объявление

Добро пожаловать в Сумеречный мир! Мы приветствуем Вас на просторах ролевого проекта "City of darkness". Охотники, маги, оборотни, вампиры, фэйри и даже демоны, - все они живут по соседству с людьми, плетут интриги, сражаются, любят и ненавидят. Среди друзей намечаются расколы, а в стане врага - неожиданные союзы. Мир на грани войны. Какую сторону примешь ты?

ClaryJaceLydia
Нью-Йорк | август-сентябрь, 2016
городское фэнтези | NC-17


Emma Carstairs [от 31.03]Nothing can't be concealed from the friend [03.09.2016]
«Рождество и вправду - несмотря на свои примитивные и религиозные корни - прижилось в семье Блэкторнов. Наверное, потому что большой семье нужны были добрые и праздничные традиции, особенно когда в ней столько детей, есть сводные брат и сестра и нету мамы. Какой бы заботливой и опекающей и помогающей не была Хэлен, она не могла заменить Элинор для детей и Нериссу для брата...» [читать далее]
Чаша в руках у Валентина, его сын, Джонатан Моргенштерн, работает над собственным планом, далеким от идеалов и интересов отца. Из Института Нью-Йорка таинственно исчезли Клэри Фрэй, Джейс Уэйланд и Себастьян Верлак. Лидия Брэнвелл и Алек Лайтвуд занимаются поисками пропавших...

гостеваядобро пожаловатьрасысюжетсписок персонажейзанятые внешностинужныеакция

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » Lost souls' tale » I want to keep faith, but you're making it harder [16.06.2016]


I want to keep faith, but you're making it harder [16.06.2016]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Clary Fray & Jace Wayland
http://funkyimg.com/i/2tjbS.gif http://funkyimg.com/i/2tjbT.gif
http://funkyimg.com/i/2tjbU.gif http://funkyimg.com/i/2tjbV.gif
Идрис, поместье Уэйландов
16 июня, 2016

Использовав недавно открывшийся дар Клэри, позволяющий ей создавать новые руны, они с Джейсом отправляются в Идрис. В надежде найти Белую книгу и пробудить к жизни Джослин, они находят нечто совсем иное, узнав гораздо больше, чем могли себе представить.

•••••••••••••••••••
I want to keep faith, but you're making it harder
(But it's killing me to love you)
I’m reaching out now but you're pulling me under
(But it's killing me to love you)
I give you my heart just to watch you waste it
(But it's killing me to love you)
And I can't let go when you still need saving

+1

2

Клэри снились не только кошмары, но и другие сны, больше напоминающие навязчивые, но такие яркие идеи. Сама она опасалась называть их вещими снами, но и иногда казалось, что это в самом деле так, будто бы кто-то посылал ей то ли видения, то ли подсказки для решения сложной на первый взгляд задачи. Прошло чуть больше четырёх месяцев с тех пор, как Джослин пропала, но рыжеволосая не теряла надежды найти её. Какая-то невидимая сила до сих пор заставляла Клариссу верить в то, что мама жива и однажды обязательно вернётся, ведь она так скучала по ней. Не привыкшая расставаться с матерью надолго, Фрэй в глубине души очень страдала от того, что не знает, ни где Джослин, ни всё ли с ней хорошо, но самое главное, как долго они ещё будут в разлуке? Конклав, не смотря на все заверения в обратном, вряд ли искал Фэйрчайлд с должным рвением, предпочтя сосредоточить силы на более важных и насущных вещах: Клэри их не винила. Злилась, конечно, но всё же понимала, что жизнь одного человека ничто в сравнении с тем, что поставлено на кон. Стоило Валентину завладеть Чашей, как то и дело слышались разговоры о том, что они на пороге войны, чью природу до конца не понимали даже те, кто знал Моргенштерна ещё в молодости. По прошествии 20 лет силы и вдохновение не покинули его, однако методы у их отца стали жестче, беспринципнее: он был готов наводнить этот мир демонами, убивая невинных людей на своём пути, если бы только это помогло осуществить задуманное. Им нужна была Джослин, ей была нужна Джослин... Рыжеволосая предпочитала не думать о том, что её брат скорее ненавидит мать, нежели питает к ней хотя бы маленькую толику любви и уважения, - и Клэри понимала и это. У Джейса были свои счёты с Джослин, и лишний раз Фрэй предпочитала не заводить старую песню о важности семьи и родственных чувств, в конце концов у брата было право злиться на их мать. Но сегодняшняя ночь перевернула всё с ног на голову. Вернее не ночь, а предрассветные часы, когда рыжеволосая вернулась из спальни Уэйланда и случайно заснула, хотя вовсе не собиралась больше спать, а подумывала отправиться на тренировку.
Проснувшись в крайне возбуждённом состоянии, девушка схватила с прикроватной тумбы блокнот и карандаш, наспех зарисовывая то, что только что видела во сне. Там была поляна или, скорее роща, рядом с которой высилось красивое, величественное здание, даже скорее особняк, служивший кому-то домом. Родовым поместьем, если хотите. Неподалёку было то ли озеро, то ли река, и словно зеркальное отражение в их водах, взору Клариссы предстала руна. Линии на альбомном листе вышли рваные, неровные, местами больше напоминая штрихи, но для Клэри подобной зарисовки было достаточно, чтобы удержать в памяти всё то, что ей приснилось. Впрочем, ей пришлось задержаться, чтобы добавить рисунку больше ясности и чёткости: ведь изображение должно быть понятно не только ей…
Она вскочила с кровати, наспех влезая в короткие джинсовые шорты, натягивая чёрную, обтягивающую майку и застёгивая сверху толстовку. Не было времени, чтобы причесываться, поэтому Клэри запустила в копну рыжих волос пальцы, наспех расправляя мягкие, но спутавшиеся после сна, локоны - иногда творческая небрежность выглядела очень даже ничего. А вот умыться всё же надо было: несколько раз плеснув себе в лицо холодной воды, Фрэй поморщилась и метнулась к тумбочке, чтобы вырвать из альбома листок бумаги. В кеды она влезала на ходу, прыгая на одной ноге к двери и завязывая шнурки. Если бы кто-то пару месяцев назад сказал ей, что подобный трюк будет даваться ей столь легко и непринуждённо, она бы посмеялась, оценив остроумность шутки. Но каждодневные тренировки, усиленные рунами силы, скорости, ловкости, выносливости и некоторых других, делали своё дело на «отлично» - у нефилима даже дыхание не сбилось.
Кларисса уже бежала по коридору, нервно крутя в руках стило, даже не взглянув на часы. Если старший брат не проснулся, это не её проблемы.
В комнату Уэйланда, девушка буквально влетела, по инерции тихо прикрывая дверь и поворачивая в замке ключ. Привычка, выработанная событиями последних дней в столь короткие сроки. А кто-то говорил, что для подобного требуется по меньшей мере 21 день. Ерунда!
— Джейс! Джейс! - возбуждённо воскликнула рыжеволосая, подскакивая к брату и протягивая ему листок бумаги с её набросками. Она знала, что это Идрис, но не была уверена в том, что это за место. В книгах, что ей показывал Ходж, подобных домов там был не один: особняки в пригороде Аликанте имели многие богатые, влиятельные семьи Сумеречных охотников, но какой именно приснился ей, Клэри не знала. Но шестое чувство подсказывало, что охотник обязательно узнает, кому принадлежал этот дом. Возможно, это поместье Фэйрчайлдов? Или Лайтвудов? Или Пенхаллоу? Ведь Джейс жил в Идрисе до 10 лет, он не мог не знать.
— Мы должны отправиться туда! Немедленно! - взволнованно продолжала Клэри, покачиваясь с мысков на пятки, не в силах стоять неподвижно. Ей нужно было что-то делать, причем желательно следуя тому маршруту, который был показан ей во сне. Она не задумывалась о том, кто насылал ей эти видения, и не было ли это ловушкой, но какая разница? В этом видении не просто был намеченный путь, но и помощь в виде руны, и Фрэй была почти уверена в том, что эта руна поможет им добраться до пригорода Аликанте чрезвычайно быстро.
— Ты ведь знаешь, что это за место? Правда? Правда? - с надеждой отозвалась Кларисса, начав нервно мерить шагами комнату брата, всё так же нетерпеливо вертя в руках стило, которое будто бы само по себе рвалось в бой.

+1

3

Существует такое понятие, как предчувствие. Джейс не очень в него верил, во всяком случае, в отношении себя. Говорят, некоторые маги в действительности могут чувствовать грядущие события, в той или иной степени представляя масштабы бедствия, видя его метафоричные очертания в своих снах. Уэйланд ощущал нечто совсем иное, больше смахивающее на плохое настроение, которое и порождало смутное чувство, что любое начинание сегодня не то, чтобы обречено на провал, но вероятность крайне велика.
Так что, когда Клэри словно ураган ворвалась к нему в комнату, светловолосый уже не предвкушал ничего хорошего. Сестра же, напротив, выглядела крайне воодушевленной. Ее глаза блестели, на щеках пылал легкий румянец. Должно быть, от возбуждения, как будто ей ужасно хочется ему что-то рассказать. Как только дверь была заперта, Фрэй тут же заговорила, наспех протягивая ему листок бумаги, видимо, и послуживший причиной ее крайне возбужденного состояния. Джейс осторожно взял его, пытаясь скрыть далеко несвойственное ему отсутствие должного энтузиазма, почему-то предчувствуя, что ничем хорошим это не обернется.
Так, подожди, зачем нам нужно туда отправиться? – нахмурившись, медленно переспросил охотник, разворачивая согнутый пополам листок. Разумеется, ему были знакомы эти пейзажи, даже слишком. Несмотря на то, что рисунок был выполнен в карандаше, в его воображении тут же возникла изумрудная зелень деревьев, яркий краешек голубого неба, спокойная, зеркальная гладь озера Лин… Это был Идрис – место, где он родился. Более того, на рисунке был его дом, родовое поместье Уэйландов, которое Валентин когда-то так удобно присвоил себе.
Конечно, мне знакомо это место, - поднимая глаза на Клариссу, наконец, ответил охотник. Кажется, его молчание заняло чуть больше времени, чем ему показалось на первый взгляд. — Это поместье Уэйландов. Я там вырос, - могло показаться, что Джейс говорит о каких-то совершенно будничных вещах, его голос даже не дрогнул. Ничто не выдавало в нем, что речь шла о едва не самых тяжелых и болезненных воспоминаниях. Точнее, они таковыми не были, но в свете раскрывшейся лжи, их родства и прочих сопутствующих факторов, вспоминать «счастливое» детство было непросто. Клэри вряд ли бы назвала его таковым, но ее брат никогда не жаловался на воспитательные методы Валентина, не считая, что тот был ему плохим отцом. По факту, все оказалось именно так, но в те годы Джейс, правда, считал себя счастливым, воспринимая любое наказание или лишение как нечто, что он непременно заслужил.
Откуда ты знаешь это место? И как мы сможем туда отправиться? Ты хочешь попросить, Магнуса нам помочь? – не разделяя энтузиазма рыжеволосой, тут же начал сыпать вопросами охотник. Его участие в этом деле было само собой разумеющимся, но помимо желания необходимы еще и возможности, и что-то подсказывало Джейсу, что Магнус Бэйн будет не очень-то счастлив в очередной раз помогать Сумеречным охотникам по первому зову. Конечно, всегда можно подключить Алека в качестве «секретного оружия», но даже если ему идея все бросить и сломя голову отправиться в Идрис кажется не совсем разумной, то что и говорить о Лайтвуде.
Почему вообще такая спешка? – пожалуй, это был последний, но далеко не менее значимый вопрос в череде наиболее важных и требующих ответа. Джейс знал, что Клэри не из тех, кто захочет ввязаться в подобную авантюру, не имея веских на то причин, но что могло натолкнуть ее на такие мысли.? Еще вчера и речи не шло об Идрисе, а сегодня она является с этим рисунком, полная энергии, сил, а главное, решимости, отправиться туда как можно скорее.

+1

4

Когда Клэри прибежала в комнату к брату, она и подумать не могла о том, что это повлечёт за собой в последствие. Пока, конечно, она не догадывалась о том, какие приключения им подарит сегодняшний день, но стоило Джейсу взять рисунок и бегло взглянуть на него, а после поменяться в лице, как Кларисса почувствовала себя неуютно. Впору бы задуматься, почему ей приснилось именно поместье Уэйландов, где вырос брат, но эта мысль потерялась где-то по пути. Сейчас Клариссу больше волновало то, как молодой человек поменялся в лице, пытаясь выглядеть невозмутимым, стараясь скрыть то, что наверняка волей-неволей всколыхнул в сознании этот рисунок. Возможно, охотник думал, что в самом деле выглядит невозмутимым, а, значит, Клэри ничего не заметит, но она же видела...
Рыжеволосая решительно шагнула к Уэйланду, оказываясь к нему почти вплотную и нежно касаясь раскрытой ладонью его щеки.
— Эй, всё в порядке? Я не знала... Не хотела, чтобы... - чтобы, что, Клэри? Девушка осознанно избегала разговоров о детстве Джейса, в которых так или иначе фигурировали воспитательные меры Валентина, о которых брат отзывался со странной тоской и даже нежностью. У Клариссы это не укладывалось в голове. Она никак не могла понять, как охотник считал своё детство счастливым, а Валентина - хорошим отцом с учётом того, что он делал с ним? Чего стоили шрамы на груди, которые удалось исцелить Клэри... Или история про сокола. И тем не менее воспоминания о доме, в котором молодой человек провёл десять лет, потревожили в сознании Джейса что-то очень важное, дорогое, хрупкое и такое болезненное. Фрэй уже прокляла свои чёртовы сны и обругала себя же за то, что слишком часто действовала, поддаваясь порыву и не думая о последствиях, совсем, как сейчас. Прибежала сюда вся такая воодушевлённая и радостная, имея план, только вот совсем не подумала о том, какого будет Джейсу участвовать в этой авантюре?
Тонкие пальцы нежно оглаживали щёку Уэйланда, а сама Клэри с беспокойством заглядывала в янтарные глаза. Может, стоило всё отменить? Не отправляться в Идрис? Не следовать за своим сном? Но внутри что-то не давало покоя, и противный Внутренний Голос будто бы нарочно твердил, что отступать нельзя - Фрэй должна была сделать то, что задумала и, возможно, найти ответы на свои вопросы.
— Я и не знаю это место, я же никогда не была в Идрисе, - мягко отозвалась Кларисса, не спеша убирать руку с лица брата. — Оно мне приснилось, когда я задремала утром, вернувшись в свою комнату, - смущенно продолжала рыжеволосая. Но пропущенная тренировка того стоила, верно? — Это сложно объяснить, но в поместье мы, возможно, найдём то, что искали. Сон был странным, но я чувствую это. Возможно, там будет что-то, что поможет нам найти маму? - девушке было сложно скрыть надежду, прозвучавшую в голосе, и пусть Джейс не разделял её любви к Джослин, он же понимал, насколько она важна для его сестры. — Магнуса? Нет, - Клэри рассмеялась, чувствуя себя донельзя довольной от того, что собиралась сейчас сделать.
— Есть кое-что получше, - всё же пришлось прервать их телесный контакт и отступить на пару шагов назад. Фрэй крутанулась на пятках, осматриваясь по сторонам и словно выбирая более подходящее место. О, перед шкафом как раз должно неплохо получиться.
Нефилим наставила стило на некую произвольную точку в воздухе и принялась рисовать новую руну. Стило вспыхнуло ярким светом, будто бы она рисовала им по коже, а до поверхности шкафа было ещё добрых тридцать сантиметров, поэтому витиеватая руна расцветала прямо в воздухе, а через пару секунд на её месте стала образовываться воронка. В комнате неожиданно стало теплее, но вместе с тем из воронки в помещение проник порыв ветра - должно быть, из Идриса. Ещё несколько мгновений, пока портал формировался и набирал силу прежде, чем всё стихло. Посреди комнаты Джейса красовался широкий, больше напоминающий дверной проём, портал. Через него, как сквозь зеркало, была видна и роща, и подъездная аллея к дому Уэйландов, изображённому на рисунке Клэри. Сон, позволил ей визуализировать место настолько чётко, что они оказались максимально близко к центральному входу.
Кларисса хлопнула в ладоши, не в силах скрыть свою радость. — И правда получилось! - она обернулась на опешившего Джейса, так и замеревшего на месте, и улыбнулась. — Кажется, я только что научилась создавать порталы, - рыжеволосая протянула руку брату. — Идём, я не знаю, через сколько он закроется, - и молодые люди шагнули в портал.

+1

5

Конечно, Клэри не могла даже отдаленно предугадать, что может быть изображено на том рисунке. Джейс уже представлял себе, как она, очнувшись от тревожного сна, тут же потянулась за карандашом, желая запечатлеть полученное видение на листке бумаге, не упустив и не забыв ни единой важной детали, которая случайно могла оказаться той самой, решающей. Откуда она могла знать, что рисует угловатые очертания особняка Уэйландов, а эти пышные кроны – деревья в его саду? Сейчас она чувствовала себя виноватой, хотя и не должна была, в чем ей себя винить? Да и сам Джейс ни в чем ее не винил, напротив, пытаясь скрыть, как непросто ему было взглянуть на некогда знакомый пейзаж, только Фрэй знала его куда лучше, чем он мог себе представить. Была ли тому виной их кровная связь, чувства, или было достаточно лишь одной, духовной, он не знал. Верно было лишь то, что Клэри без лишних слов всегда чувствовала, что на самом деле творится у него на душе, каким бы равнодушным ни был его голос, или взгляд янтарных глаз. Словно в подтверждение его мыслей, рыжеволосая сделала шаг навстречу, ласково касаясь ладошкой щеки нефилима. Внутри что-то болезненно сжалось, и тугой узел в груди заныл чуть сильнее – как ни странно, куда проще быть сильным в одиночку. Когда кто-то начинает тебя жалеть, хочется позволить себя дать слабину, поделиться тем, что на сердце, но Джейс к этому не привык. Где-то в глубине души он знал, что на самом деле это – вовсе не жалость. Его сестра просто хотела в очередной раз дать ему почувствовать, что она рядом, вот и все.
Ты никогда не задумывалась, кто может насылать эти сны? – тяжело вздохнув, с беспокойство спросил охотник. В самом деле, несмотря на все защитные руны, которые нефилимам наносят после рождения, есть и такие могущественные демоны, которые могут обойти и этот барьер, вторгаясь в сознание, когда человек наиболее уязвим, иными словами, во сне. Может быть, это ловушка? К сожалению, даже не произнеся все эти доводы вслух, Уэйланд уже знал, что Клэри продолжит стоять на своем. Что бы их ни ожидало впереди, вопрос был лишь в одном: либо они отправятся туда вместе, либо она пойдет туда одна. На худой конец, с Саймоном, но для Джейса оба последних варианта звучали одинаково ужасно.
Тем временем, рыжеволосая продолжила свою мысль, добавив, что путешествие в Идрис, возможно, сможет помочь найти им что-то, что поспособствует поискам Джослин. Эти слова буквально прошлись ножом по сердцу. Клэри наверняка понимала, что ее брат не горит желанием искать пропавшую мать, ведь она не значит для него столько, сколько Джослин значит для нее, но дело было не в этом. Уэйланд не просто не был заинтересован в ее поисках – он не хотел ее найти. Более того, где-то в глубине души он надеялся, что этого никогда не произойдет, прекрасно зная, что стоит их матери появиться на горизонте – Клэри исчезнет из его жизни. Не просто так она бросила не только Валентина, но и его, видимо, даже в годовалом ребенке разглядев куда больше общего между отцом и сыном, чем она надеялась, желая оградить от пагубного влияния хотя бы младшую дочь. Джейс ненавидел себя за эти мысли, но если действия можно контролировать, то желания – это непонятная, не поддающаяся объяснению материя, которой невозможно управлять. Во всяком случае, ему это умение пока что не под силу.
Я знаю, для тебя это важно, - тихо добавил молодой человек, не в силах даже попытаться сделать вид, что и ему важно найти хоть одну маленькую зацепку, которая приведет их к матери. Раз Клэри это было важно, то этого уже достаточно, чтобы дать этой авантюре хотя бы один шанс, даже несмотря на странное, назойливое предчувствие, по-прежнему не покидающее Джейса.
Он мог вообразить все, что угодно, вплоть до обращения к какому-нибудь другому магу, с которым Кларисса по какой-то счастливой случайности оказалась знакома, но руна, с помощью которой можно создать портал? Уэйланд с недоумением уставился на сестру, принявшуюся старательно выводить прямо в воздухе странные, незнакомые ему линии. Разумеется, подобной руны не могло существовать в Серой книге, ведь нефилимам ранее было не под силу создавать порталы, поэтому и приходилось вечно прибегать к помощи магов. До этого момента. Он уже знал об уникальном таланте Фрэй, но всякий раз, когда появлялась возможность дать ему волю, проявить себя, Джейс терял дар речи, не в силах отвести от сестры восхищенный взгляд. Руны вспыхнули, словно тая в воздухе, образуя нечто вроде своеобразной воронки, стремительно разрастающейся в размерах. Кажется, Уэйланд даже почувствовал легкое дуновенье ветра и запах свежей листвы… Небо было таким же ярким и чистым, как он помнил, совсем не таким, как здесь, в Нью-Йорке. Еще один шаг, и они окажутся в его прошлом. Слабо улыбнувшись Клэри, светловолосый крепко сжал ее руку, делая решительный шаг вперед.
Путешествия посредством портала были не самыми приятными, а состояние после них до тошнотворного (в прямом смысле слова) напоминало тот миг, когда вот-вот потеряешь сознание. Как ни странно, воронка «выплюнула» их не в сад, а прямо в одно из помещений особняка. Джейс ощутил это сразу, почувствовав затхлый запах старой мебели и пыли. Он стукнулся об пол, успев защитить руками лицо, и в целом не пострадав. Впереди возвышался накрытый белым полотном рояль, а чуть поодаль слышались тяжелые вздохи Клэри. Уэйланд тут же вскочил на ноги, подбегая к распростертой на полу сестре.
Ты в порядке? Не ушиблась? – обеспокоенно произнес он, протягивая руку и помогая ей подняться на ноги.
Комната по-прежнему была богато меблирована, на полу лежал все тот же персидский ковер, который нефилим помнил с раннего детства. Почти ничего не изменилось, за исключением толстого слоя пыли и белых простыней, окутавших большую часть предметов мебели.
Мы в кабинете отца… В кабинете Валентина. Здесь также холодно, как и раньше, - оглядываясь по сторонам, отметил Уэйланд.  — Как давно я здесь не был… - нырнув рукой в карман и выуживая ведьмин огонь, выдохнул охотник.

+1

6

На самом деле Клэри попросту старалась не задумываться, кто насылает ей сны. Пока что всё, что так или иначе приходило с ней во сне или кошмаре, помогало, а не наоборот. Если пускаться в долгие и пространные рассуждения, можно было бы дойти до того, что это всего-навсего чей-то хитроумный план с целью усыпить её бдительность, заслужить её доверие. Но кто бы не был этот таинственный или таинственная, посылающий ей видения, вряд ли бы он стал облегчать ей задачу, даря ей вот уже вторую новую руну, которых не было в Серой книге. Беспокойство старшего брата было вполне обоснованно, но рыжеволосая не хотела думать об этом сейчас, когда она была полна решимости воплотить задуманное в жизнь и отправиться на поиски чего-то или кого-то, что в перспективе могут ей помочь решить, казалось бы, неразрешимые задачи.
— Я не знаю, кто бы это мог быть, но вряд ли он враг? Стал бы он показывать мне во сне руны? - Фрэй было сложно представить Высшего демона или вроде того, который придумал бы столь хитрый план манипуляции, да и откуда демону могли быть известные новые руны, которые изначально были сотворены ангелами? Конечно, если только предположить, что демон мог бы быть падшим ангелом в прошлом, тогда... Так, стоп. Клэри на мгновение прикрыла глаза, приказывая себе не развивать данную мысль. Она должна сосредоточиться на другом, и поддаваться панике сейчас, по меньшей мере, было бы глупо. Рыжеволосая не могла толком объяснить, почему происходящее казалось ей таким важным, ведь ей и раньше снились подобные сны, которые настойчиво призывали ей к каким-то действия или не менее настойчиво пытались ей что-то показать или сказать. Что изменилось в этот раз? Кларисса не знала, и в отличие от старшего брата она не могла сидеть на месте, ей хотелось двигаться вперёд, что-то делать. Отсутствие энтузиазма у Джейса Клэри списала на то, что воспоминания о доме, в котором он прожил десять лет, всё ещё причиняют боль. Девушка не знала, стоит ли вдаваться в подробности, расспрашивать - тема была очень деликатной и острой, и порой нефилим не знала, как себя вести в такие моменты. Как бы Уэйланд не храбрился и не пытался выглядеть безразличным, если бы он захотел поговорить об этом, он бы ей сказал об этом, не так ли?
— Так или иначе, но мы должны проверить гипотезу, - с улыбкой продолжала Кларисса, сомневаясь, что подобные заверения смогут успокоить брата. Всё-таки среди них двоих он был более рассудительным в то время, как сама рыжеволосая была готова броситься вперёд, очертя голову, и совсем не задумываясь о последствиях. И пусть Джейс частенько поступал так же, но не сегодня.
— Спасибо, - так же тихо, как и охотник, проговорила девушка. Она бы не хотела отправляться в Идрис одна или тревожить Саймона, и ей было важно, что бы молодой человек отправился вместе с ней. Конечно, она бы из принципа могла бы сделать это одна, если бы Джейс вдруг решил заупрямиться, но так или иначе она была очень благодарна ему, что он поддержал её, пусть и расставил столь явные акценты, особо подчеркнув, что именно ей, Клэри, важно было найти Джослин. Нефилим вздохнула: их семейная история порой поражала воображение. Было сложно винить охотника в том, что он не любил их мать, но как же порой хотелось, чтобы это было не так!..
Фрэй буквально выплюнуло на ковёр, что она успела выставить вперёд лишь одну руку, смягчая падение. В результате она стукнулась коленом, локтем другой руки, щекой и подбородком. От удара, пусть и не очень сильного, голова слегка загудела, даже завибрировала, а внутренности всё так же неприятно крутило. Клэри мутило - её опыт путешествий через порталы ограничивался лишь парой попыток под руку с Магнусом Бэйном, но тогда всё как будто бы протекало иначе, легче. Кларисса ухватилась за протянутую к ней руку Джейса, поднимаясь на ноги и потирая ушибленные части тела. Интересно, почему портал перенёс их сразу в дом? Должно быть, нефилим в последний момент подумала о другой части своего видения - там она в самом деле была внутри дома, а не на подъездной дорожке. А ведь она так упорно визуализировала именно сад и парадный вход! Впрочем, сейчас это уже не имело значения, главное, что они прибыли на место.
Рыжеволосая огляделась по сторонам, следуя примеру старшего брата. Слова о том, что они находились в кабинете отца, больно резанули слух, и Клэри инстинктивно дёрнулась вбок, будто бы ей стало неприятно. Дом был обставлен очень дорого, со вкусом. Чего у Валентина было не отнять, так это чувство стиля. Даже за накрытыми белыми простынями угадывались изящные очертания резной мебели и других предметов интерьера. Кларисса заприметила и рояль, с любопытством рассматривая музыкальный инструмент. Она медленно перевела взгляд на Джейса, затем на его руки, а после снова на рояль.
— Ты играешь? - неожиданно спросила Фрэй, но почему-то ей стало так просто представлять брата, сидящего за роялем, и задумчиво глядящего прямо перед собой, но никак не в ноты. Она видела, как его пальцы порхают по клавишам, почти любовно касаясь лакированной поверхности. Учитывая пристрастия Моргенштерна, помимо военного образования, иностранных языков и прочих премудростей, он вполне мог обучить сына игре на рояле. Это было бы так на него похоже.
Девушка взяла охотника за руку, накрывая её сверху и второй ладонью, будто бы заключая в кольцо. Она не знала, что ищет, и можно было бы начать осматривать всё подряд, но Клэри чувствовала себя странно, оказавшись в доме, в котором вырос Джейс. Она словно оцепенела, боясь потревожить что-то очень ценное или сделать лишнее, сделать неверный шаг. Уэйланд не выглядел расстроенным, но Фрэй чувствовала его смятение. Ведьмин огонь, зажатый в руке молодого человека, ярко мерцал, освещая помещение.
— Я... Я не знаю, с чего начать, - неуверенно начала Кларисса, крепче хватаясь за ладонь старшего брата.
— Как думаешь? - почему-то ей показалось, что будет лучше предоставить выбор ему.

+1

7

Джейс уже начинал забывать, каким огромным был этот дом. Признаться, было больно видеть его в таком запустении. Конечно, особняк всегда казался слишком большим для Валентина и его сына – половиной комнат они даже не пользовались, и все же дом выглядел куда более обжитым, пускай, и лишенным настоящего уюта. Получается, Валентин врал и тогда, когда звал нефилима с собой, предлагая вернуться в их родной дом, где, по его словам, жил потом долгое время и он сам. Может, Моргенштерн и бывал здесь после своей инсценированной смерти, но не более того.
Да, Валентин считал, что музыкальное образование важно для общего развития, - пожал плечами Уэйланд, бросив взгляд на затянутый в холщовый чехол рояль. Если сначала игра на музыкальном инструменте была чем-то вроде повинности, то со временем ему даже понравилось. Джейс и сейчас иногда играл на фортепиано, когда пытался выкинуть определенные мысли из головы или, напротив, предаться меланхоличным размышлениям. Он не любил, когда кто-то наблюдал за его игрой, и обычно этого права удостаивался разве что Алек. — Я и сейчас играю, но очень редко, - признался охотник. Наверняка Клэри захотела бы послушать, но он не был уверен, что готов показать ей эту часть себя. В музыке так или иначе обнажаешь свою душу, если вкладываешь ее, касаясь черно-белых клавиш, не играя заученное произведение по нотной тетради. Тогда музыка идет от сердца. Его сестра должна понимать это необъяснимое чувство уязвимости, которое порождает в людях искусство – ей же тоже не понравилось, когда он без спроса взял ее тетрадь с набросками, насмешливо ища в них себя. Со временем он бы даже хотел что-то для нее сыграть, но пока был явно к этому не готов.
С чего начать? – эхом переспросил молодой человек, словно встрепенувшись. — Можем пойти в библиотеку, Валентин хранил там в том числе и редкие книги, какие-то документы, вдруг найдем что-нибудь важное… - предложил Джейс, хотя ему самому библиотека не казалась местом, где можно спрятать что-то по-настоящему ценное. Вернее, где их отец стал бы прятать что-то по-настоящему ценное. С другой стороны, они даже не знали, что ищут, и что теоретически может помочь им в поисках Джослин, так что большой разницы, с чего они начнут осматривать дом, не было.
С минуту помедлив, Уэйланд направился в коридор, уверенный, что сестра последует за ним. На стенах, как он и помнил, висели зеркала и картины – многие из них покрылись паутиной, а зеркальная поверхность помутнела, напоминая водную гладь заболоченного пруда. Охотник посмотрел украдкой на свое отражение – старая привычка, хотя сейчас ему было абсолютно все равно, как он выглядит. К слову об этом, его волосы на удивление не потеряли прежний вид, чего не скажешь о Клариссе – рыжие локоны чуть спутались, небрежно обрамляя ее бледное личико, а одежда выглядела несколько помятой. Джейс ухмыльнулся своему отражению, но улыбка быстра сошла с его губ. Они прошли мимо дверного проема, а затем и еще одного – когда-то здесь были жилые комнаты, сейчас напоминая обитель призраков. Повсюду белые простыни, воздух пропитался сыростью и плесенью. Даже и не скажешь, что здесь вообще когда-то кто-то жил за последние двадцать лет.
Библиотека представляла собой большую, просторную комнату, далеко не такую роскошную и поражающую своими размерами, как библиотека в Институте. Повсюду стояли этажерки с книгами, у входа стоял письменный стол, тут и там можно было заметить несколько лестниц на роликах, чтобы доставать книги с самых верхних полок.
Здесь я читал все те книги, что говорил отец, - кивнув в сторону кресла у окна, вспомнил Джейс. — Каждый день был посвящен своему предмету. Не могу вспомнить, правда, какой день отводился латыни, но его я не любил больше всего на неделе, - светловолосый нахмурился, словно его старое расписание было действительно чем-то важным и значимым. Он отчетливо помнил, как по субботам учил французский, а по воскресеньям – английский, для Валентина не существовало выходных, да и свободное время было понятием относительным.
Отец разрешал мне читать только те книги, которые сам считал «пригодными для образования», к остальным мне нельзя было даже прикасаться, - медленно пересчитывая указательным пальцем пыльные корешки книг на одной из полок, задумчиво вспоминал нефилим. — Но мне всегда так хотелось. Хотя бы взглянуть… Однажды я ослушался его. Мне было шесть, кажется. Книга оказалась его дневником обо мне. Конечно, мне досталось, - Джейс инстинктивно потянулся к плечу, по которому когда-то прошелся ремень Валентина, оставив небольшой, ровный шрам, который в последствие исцелило усиленное иратце Клэри. — Но зато я узнал свое второе имя, - Уэйланд говорил так, словно и не видел в поведении их отца ничего предосудительного. В целом, так и было. Он и правда искренне верил, что заслужил наказание, ведь он ослушался его слов, разве могло быть иначе? — «Джонатан Кристофер» - это все что, я успел прочитать, - хмуро хмыкнул охотник.

+1

8

Сколько ещё раз за сегодня Клэри успеет пожалеть о том, что втянула брата в эту авантюру? Пребывание в этом доме явно причиняло ему боль, и если бы не упрямый характер Джейса, который ни за что не отпустил бы её одну, да желание найти маму или что-то, что может в этом помочь, Фрэй бы отправилась сюда без него. Но что сделано, то сделано - они уже были здесь, неспешно ступая по опустевшему дому Уэйландов, который Валентин однажды присвоил себе. Рыжеволосая оглядывалась по сторонам в надежде найти хоть что-то теплое и нежное во внешнем убранстве дома, что в самом деле могло бы помочь назвать его домом - домом, где вырос её брат, в котором он провёл первые десять лет своей жизни. Но как бы Кларисса не старалась, она ничего не могла разглядеть: под толстым слоем пыли, плесени и белыми полотнами простыней царили холод и запустение. Но даже если бы здесь было чисто и прибрано - Клэри без труда могла это представить благодаря живому воображению и яркой фантазии - всё равно чего-то не хватало. Например, женского вмешательства, чьих-то заботливых, нежных рук, которые каждые выходные вымешивают тесто для французских булочек с корицей, наполняя дом ароматами свежей выпечки. В горле встал ком: было невыносимо трудно думать о том, как Джейс жил здесь в детстве, без матери и единственным человеком, который проявлял к нему заботу и любовь, если это вообще так можно назвать, был Моргенштерн... Впрочем, если Клэри было обидно и больно за старшего брата, то он несмотря ни на что считал воспоминания давно минувших дней хорошими, пусть и относительно. Фрэй прикрыла глаза, пытаясь сглотнуть неприятный комок в горле и призывая себя не ввязываться в дискуссии о воспитательных мерах их отца. Сейчас не время и не место, да и морально к этому она была не готова, хотя очень хотелось.
Уэйланд заговорил об игре на фортепиано, и девушка с готовностью переключила свои мысли на данную тему, с интересом слушая, что ей говорит молодой человек. Ей бы и в самом деле было интересно послушать, как играет Джейс, но что-то в словах брата, в его жестах, подсказывало ей, что он не готов делиться с ней чем-то настолько сокровенным и личным. Эта мысль неприятно кольнула где-то в области сердца, но Клэри постаралась отвлечься и от неё: возможно, когда-нибудь охотник захочет с ней поделиться и этой частью своей жизни, а до тех пор она не имела права на это обижаться. Наверное....
— Я бы хотела услышать, как ты играешь... Когда-нибудь, - осторожно проговорила рыжеволосая, не в силах оставить слова Джейса без ответа. Она его ни к чему не призывала, ни о чём не просила, лишь выражала надежду на то, что однажды это случится, когда он захочет и будет готов к этому. Она понимала это чувство: она тоже не любила делиться своими рисунками, но в большинстве своём не потому, что она не хотела что-то показывать, а потому что посыл был не тот. В последствие же она не раз и не два рисовала в присутствии Джейса, задумчиво погружаясь в свой мир, легко водя карандашом по листу. Наверное, это и есть доверие? Когда не боишься показаться уязвимым в своих слабостях и пристрастиях?
— Можем начать и с библиотеки, - согласилась Фрэй, направляясь вслед за братом. Она не стремилась поравняться с ним, отставая примерно на два шага, будто бы не хотела мешать. Ностальгия всегда было опасным чувством, в котором лучше было не задерживаться, но они ведь только пришли, и Клэри чувствовала, что Джейс, как будто бы отдаляется от неё, отстраняется, предаваясь воспоминаниям о былой жизни. Стоило ли его тревожить? Как бы её это не пугало, её по-прежнему страшила мысль, что она может помешать чему-то важному, чему-то, что должно было случиться. Возможно, охотнику нужно было ещё немного времени, чтобы просто попрощаться с этим местом, со своей прошлой жизнью, с собой прежним?
Когда они вошли в библиотеку, Кларисса огляделась по сторонам: собрание книг было хоть и в разы меньше, чем в Институте, а всё же поражало воображение. Моргенштерн ценил образование и знания, которые можно было почерпнуть из той или иной книги, что и говорить, если у его сына на прикроватной тумбочке всегда лежало несколько книг классической литературы, которые он с интересом читал перед сном?
Нефилим внимательно слушала Джейса. От неё не могло не укрыться, как он инстинктивно коснулся плеча, на котором, как она прекрасно помнила, когда-то был шрам. Приступ ненависти к отцу налетел на рыжеволосую, как порыв ветра.
— Ну сейчас-то Валентина в доме нет, - и прежде чем Джейс успел что-либо сказать, Клэри схватила с одной из полок книгу и швырнула её на пол. Затем ещё одну и ещё, поднимая облако пыли, от которого ужасно захотелось чихнуть.
— Не будь занудой, присоединяйся! Это весело! - и будто бы в подтверждение своих слов, Фрэй взяла ещё одну книгу с полки и с особым усердием бросила её на пол.

+1

9

Да, когда-нибудь… - туманно пообещал Джейс. Он и сам не знал, когда наступит это «когда-нибудь», и наступит ли вообще. Казалось бы, что такого было в игре на фортепиано? Однако решиться продемонстрировать эту сторону своей натуры было куда сложнее, чем казалось на первый взгляд, не говоря о том, что их жизнь по-прежнему напоминала американские горки. У них почти не оставалось времени, чтобы остановиться и отдышаться, посвящая себя нормальным, человеческим вещам: прогулкам по вечерам, просмотру каких-нибудь глупых фильмов, чем так любят заниматься примитивные, какая там игра на фортепиано. Так что, «может быть когда-нибудь», более точного ответа пока не существовало.
Что ты делаешь? – встрепенулся Уэйланд, услышав резкий грохот. Клэри смахнула книги с полки, видимо, пытаясь помочь брату почувствовать некогда долгожданную свободу. А он еще подумал, к чему она сказала, что Валентина здесь нет, так вот к чему. Да, они вольны делать здесь все, что захотят, но в первые мгновения нефилим все равно не смог пошевелиться. Такие перспективы пусть и выглядели заманчиво, но по-прежнему казались чем-то неправильным, и что-то там, глубоко внутри отчаянно сопротивлялось старым запретам отца прикасаться к ценным фолиантам. Наверное, сложно позабыть то, чему тебя не просто учили, а к чему упорно приучали, не гнушаясь любыми методами. И все же, он уже не тот шестилетний мальчик, которому досталось ремнем за то, что он прикоснулся к запретной книге. Он должен переступить это, преодолеть и навсегда оставить в прошлом. Еще пару секунд Джейс колебался, так и застыв в нерешительности, но в какой-то миг уголки его губ дрогнули, рисуя едва заметную ухмылку. Потянувшись к полке, светловолосый смахнул оставшиеся книги, громко рассмеявшись, наконец, свободно и глубоко вздохнув. Это оказалось гораздо легче и приятнее, чем казалось на первый взгляд.
Вдалеке послышался скрежет. Уэйланд нахмурился, внимательно прислушиваясь: не показалось ли ему? Звук напоминал трение камней друг о друга, или бетонных плит – было сложно разобрать.
Слышишь этот звук? – тихо спросил охотник, в эту самую секунду осознав, что это был не скрежет, а скрип какого-то неведомого, древнего механизма, вмонтированного в саму стену. Джейс выставил руку вперед, заставляя Фрэй отступит на шаг как раз в тот самый миг, когда края стены начали плавно расходиться в стороны, открывая небольшой проход.
Я не помню здесь никакого проема, - с другой стороны, вряд ли Валентин стал бы говорить шестилетнему, да даже десятилетнему мальчишке обо всех секретах этого особняка. С чего бы? — Я бы попросил тебя остаться здесь, но это бесполезно, - выдохнул Уэйланд и, словно смирившись со своей судьбой и упрямством сестры, начал спускаться вниз. Лестница напоминала винтовую, стремительно сужаясь. Пара последних пролетов были настолько узкими, что двум людям здесь было бы просто не разойтись. Джейсу даже пришлось спускаться боком, невольно обтирая плечом влажные, покрытые плесенью стены.
Комната, ожидавшая их внизу, была на удивление большой. Запах плесени стал еще отчетливее, смешиваясь с затхлостью и пылью – ею было пропитано все вокруг. Под ногами что-то хрустнуло. То, что нефилим на первый взгляд принял за груду разномастных камней, оказалось костями. И вовсе не животными… Во всяком случае та кость, которая только что хрустнула под его ногой, до боли напоминала малую берцовую. Далее, по полу шел причудливый орнамент пентаграмм и каких-то оккультных символов, о значении которых Уэйланд лишь смутно догадывался, чувствуя слабые остатки исходившей от них темной магии. Она уже не могла быть опасной, но оставалось лишь догадываться, чем Валентин здесь занимался…
Валентин ставил эксперименты… - тихо напомнил он, поднимая над головой ведьмин огонь, освещая комнату. Три ее угла оказались пустыми, но в четвертом темнело что-то непонятное, почти бесформенное – старая ширма.

+1

10

От слов Джейса захотелось поёжиться: охотник казался таким отстранённым и холодным. Клэри не часто видела его таким, в основном он закрывался от неё подобным образом лишь в те моменты, когда ему было больно, и чаще всего причиной этому была она. Воспоминания о том периоде, когда Фрэй отчаянно отрицала любую возможность их отношений, не говоря уже о том, чтобы хранить всё втайне, больно кольнули в сердце. Чуть не потеряв брата тогда, пару недель назад, она отчаянно надеялась, что ей больше не придётся видеть его таким - потерянным, словно бы сбившимся с курса и не ведающим, что же дальше. Развивать данную тему было бессмысленно, да и девушка не собиралась, и всё же было обидно осознавать, что молодой человек не собирается пускать её в потаённые уголки своей души, показывая свои слабости и уязвимости. Казалось бы, она заслужила это, после всего, что между ними было, они были близки, как никогда, но, видимо, показалось... Кларисса сделала глубокий вдох, пытаясь прогнать из головы эти гнетущие слова «когда-нибудь», что было очень близко по смыслу к «скорее всего, никогда». У них ещё будет время поговорить об их взаимоотношениях, а сейчас они пришли сюда по делу.
Пока рыжеволосая предавалась бунтарским порывам в надежде заразить ими и старшего брата, облако пыли становилось всё больше. Клэри уже готова была расчихаться, как Джейс внезапно присоединился к их маленькой оказии и тоже начал сбрасывать на пол книги. Нефилим подняла на него глаза, с замиранием сердца любуясь неожиданной и такой задорно-ребяческой улыбкой, осветившей его пухлые губы. Он даже рассмеялся, от чего у Фрэй защемило сердце: видеть Уэйланда грустным было невыносимо трудно, даже больно.
— Звук? - переспросила рыжеволосая, не сразу осознав, что брат имеет ввиду. А потом она в самом деле услышала. Лишь когда охотник выставил вперёд руку, заставив её отступить на шаг назад, и перед ними открылся потайной ход, до Клариссы дошло, к чему относился этот звук. Ну ещё бы, она ведь всю жизнь жила в обычной бруклинской квартире и ни о каких тайных лазах не слышала!
По крайней мере молодой человек избавил их от препирательств, кто должен пойти вниз, а кто остаться, и стоило ему скрыться во тьме проёма, Клэри поспешила вслед за ним, держась как можно ближе к брату. Она едва касалась кончиками пальцев руки молодого человека, чтобы не поддаваться бессмысленной панике. Она вроде бы не боялась темноты, но в замкнутом и сыром пространстве волей-неволей хочется почувствовать, что ты не один.
За смачным хрустом, послышался ещё один - это уже рыжеволосая ступила на пол комнаты, едва не отскочив в сторону. После нескольких месяцев тренировок, встреч с демонами, вид костей - притом явно человеческих! - всё ещё вызывал ужас. Фрэй инстинктивно вцепилась в локоть брата, едва справившись с приступом дурноты. И дело было не только в костях: воздух в помещении был настолько затхлым, с примесью мха, плесени, сырости и чёрт знает чего ещё, что к горлу невольно подкатывало. Конечно, с запахом демонического ихора не сравнится, и тем не менее. Нефилим сделала глубокий вдох, затем ещё один, стараясь успокоить сердцебиение, но как будто бы стало только хуже.
— Даже знать не хочу, что это были за эксперименты, - тихо отозвалась Клэри. Ведьмин огонь, зажатый в руке Джейса, ярко осветил один из занятых, если так можно выразиться, углов. Девушка попыталась всмотреться внимательнее, но голову пронзила резкая вспышка боли.
— Ай! - инстинктивно Фрэй сжала пальцы сильнее, которыми по-прежнему обхватывала локоть брата, а в следующее мгновение, будто бы ведомая кем-то, оттолкнулась от молодого человека и устремилась вперёд.
Возможно, Уэйланд пытался окликнуть её, но она не слышала. Спрятанное за ширмой притягивало её, словно магнитом. Кларисса резко сдёрнула ширму, и в воздух поднялось огромное облако пыли. А когда оно немного уселась, и рыжеволосая, наконец, смогла разглядеть, что было перед ней, она в ужасе попятилась, спиной врезаясь в грудь Джейса.
То, что она видела, было трудно передать простыми словами. Поначалу Фрэй разглядела лишь фигуру человека, цепями прикованного к стене и полу. Человек бесформенной массой лежал на полу, частично накрытый то ли брезентом, то ли каким-то схожим материалом, и было трудно понять жив, ли он. Очередной приступ тошноты подступил к горлу. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что изможденное, почти мертвецки худое тело сплошь и рядом покрыто следами пыток.
Человек поднял на рыжеволосую глаза, и голову пронзила очередная вспышка боли, от которой Клэри чуть было не вскрикнула. В первое мгновение она прикрыла глаза, но когда открыла их, зрение будто бы стало острее и то, что минутой ранее она приняла за брезент или вроде того, оказалось крыльями. Они ослепляли своей белизной, словно светясь изнутри и наполняя эту грязную комнату почти божественным светом.
Перед ними был Ангел. Кажется.
Клэри хотела ещё попятиться, но было некуда - она по-прежнему вжималась спиной в грудь старшего брата, и в то же время не могла отвезти взгляд от измученного, распластавшегося на полу создания.
— Джейс... Ты видишь... Ты же говорил, что ангелов не осталось, и никто их не видел... - голос Фрэй дрожал, а в висках пульсировала боль. Такая знакомая и привычная, словно рыжеволосая только что проснулась от очередного кошмара или очень яркого сна.

+1

11

Что-то в этой брезентовой ширме неумолимо притягивало взгляд. Есть такие вещи, от которых непроизвольно хочется отвести глаза, но ты не можешь. Джейса необъяснимо тянуло вперед, хотелось протянуть руку и отодвинуть ширму, наконец, увидев, что скрывается позади нее. Немудрено, что его сестра испытывала схожие эмоции, но в отличие от него, подалась порыву сразу же и безотчетно, рванув вперед.
Клэри! – хрипловато окликнул рыжеволосую охотник, но она даже не обернулась. Словно и не слышала вовсе. Хотелось закричать «нет, постой», «не делай этого», но ему ли не знать, что и эти слова ее не остановят. Не помня себя, действуя, скорее инстинктивно, нежели по-настоящему осознанно, молодой человек порывисто выхватил клинок, одними губами прошептав имя Ангела. Тот бесшумно вспыхнул, озаряя ярким белым светом небольшое пространство вокруг них, захватывая и краешек ширмы, к которой приближалась Кларисса. Она резко дернула ткань на себя, поднимая огромное облако белесой пыли, заставляя на мгновенье зажмуриться, подавив естественный порыв чихнуть. Впрочем, стоило пыли немного осесть, Джейс забыл и об этом, даже забыл, как дышать. На первый взгляд могло показаться, что перед ним лежит, скрючившись, исхудавший, больной человек, накрытый брезентом. Во всяком случае, именно так выглядело эта непонятная ткань, но если внимательно приглядеться… Это были крылья. Обветшалые, покрытые пылью, растрепанные, но самые настоящие крылья. Если сложить картинку воедино, нетрудно догадаться, кто был перед ними, и все же Уэйланд не решался произнести это слово даже про себя. Ведь ангелов давно никто не видел, он и сам ставил под сомнение, если не их существование, то их заинтересованность в мире смертных.
Их никто не видел… - эхом повторил Джейс, чувствуя неконтролируемый приступ дурноты, подкатывающий к горлу. Клэри попятилась назад, и он инстинктивно ухватил ее за руку, чуть выше локтя, словно боясь, что сестра вот-вот потеряет равновесие. Он чувствовал, как она дрожит, как будто увиденное причиняло ей самую настоящую боль. Конечно, никто бы не смог остаться равнодушным, впервые в жизни встретив ангела, но испуг, благоговение и страх все равно были совсем не теми эмоциями, которые могли пробудить столь болезненные ощущения. Уэйланд не мог объяснить, но он был уверен, что ей больно.
Взгляд охотника опустился ниже, замечая на полу почти потухший ведьмин огонь. Он и не помнил, как выронил его, потянувшись за клинком, чей свет, пускай, и был не таким ярким, но его хватало. Послышался тихий шелест крыльев – кажется, ангел попытался пошевелиться. Его исхудавшие ноги были покрыты незаживающими следами бесконечных пыток, а вместо глаз на изможденном, скованном мукой и страданием лице, зияли темные глазницы. Зрелище могло показаться уродливым, поражая жестокостью человека, поступившего так с небесным созданием, но даже сейчас оно не потеряло своей странной, не подающейся объяснению, красоты. Лицо ангела по-прежнему выглядело прекрасным и светлым, несмотря на изможденность и немое страдание. Его голову венчали золотистые локоны, точь-в-точь такого же цвета, как у Джейса. Теперь и крылья казались белоснежным в тусклом сиянии клинка охотника, являясь единственным светлым пятном в этой прогнившей обители.
Словно завороженный, Джейс сделал шаг вперед, желая подойти ближе, но руны пентаграммы мгновенно вспыхнули, заставляя нефилима ощутить угрожающую волну силы, готовую в следующий миг отбросить его назад. Мощное заклинание не просто не позволяло ангелу вырваться из своего заточения, но и никто другой не мог к нему приблизиться, пытаясь освободить.
Ангел поднял голову, являя им свой испещренный шрамами лик. До этого момента Уэйланд видел лишь его профиль, да и то наполовину в тени, зато сейчас мог по-настоящему разглядеть его лицо. Как Валентин мог сотворить с ним такое… Ангел приоткрыл рот, но вместо слов Джейс услышал лишь пронзительную, чистую музыку. Она была заунывной, по-своему прекрасной, пронизывая до костей, пробираясь в самое сердце. Перед глазами начали проноситься образы и воспоминания; воспоминания, которые ему не принадлежали. Вот он видит отца в винном погребе, в его руках книга, и он читает заклинание. На полу вспыхивают руны, и Уэйланд видит раненного ангела, распластавшего окровавленные крылья у ног их отца… Видение сменяется другим. Теперь перед ним Валентин и Джослин – разговаривают о Договоре о перемирии. Даже в своих мыслях светловолосый по-прежнему не находит в себе сил назвать ее матерью, в то время, как Валентин по-прежнему его отец, несмотря ни на что. Этот образ был коротким, стремительно уступая место следующему. По внешнему виду Моргенштерна казалось, что между этими воспоминаниями прошло совсем немного времени: он также молод, в темно-карих глазах алчный огонь амбиций и жажды власти. Впрочем, это и не поменялось с годами. Он стоит на коленях, где-то в лесу, среди деревьев. Перед кем их отец мог склонить колени? Посреди пятиконечной звезды сидела женщина, но Уэйланд не видел ее лица. Точеная фигура и белоснежная кожа, длинные волосы, обрамляющие обнаженные плечи. Она подносит запястье к Чаше, из длинного пореза в сосуд стекает кровь. При свете луны она кажется угольно-черной, или она такой и была в самом деле?
Ребенок, в чьих жилах потечет эта кровь, — заговорила женщина, — силой своей превзойдет демонов, что обитают в бездне между мирами. Он станет могущественней Асмодея и шедим. Если обучить его должным образом, он сумеет все на свете. И предупреждаю: она вытравит из него все человеческое.
Благодарю, госпожа Эдома. — Валентин потянулся за чашей, и женщина взглянула на него. Ее прекрасное лицо было искажено ужасным, отвратительным изъяном: вместо глаз, из темных пустых глазниц выглядывали змеи. Джейс почувствовал неприятное, тошнотворное чувство, липким ознобом проникающее под кожу. Нет, вовсе не от пугающего лика госпожи Эдома, а от ее слов. Казалось, он уже знал, к чему это ведет, но отказывался верить.
Картинка исчезла, сменившись другой. Теперь он видел Джослин. Она разговаривала с магом:
Я не могу, Рагнор. Ни дня больше не останусь в его доме. Я прочла дневник, и знаешь, что он сотворил с Джонатаном? Все границы перешел! — Джослин трясло. — Он взял кровь демона и… и… Джонатан не ребенок. Не человек. Он чудовище!..
Джослин исчезла, как и видение. Оно сменилось другим, с Валентином и ангелом, но Уэйланд уже ничего не видел перед собой. Хотелось до боли зажмуриться и распахнув глаза с облегчением осознать, что все их путешествие сюда, эти видения, ангел в пентаграмме – все это сон, один из его самых страшных кошмаров, но нет. Джейс в самом деле открыл глаза, но ничего не исчезло. В уголках неприятно покалывало, словно глаза обожгло ярким светом и теперь больно было смотреть… Охотник повернул голову набок, невидящим взглядом пытаясь найти сестру. Она по-прежнему стояла рядом. Наверняка Клэри видела то же самое, что и он, но Уэйланд не мог разобрать выражение ее лица, как и поймать ее взгляд.

+1

12

Происходящее напоминало один из тех жутких кошмаров, что порой снились Клэри по ночам, только сейчас всё происходило взаправду. Она не могла точно сказать, что поражало больше - то, что она видела перед собой Ангела, или то, в каком он пребывал состоянии. Фрэй была в таком шоке, что даже толком не могла разозлиться на Валентина, который сотворил с небесным сознанием нечто подобное, а в том, что мучал ангела именно Моргенштерн, сомнений у неё не было. Ни у кого другого просто не поднялась бы рука на такие злодеяния. Какие тёмные мысли и желания не преследовали бы всех живущих на земле, отчего-то она была уверена, что только их отец мог зайти так далеко, поправ все законы мироздания и существования нефилимов. Она едва ли ощутила, как Джейс поддержал её за руку чуть выше локтя, и если в обычное время она всегда живо реагировала на любые прикосновения охотника, то сейчас даже прикосновение к незащищённой тканью коже, она почти не чувствовала и продолжала, как завороженная, смотреть на ангела перед собой. Боль в висках по прошествии пары секунд стала почти привычной, но всё же не ушла. Рыжеволосая не могла понять, откуда взялось это странное дежавю, и почему всё кажется таким знакомым, притом знакомым давно. Уэйланд сделал шаг вперёд и замер, и теперь Кларисса наконец-то смогла разобрать, что же мешало ангелу вырваться из заточения: весь пол был испещрён глубокой резьбой странных рунических символов, образовывая пентаграмму, в центре которой находился Ангел.
— Руны... - еле слышно отозвалась девушка, чувствуя на языке ставший знакомым привкус открытия, которое вот-вот должно случиться. Ангел поднял на молодых людей глаза, и Клэри готова была заплакать. Он был так похож на Джейса! На Джейса, который часто снился ей в образе ангела, и которого она безуспешно пыталась зарисовать, настойчиво комкая раз за разом листы с неудавшимися набросками. Несмотря на следы многочисленных пыток и страданий, лицо небесного создания по-прежнему было прекрасно: в его лике чувствовалась божественная сила, свет, изящество, всё счастье и боль мира одновременно, от которых невозможно было отвести взгляд. Ангел приоткрыл пересохшие губы, но вместо слов Клэри услышала лишь музыку - невозможно прекрасную, сладкую, но такую щемящую, от которой сердце болезненно сжималось... Перед глазами рыжеволосой замелькали образы из прошлого. Словно река, они подхватили девушку, и унесли куда-то далеко-далеко, где не было ни тепла Джейса рядом, ни этого сырого, прогнившего подвала, ни света клинка, который держал её брат. Только звуки, цвета, события и тупая, ноющая боль в висках.
Картинки быстро, одна за другой, сменяли друг друга: винный погреб, в котором находился Валентин, пытающийся пленить Ангела; Валентин и Джослин, ждавшая ребёнка, и их разговор о перемирии, - они казались такими влюблёнными, счастливыми, семьёй. В глазах матери читалась любовь и обожание, и как ни странно, в глазах Валантина девушка тоже отчётливо видела любовь. Но было в них что-то ещё, что-то такое, от чего по спине побежали мурашки...
Видение вновь сменилось, перенося нефилима на опушку леса, где Моргенштерн стоял на коленях подле пентаграммы и разговаривал с безбожно прекрасной женщиной. Видение показалось Клариссе жутким, и она поняла почему лишь, когда та заговорила. Её слова - о ребёнке с демонической кровью - ножом кольнули Фрэй в самое сердце, стало трудно дышать. Нет-нет-нет, это не может быть правдой... Кларисса силилась уцепиться за увиденное, но образы уже растаяли, перенося девушку к очередному воспоминанию - Джослин разговаривала с магом, Рагнором Фэллом. Рыжеволосая больше не хотела слушать то, о чём они разговаривали, и как мама называла Джейса чудовищем. Боль в висках усилилась, но как бы Фрэй не старалась вырваться из этого путешествия в прошлое, у неё не получалось. Ангел хотел, чтобы она досмотрела до конца. Смотреть на всё это было больно... В следующее мгновение перед её глазами предстал Валентин, метавшийся по комнате с клинком серафима. Он допрашивал Ангела, периодически пуская в ход оружие: стоило клинку оставить на теле небесного сознания очередной ровный росчерк, как из раны, вместо крови, будто бы начинал струится жидкий солнечный свет. Клэри хотелось зажмуриться.
— Ладно, молчи, - прошипел Валентин. — Мне и моим близким послужит твоя кровь.
В голове эхом пронеслись слова Джейса об экспериментах, так вот значит что - кровь демона, кровь ангела, - все они были составляющими разных ритуалов.
Клэри перенеслась в библиотеку Уэйландов. Она была чистой, убранной, но всё такой же холодной и неуютной, как и несколько минут назад, когда они с братом, дурачась, сбрасывали книги с полок. Из соседней комнаты доносились громкие голоса, смех, - кажется, там что-то праздновали. Девушка увидела Джослин, прокрадывающуюся в библиотеку: у одного из стеллажей она огляделась и, вытащив из кармана, толстую книгу, поставила её на самую нижнюю полку...
Библиотека и мама исчезли, и рыжеволосая вновь показалась в подвале, видя Валентина и Ангела.
— Что ж, молчи пока. У меня ещё есть средства убеждения, - Валентин поднял клинок. — Я достал Чашу, а скоро завладею и Мечом, но без Зеркала не могу начать обряд Призыва. Мне нужно Зеркало. Скажи, где оно, - и я позволю тебе сдохнуть.
Очередные образы исчезли, и перед глазами Клэри замелькали фрагменты из её снов и кошмаров, которые ей когда-то снились. Боль в висках стала почти невыносимой, и Клэри зажмурилась, пытаясь совладать с ней.
«Я не впервые посылаю тебе сны...»
Перед глазами, словно вспышка, полыхнула руна - незнакомая, но на вид сильная и мощная, и в то же время такая простая и незамысловатая, как самый обыкновенный узел, который завяжет даже маленький ребёнок. Клэри открыла глаза, и поток воспоминаний закончился. Фрэй рассеяно моргала, пытаясь осознать только что увиденное, и не могла. Спиной она по-прежнему чувствовала Уэйланда. Он пошевелился, и она повернула голову в его сторону: но перед глазами стояла пелена, она ничего не могла разобрать, лишь неестественную бледность лица старшего брата. Она не сомневалась в том, что Ангел показал Джейсу те же воспоминания, что и ей.
Кларисса буквально рухнула на колени, рядом с пентаграммой, наспех доставая стило и принявшись рисовать узоры. Рунические линии пентаграммы были сильными, мощными, и Фрэй предстояло поменять одни значения в уравнении на другие. Каждый новый росчерк стило вспышкой озарял темноту подвала, а ведь девушка рисовала по камню!
— Итуриэль... - всхлипнув, произнесла Клэри, заканчивая чертить руны. Она и сама не знала, откуда знает имя Ангела, должно быть, он подсказал? Когда-то нефилим отчаянно желала знать, кто же насылает ей все эти сны и видения, но она и подумать не могла, что однажды узнает не только это, но и много из того, чего никогда предпочла бы не знать. Некоторые тайны должны оставаться глубоко погребёнными в прошлом.

+1

13

Казалось, что между Клэри и ангелом существовала какая-то своя, особая связь. Она даже знала, как его зовут! Хотя, стоило его имени со вздохом сорваться с ее губ, Джейсу подумалось, будто и он его знал, но лишь сейчас сумел это осознать. Странное чувство дежавю, знакомое большинству людей, приняло несколько другие грани – словно кусочек огромной мозаики вернулся на положенное ему место, расставляя все на свои места. В сущности, так и было. Воспоминания, которые Итуриэль показал им обоим, пролили свет на многое, но пока Уэйланд не мог по-настоящему это осознать. Более того, у него не было возможности даже об этом подумать. Клэри опустилась на пол, схватив стило и принимаясь менять значение рун. Светловолосому не раз приходилось становиться свидетелем проявлений ее таланта, но вряд ли это когда-нибудь сможет стать для него чем-то привычным. В голове не укладывалось, как его сестра видит, чувствует новые, никому неведомые витиеватые линии, складывающиеся в магические руны. Если бы обстоятельства были несколько иными, Джейс и сейчас бы предался благоговению и гордости за Клариссу, но вместо этого он просто наблюдал за ней, затаив дыхание, ловя каждый росчерк стило, каждую вспышку пылающих линий на каменном полу. Он не сомневался, что она справится, ведь разве могло быть иначе? Знаки искрились, меняя свое значение, из рун заточения превращаясь в руны свободы. Помимо изменения самих символов больше ничего не произошло, но Уэйланд был готов поклясться, что уже не чувствует предостерегающую невидимую границу, не позволяющую подступиться к Итуриэлю.
Они все знали, что должно произойти дальше. Не глядя на сестру, Джейс сделал шаг вперед, преодолевая пентаграмму и протягивая ангелу клинок. Как он ни старался крепко сжимать рукоять, пальцы все равно дрожали. Итуриэль принял оружие, сомкнув веки, наставляя меч острием к своей груди. Позади послышалось какое-то движение, и Уэйланд инстинктивно дернулся назад, хватая Клэри и крепко прижимая к своей груди. Трудно осознавать то, что должно произойти и просто смотреть, но иногда смерть – это начало чего-то нового, свобода от оков. Охотник даже представить себе не мог, как Итуриэль существовал все эти годы. Да, именно существовал, иначе это не назовешь. В темноте, лишенный свободы и пищи (нужна ли она ангелам вообще?), он был так близок к смерти, но не мог умереть. Почему Разиэль не попытался его освободить? Вспышка гнева и неприязни буквально полоснула изнутри, и светловолосый прикрыл глаза, старательно втягивая ртом воздух. Как и любой другой смертный, он не имел права осуждать поступки высших сил, но разве мог брат бросить брата умирать здесь, обреченного на вечность страданий? Он бы никогда не смог бросить Алека, и если Разиэль или остальные видели какой-то высший смысл в поступках Валентина и мучениях Итуриэля, то Джейс отказывался его понимать.
Ангел пронзил себя. На миг Уэйланду почудилось, что на его прекрасном, изможденном лице сияет кроткая улыбка, или это было предсмертной агонией, жаждой ощутить долгожданную свободу от мирских оков? Меч торчал из его груди там, где у человека билось сердце, но было ли сердце у ангела? Из раны брызнул яркий, золотистый свет, тело объяло белое пламя, заставляя плавиться тяжелые кандалы. Метал покраснел, меняя свою форму, растекаясь и, наконец, исчезая. Теперь Итуриэль смог расправить плечи, распахнув белоснежные крылья, тут же вспыхнувшие невыносимо ярким пламенем.
Все хорошо, так должно быть… - крепко прижимая Клэри к своей груди, прошептал Джейс. — Он, наконец, сможет обрести покой. Ему больше не больно… - но смотреть на это было невыносимо, до боли тяжело. Пол под ними покачнулся, и если в первый раз Уэйланд принял толчок за разыгравшееся воображение, то, когда он повторился, а с потолка посыпалась пыль и мелкая, каменная крошка, сомневаться уже не пришлось. Дом начинал рушиться изнутри. Возможно, нечто подобное спровоцировали столь сильные магические руны, или энергия небесного создания – нефилим не знал, но шестое чувство подсказывало, что нужно покинуть это место, пока еще не поздно.
Джейс схватил Клэри за руку, резко потянув следом за собой. Не ожидая такого рывка с его стороны, рыжеволосая оступилась, наверняка зацепившись за что-то, или даже ударившись, но у них не было времени. Уэйланд требовательно потянул ее на себя, заставляя подняться на ноги и следовать за ним. Стоило им взбежать по лестнице, как ступени вместе с ее основанием с оглушительным грохотом провалились вниз. В библиотеке тоже все ходило ходуном: книги падали с полок, на сводах ползли угрожающие трещины, пол был уже покрыт тонким слоем белой, мраморной пыли. Становилось тяжело дышать…
Клэри, другого выхода нет, - едва отдышавшись, выдохнул светловолосый, потянув сестру следом за собой к окну. Он помнил, как Клэри боялась высоты, но они просто не успеют спуститься вниз и выйти через парадный вход. Как раз в этот момент позади Фрэй упала и разбилась огромная статуя, каким-то чудом не зацепив ее плечо. Недолго думая, Джейс размахнулся, выбивая локтем оконное стекло. Лицо окропил дождь из мелких, острых осколков, тут же вонзившихся в кожу словно десяток невидимых иголок, оставляя россыпь царапин на лбу и щеках. — Ну же!.. – воскликнул охотник, запрыгивая на подоконник, но Клэри словно парализовало, она даже не пошевелилась. Учитывая ее страх высоты, очень напоминало паническую атаку, но время не ждет… В сердцах выругавшись, Уэйланд сгреб сестру в охапку, буквально выпихивая в окно, прыгая за ней следом. Держать ее на руках в момент прыжка было не самой лучшей идеей – он мог придавить ее весом собственного тела, причинив еще больший вред.
Все происходило так быстро, что Джейс толком не осознал, как приземлился на землю, как помог подняться на ноги Клариссе, до боли сжимая ее руку, утягивая вслед за собой. Как они упали на землю, точнее, как он повалил их вниз, закрывая собой сестру от града каменных осколков и пыли. Где-то совсем неподалеку послышался оглушительный грохот: с этим звуком исчезли с лица земли стены, которые он когда-то называл своим домом.

+1

14

I don't wanna be touched by the fear in your eyes
I don't wanna be left for my demons to find
When the leaves are gone and the beating's song
Brings the world bang drums
Tell me you, will hold me in the golden afterlife
You don't have to die alone tonight

Да, Клэри тоже понимала, что сейчас должно произойти, но легче от этого не становилось. Видеть страдания ангела, пусть и всего лишь их отпечатки, шрамами испещряющими его тело, было тяжело, что и говорить о смерти божественного создания. Рыжеволосая не была уверена, что готова к этому... Но разве у неё был выбор? Она стояла, не двигаясь, когда Джейс шагнул вперёд, протягивая Итуриэлю клинок серафима, который тот с готовностью принял, стоило Клэри снять руническую защиту. Сердце болезненно сжалось, затем пропустило удар, когда ангел наставил острие клинка себе на грудь. Рыжеволосая всхлипнула как раз в тот момент, когда брат крепко прижал её к своей груди. Она хотела досмотреть до конца, будто бы отдавая дань уважения небесному созданию, и всё же, когда всё случилось, у Фрэй не хватило на это сил. Фигуру Итуриэля объяло пламенем, и девушка зажмурилась, пряча лицо на груди Уэйланда, не помня себя. Хотелось плакать, но глаза были сухими, лишь ещё один всхлип сорвался с губ девушки, и она замолчала. В какой-то момент нефилим всё же открыла глаза, видя как ангел расправляет крылья - какое-то крошечное мгновение прежде, чем фигура ангела вспыхнула, и всё закончилось...
— Так не должно быть, - в отчаянии прошептала рыжеволосая, хотя слова о том, что ангелу больше не больно, несколько приободрили, - насколько вообще подобное возможно в такой ситуации. Нефилим могла бы стоять так очень долго, прижимаясь к груди старшего брата и пытаясь вновь обрести себя, если бы пол под их ногами не начал раскачиваться, а с потолка - сыпаться каменная крошка. В отличие от Уэйланда, Кларисса была в ступоре и едва ли могла осознать, что происходит - дом рушился. Должно быть, его магия была завязана на жизни Итуриэля, и с его смертью, чары спали, и значит...
От резкого рывка Фрэй споткнулась, больно стукнувшись ногой, но Джейс неумолимо тянул её вперёд, буквально переходя на бег. В боку стало нещадно колоть, перемежаясь с тупой, ноющей болью в ноге. Уэйланд буквально бегом вбежал вверх по ступенькам, и Кларисса с трудом за ним поспевала. Стоило им выбежать из подвала, как лестница позади них обрушилась, обдавая их облаком цементной пыли. Очень хотелось остановиться, отдышаться, но брат не позволил, настойчиво ведя её к окну - лишь оказавшись в шаге от него, рыжеволосая поняла, что он предлагает. Прыгнуть вниз! Должно быть, её и без того бледное, испуганное личико перекосило от ужаса, когда она осознала, что нужно будет сделать. Нефилим остановилась, как вкопанная, и замотала головой, будто бы у неё был альтернативный вариант!
Умом она, конечно, понимала, что брат прав, но он ведь знал, как она боится высоты, и чтобы перебороть нечто подобное, да ещё после увиденного, одного рушащегося дома было мало! Кларисса даже не пошевелилась, когда рядом с ней с диким грохотом рухнула и разбилась внушительных размеров статуя: изумрудные глаза лишь мельком взглянули на множество каменных кусочков, рассыпавшихся у её ног. Дом ходил ходуном, и всё грохотало с такой силой, будто бы кто-то бил в барабаны рядом с ухом Фрэй, а она всё так же стояла и смотрела то на Джейса, то на окно позади него. Охотник разбил локтем стекло, и Клэри вздрогнула: мелкие стеклянные осколки вонзились в его кожу, расчерчивая прекрасное, некогда идеальное лицо хаотичными, ярко-алыми - цвета свежей крови - росчерками.
— Джейс... - выдохнула нефилим. Должно быть, охотнику было больно... Клэри опустила взгляд вниз: с руки брата тоже капала кровь. Это немного отрезвило, и всё же недостаточно, потому что в следующее мгновение, молодой человек устал уговаривать и просто сгрёб Фрэй в охапку, буквально выпихивая её в окно. Рыжеволосая вскрикнула, а, приземлившись, покатилась вниз по крутому склону. Весьма ощутимо приложилась о какой-то камень и остановилась. Скорее всего, если бы не Джейс, она бы так и лежала здесь, всё так же парализованная происходящими событиями, но Уэйланд оказался рядом спустя несколько секунд, вновь помогая ей подняться и утягивая подальше от дома. От крепкой хватки брата на утро обязательно выступят синяки, но разве сейчас это имело значение?
Что-то грохнуло с таким оглушительным звуком, что Фрэй не успела опомниться, как оказалась прижатой к земле телом старшего брата. Казалось, что ад разверзся, земля раскололась, а небо упало. В воздух ударил столб белого дыма, по земле стали проходить мощнейшие вибрации, и в какой-то момент рыжеволосая подумала, что пошёл дождь, но это сыпались камни, земля и осколки - всё то, что некогда было поместьем Уэйландов.
Девушка прижала ладони к груди брата, инстинктивно цепляясь за его кофту, в страхе потерять и его во всём этом аду. Она слышала, как бешено стучит его сердце, почти так же громко, как рушившийся на их глазах дом.
Постепенно всё стихло, и лишь спустя минуту в воздухе послушалось возбуждённое пение птиц, чьё внимание привлекло разрушение дома. Кларисса тяжело дышала, а ноги и руки будто бы онемели, что она не могла пошевелиться. Даже думать было больно...
Брат приподнял голову, немного отстраняясь, и теперь нефилим могла разглядеть все-все мелкие ссадины и порезы на его лице, оставленные стеклянным дождём.
— У тебя кровь... - хрипло произнесла Клэри, она просунула одну руку между их телами, в надежде нащупать карман, в который на ходу положила стило. Другой, свободной рукой, рыжеволосая потянулась к лицу Джейса, хотела откинуть со лба влажные от пота пряди - она ведь помнила, как он не любил налипшую на лоб чёлку, которая к тому же лезла в глаза... Почему-то сейчас это казалось очень и очень важным. Фрэй достала стило и даже умудрилась в таком положении изловчиться, чтобы почти наставить стило на руку охотника, чуть ниже плеча. Но, кажется, что-то было не так... То есть, конечно, абсолютно всё было не так, но на мгновение встретившись с янтарными глазами, Клэри испугалась того, что в них увидела.
— Джейс?.. - осторожно позвала Клэри.

Be a dose of protection through the blood and the tears
If you losing yourself, then my body is here

+1

15

Грохот потихоньку начинал стихать. Лежа на земле, Джейс чувствовал отдаленные отголоски вибрации, но и она быстро сошла на нет, стоило последним сводам с треском обрушиться на землю, погребая под собой осколки его детских воспоминаний. Наверное, все произошло слишком быстро, и именно поэтому видения, ангел, обрушение его фамильного дома казались ему чем-то нереальным. Хотя нет, он никогда не сможет назвать этот особняк «фамильным домом», ведь его фамилия не «Уэйланд», пускай, он и привык себя так называть. Как бы ни хотелось отрицать, но он Моргенштерн, и в дополнение к этой фамилии теперь шла еще и демоническая кровь. Что ж, это многое объясняет. Все эти навязчивые сны, желания… Мало какой человек в здравом уме и трезвой памяти, осознав свои чувства к родной сестре, перестанет с ними бороться. Нет, он, конечно, пытался, но сколько? Неделю, две? Безусловно, в нем же присутствовала и человеческая природа, просто низменные инстинкты, подогреваемые демоническим нутром, быстро брали верх. Теперь он знал это.
Легкое прикосновение Клариссы отвлекло охотника от этих рассуждений, заставляя непроизвольно вздрогнуть, поднимая взгляд. Она говорила о крови, и первое слово, тут же заполнившее собой ассоциативный ряд, было «демоническая». Светловолосый нахмурился, опуская глаза на свою ладонь: вдоль нее проходил глубокий порез, и кровь сочилась дальше, по запястью, скрываясь за темным рукавом его джемпера. Джейс медленно сжал пальцы в кулак, чувствуя, как от движения боль в руке становится еще сильнее – в порезе словно по-прежнему присутствовало несколько мелких осколков, входивших под кожу еще глубже от всех его нехитрых манипуляций. Боль была приятной, но, разумеется, даже и близко недостаточной для того, чтобы отвлечь его ото всех гнетущих мыслей. Он помнил то странное состояние почти на грани смерти: боль перестает волновать, тело объято свинцовой усталостью, и единственный дискомфорт – это недостаток кислорода, но в таком состоянии это уже не волнует. Уэйланд вспоминал о той ночи почти с пугающей ностальгией, понимая, что в ближайшее время ему не светит подобная роскошь.
Не надо, - отрывисто произнес он, отстраняя руку Клэри и кончик стило от своей кожи. — Не трогай меня, - жестко добавил он, тут же почувствовав неприятный, но хорошо знакомый привкус вины. Где-то в глубине души ему всегда было больно от осознания того, что он делает больно Клэри, а эти слова непременно ее ранят. С другой стороны, она должна понимать, с кем имеет дело? Не зря Джослин так рьяно пыталась защитить ее не столько от влияния отца, сколько от старшего брата. В конце концов, она оказалась права, было от чего защищать.
Рана пустяковая, хватит с меня твоих «иратце», - усаживаясь на земле, Джейс вновь принялся рассматривать свою руку. При всем его наплевательском отношении к своему состоянию осколки неплохо бы вытащить. Обычно это делают хотя бы чистыми руками, но сейчас уже не до этого. Кажется, он даже видит краешек одного из них. Покрепче сжав кулак, заставляя осколки «вздыбится», сильнее выступая из раны, Уэйланд попытался подцепить один, но тщетно. Стекло было слишком тонким, а его ногти – слишком короткими, чтобы ухватит его край. В конечном итоге, осколок вошел лишь глубже, срывая с губ нефилима приглушенные ругательства.
С тобой все нормально? Не сильно ударилась? – впервые за все это время голос молодого человека смягчился, выдавая нотки беспокойства и заботы. Как бы он ни пытался оттолкнуть сестру, как бы ни старался скрыть то, что на душе, в наличии которой начинал сомневаться, до конца это у него так никогда и не получалось. Джейс оторвал взгляд от своего занятия, обеспокоенно осматривая Фрэй: без ушибов, конечно, не обошлось, но в общем и целом, с ней все было в порядке. Можно хотя бы на миг вздохнуть с облегчением. Удостоверившись в том, что сестра не ранена, Уэйланд тут же поспешил отвести взгляд, избегая лишний раз смотреть в ее сторону.

+1

16

Когда Джейс заговорил, Клэри показалось, что она ослышалась. Возможно, в ушах до сих пор звенело от только что рухнувшего дома, или возбуждённое пение птиц мешало слышать отчётливо? Брат в самом деле попросил не трогать его? При этом весьма уверенно отстранив её руку со стило, чтобы даже не думала о рисовании рун? Несколько мгновений рыжеволосая, не моргая, смотрела на молодого человека, не зная, как реагировать. Конечно, то, что показал им Ангел, все эти видения, воспоминания из прошлого, и рухнувший после этого, как карточный домик, особняк, не могли пройти бесследно для них обоих, но чем она заслужила подобное обращение? Что сделала не так? Нефилим постаралась не поддаваться безотчётной панике, не придумывать себе лишнего, не накручивать себя раньше времени, если такое вообще было возможно, и всё же от этих слов старшего брата мороз шёл по коже.
Но дальше - больше. От последующих слов Уэйланда, Кларисса вздрогнула, поджимая губы и изо всех сил стараясь не показывать, насколько ей обидно слышать всё это. А молодой человек тем временем сел на траве, решительно давая понять, что в помощи сестры не нуждается. Но по прошествии нескольких минут и тщетных попыток вытащить осколки из руки, Клэри не выдержала. Конечно, она всегда старалась дать охотнику личное пространство и свободу, но не сегодня и не сейчас. Он мог отталкивать её, ругаться себе под нос из-за того, что у него что-то не получалось и при этом так и не попросить помощи, но она была не настолько гордой. И к тому же ей было больно наблюдать за потугами брата, и если не он, то хотя бы его начинающая опухать рука, нуждалась в помощи.
— Пара синяков, ничего страшного, - отозвалась Клэри, едва ли успев перехватить взгляд Джейса прежде, чем тот снова отвернулся. Фрэй стиснула зубы, будто от неприятных ощущений, и подползла к брату на четвереньках, спустя мгновение усаживаясь рядом с ним.
— Дай посмотрю, - настойчиво отозвалась девушка. — Ты прекрасно знаешь, что тебе самому не вытащить стекло, - безапелляционно продолжала нефилим, настойчиво перехватывая руку брата чуть выше запястья. — У меня пальцы тоньше и ногти на месте, и даже не начинай! - твёрдо закончила свою мысль Клэри, заправляя рыжие волосы за уши и склоняясь над ладонью брата. Это оказалось труднее, чем она думала: осколков было немного, но все они были такими мелкими, что даже миниатюрным пальчикам Фрэй удавалось подцепить их далеко не с первого раза. Когда с последним кристалликом было покончено, девушке показалось, что на лбу выступила испарина. Разгибая успевшую затечь шею, Кларисса посмотрела на лицо Джейса... Оно так же было испещрено мелкими порезами и ссадинами от битого стекла, и кое-где виднелись такие же крохотные прозрачные кристаллики. Должно быть, молодой человек хотел что-то возразить, но Клэри подняла руку, ладонью вперёд.
— Можешь, хоть раз в жизни не спорить со мной и позволить помочь? Или ты хочешь, чтобы стекло осталось под кожей? - достаточно резко отозвалась рыжеволосая. Трудно сказать, почему она вспылила именно сейчас. То ли потому, что слова «не трогай меня» задели её куда больше, чем она этого хотела, то ли в принципе потому, что они оба были на взводе, - Фрэй не знала. Да и не было никакой разницы от того, в чем заключалась настоящая причина. Она просто хотела достать это чёртово стекло!
Для этого пришлось придвинуться к старшему брату максимально близко, почти вплотную. В идеале бы сесть к нему на колени, но Клэри не решилась, лишь уселась на свои колени сама, немного привставая с них, чтобы дотянуться до лица Уэйланда. В таком положении, без опоры, тело очень быстро сковало напряжением, и нефилим боялась, что её руки начнут дрожать, но ничего подобного не произошло. Закусив нижнюю губу, Клэри осторожно касалась лица Джейса, дюйм за дюймом исследуя его порезы и доставая оттуда мелкие осколки. Несколько капелек пота скатились по её лбу и затерялись где-то за расстёгнутой наполовину толстовкой. С последним, очень маленьким кусочком, девушка провозилась особенно долго, что даже почувствовала дрожь в коленях. Но выудив его и откинув в сторону, она позволила себе облегчённо вздохнуть.
— Кажется, всё... - она бы предложила нарисовать брату нарисовать руну исцеления, но отчего-то боялась пошевелиться. Казалось, если она отстраниться, произойдёт что-то ужасное.

+1


Вы здесь » SHADOWHUNTERS: City of darkness » Lost souls' tale » I want to keep faith, but you're making it harder [16.06.2016]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC